Песочные часы - Сергей Недоруб

— Кровь свежая, — сказал Сенатор. — И человеческая.

Патрон сильнее сжал «чейзер».

— Почему след начинается отсюда? — спросил Орех.

— Тело волокли от скамьи. Поспешно. Видите, какой высокий порог у проема? Сантиметров тридцать. Жертву случайно стукнули о порог и разбили голову. А может, нарочно.

— Как давно это могло быть? — спросил Марк.

— Совсем недавно, — ответил Сенатор. — Не более нескольких минут назад.

— Минут? — переспросил Марк.

— Излом обыкновенно поедает добычу на месте. Кто-то или что-то напугало его, и он решил отступить подальше, взяв тело с собой. Думаю, я не ошибусь, если скажу, что за последние полчаса единственный шум был вызван нами самими, когда мы начали стрелять наверху.

— Но он уже был в безопасности тут, в коридоре, — сказал Орех, опасливо поглядывая вниз. — Никто же сюда просто так не спускается.

— Значит, его покой был нарушен не только наверху, но и здесь, в этом месте, — подвел итог Сенатор.

— Так ты хочешь сказать, — начал говорить стоявший в стороне Борланд. — Что излома напугали именно мы, когда спустились?

— Да. Сначала, когда раздались выстрелы, излом затаился. Затем, когда мы спустились, он второпях поволок добычу в укромное место. Идти ему было некуда, кроме как дальше по коридору.

Сенатор выпрямился, все еще смотря на кровь.

— Боюсь, что, пока вы с Марком выясняли отношения у лестницы, излом все это время находился в коридоре, — добавил он. — Метрах в сорока. Сейчас он скрылся.

После напряженной паузы Борланд выругался.

— Однако, он вам помог, — сказал Сенатор. — Кем была его добыча? Кто мог оказаться в коридоре в момент перестрелки наверху? Прошу учесть факт устроенной засады.

— Кто-то из дезертиров, — сказал Патрон.

— Да, это был дезертир. Если бы он не наткнулся на излома, то вылез бы из люка за вашей спиной в момент, когда вы были поглощены стрельбой. Первой жертвой стал бы Марк. Но, не сомневаюсь, Борланд быстро бы нашел способ отомстить за товарища.

— Месть в нашем деле не оплачивается, — сухо сказал Борланд.

— Помни об этом, когда Марк будет передавать тебе статус главного в команде, — парировал Сенатор. — Ну что друзья мои? Пойдем вниз?

— Вниз, — подтвердил Марк и решительно перешагнул через порог.

Команда начала спуск по ступенькам. Орех убрал фонарь и теперь держал автомат обеими руками, внимательно следя за пятном от фонаря Марка. Борланд уже вышел из конца строя и шел рядом с Сенатором, пристегнув фонарь к стволу «грома». Его оружие было единственным, которое допускало такую возможность. Спуск прошел спокойно, хотя кровавый след продолжался до самого конца винтовой лестницы.

Внизу плескались несколько луж — аномалия Холодец. В свете фонаря булькающая масса отдавала зеленоватым свечением, похожим на неоновое. Свечение оставалось и после того, как луч фонаря убрали.

— У меня плохое предчувствие, — сказал Орех.

— А у меня хорошее, — отозвался Борланд. — Уверен, в соседнем отсеке нас ждут финские бани и блюда с рахат-лукумом.

— Если внизу окажется контролер, — сказал Сенатор. — Он на время воссоздаст в твоей голове любые образы, которые ты хочешь увидеть.

— У каждого свои способы влияния над мужским умом, — съязвил Борланд. — Женщины в этом преуспели куда лучше, нежели контролер.

Перешагнув через Холодец, Марк пошел по новому коридору. Этот был выше и шире верхнего, но по-прежнему не было видно ни одной двери. Пропустить излома они не могли — монстр затаился где-то вдали.

Через минуту сталкеры дошли до нового проема, дверь которого была на месте и распахнута. Марк посмотрел в проем и сказал:

— Все посветите сюда.

Пять мощных снопов света озарили огромный отсек. Это было круглое помещение с тремя равноудаленными выходами. В центре была установлена какая-то камера с дверью, на которой был установлен штурвал — старый, но один из самых надежных замков.

Марк посмотрел вниз на ступени и, сунув руку в карман комбинезона, извлек болт.

— Что-то не так? — спросил Орех.

— Сейчас узнаем, — ответил Марк и бросил болт вперед и вниз. Помещение озарила вспышка, аномалия с громким электрическим треском поглотила болт, выпустив в стороны десятки молний, которые мигом потухли.

— Электра, — сказал Борланд.

— Точно, — подтвердил Марк. — Спускаемся осторожно.

Сталкеры по очереди зашли в отсек и перелезли через перила с правой от входа стороны.

— Где излом? — спросил Орех. — Мы не могли его пропустить.

Сенатор подумал.

— Посвети вверх, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, но конкретика и не понадобилась — пять фонарей послушно взметнулись к потолку. Вопреки ожиданиям Марка, наверху не оказалось ничего странного — отсек заканчивался бетонным куполом, но метрах в шести располагались ниши в стенах, уходящие вглубь, и разглядеть там было ничего невозможно.

— Ушел излом, — сказал Сенатор. — Значит, больше и не увидим. Он не нападет на отряд из шести человек.

— Как он забрался туда? — спросил Орех.

— Вполне очевидно, что взлетел.

— Изломы умеют летать?!

— Не в обычном смысле, — ответил Сенатор. — Я все больше склоняюсь к теории, что конечность излома держится отдельно от остального организма на силах притяжения и отталкивания. Если излом заставит ее подняться вверх, то она вполне может повлечь за собой его тело, отчего излом медленно взлетит, как воздушный шар.

— Почему же они тогда не передвигаются таким образом?

— Тебе было бы удобно? Вот и излому тоже нет. Физически он устроен как человек, во всяком случае, костная система. Принцип передвижения стандартный, как у людей. Думаю, полет на конечности — процесс болезненный.

Марк подошел к камере. Над штурвалом располагалось окошко, сквозь которое ничего нельзя было разглядеть. Марк помедлил и оглянулся на команду, которая разбрелась по отсеку, оглядывая столы с различными приборами, устаревшими компьютерами и пультами.

— Марк, может, тут мы найдем, что тебе нужно? — спросил Патрон.

— Да, — ответил Марк, приседая у камеры, снимая рюкзак и открывая его. — Поищите документы, записки, и сложите где-нибудь на столе. Я сейчас подойду.

Убедившись, что никто на него не смотрит, Марк в темноте достал из рюкзака Черный Кристалл, завернутый в ткань, и развернул его. Чувство настоящего триумфа охватило молодого сталкера, когда Кристалл начал нагреваться и тускло сверкать проблесками, пробегавшими внутри него от одного полюса к другому. Ощущение радости пробрало Марка, прогнав по его телу несколько волн эйфории от того, что план работал точно, как песочные часы.

Марк сжал Кристалл и тот на мгновение полностью приобрел белый оттенок, который тут же стал тускнеть и уступил место стандартным проблескам. Сталкер кое-как закутал Кристалл в ткань, спрятал и закрыл рюкзак, который снова забросил на плечи.

— Что там у вас? — спросил он, подходя к научному столу.

— Какие-то бумаги, — ответил Технарь, разложив на столе листки с отпечатанными цифрами и различной ученой абракадаброй. Патрон притащил целый ворох, но Марк, едва взглянув, показал рукой, что ему это не нужно, и углубился в документы на столе.

— Что-то видишь? — спросил Борланд.

Марк остановил взгляд на одном из отчетов и ткнул пальцем.

— Есть, — сказал он. — Это то, что мне было нужно.

— Значит, можем возвращаться? — спросил Орех, светивший фонарем.

— Да, пора выходить отсюда, — подтвердил Марк, отошел от стола и направился ко входу в отсек. Затем повернулся и посмотрел на сталкеров, все так же стоявших у стола.

— Что? — спросил он.

— Ты даже не заберешь отчеты? — произнес Борланд. — Мы же за ними пришли.

— Я уже просмотрел их и узнал все, что хотел, — ответил Марк. — Сами документы мне теперь не нужны. Если кто хочет, можете взять их с собой. Может, удастся продать ученым.

Секунд пять сталкеры молча смотрели на него, затем Борланд стащил рюкзак и принялся запихивать в него бумаги, роняя отдельные листки, которые, закручиваясь, падали на грубый резиновый коврик у стола.

— Возьму, конечно, — ответил он. — Не зря же сюда ходить. Хотя мне и странно, что за столько лет никто не взял их до нас, раз они, по твоим словам, представляют ценность.

— Ты хочешь выйти на поверхность или нет? — спросил Марк.

Из камеры раздался глухой стук.

Сталкеры резко направили фонари в центр отсека. Стук повторился.

— Что за чертовщина? — спросил Борланд.

— Похоже на полтергейст. Хотя… — начал Сенатор и не договорил.

— Какой еще полтергейст? — не понял Орех.

— В Зоне полтергейстом называют вполне материальное существо, которое способно преобразовывать собственную массу в сгусток энергии и двигать предметы на расстоянии. В сущности, безобидное создание. Любит стучать и пугать людей. Но у него есть и куча других признаков, которых я не почувствовал. Вряд ли это полтергейст.