Смех красной лисицы - Каролина Лирийская

потряс головой и с ногами забрался на раскладушку, скинув тяжелые сапоги. Кайто отвлеченно заметил, что это его кровать, но сгонять раненого было бы неправильно. Криврин устало привалился к своей постели; возможно, до сих пор не отошел от того, как Видящие заставляли его танцевать по своей воле, как кукол в театре бунраку, и теперь драка с мутировавшей змеей снова его подкосила. Гадюка рассматривала обломок ультрамаринового камня, который отбила от искореженного тела змеи во время драки. Достала его из отделения на боевом костюме. Кристалл сверкал даже в бедном свете нескольких белых ламп, рассыпая морские бирюзовые брызги.

— Никогда о таком не слышала, — растерянно сказала Акира, когда ей рассказали о безумной змее, отравленной синей жижей. Она поежилась, оглянулась на вход в палатку, словно боялась, что по их следу приползет огромное чудовище.

— Когда я служила на военных кораблях, ходили всякие слухи, — неожиданно окликнулась Арчи. — Якобы те, кто работал рядом с топливными баками, чаще болели и отправлялись на покой.

Обычно Арчи не распускала бессмысленные слухи, так что Кайто встревоженно прислушивался. Он знал о ультрамарине только то, что топливо стоит дороже, чем может за жизнь заработать один человек, что оно слишком редкое и добывается из-под земли. Когда-то люди использовали уголь, потом нефть, и вот однажды наткнулись на Земле на месторождение ультрамарина, которое позволило им вырваться в космос. Часто флоты исследователей или колонистов, бороздившие галактику в поисках пригодных планет, наталкивались на расы, которые попросту не могли развиться достаточно без ультрамарина и преодолеть расстояние, что отделяло их от остального космоса, оживленного, как улей, торгующего и воюющего между собой.

Но часто так бывает, что величайшее благо таит в себе опасности.

— Вот бы завалить чем-нибудь этот ход, — прикинул Кайто. — У нас же осталась взрывчатка?

Арчи с готовностью кивнула, но прямо сейчас заниматься этим они не стали. Гадюка отправилась побеседовать с линкором, передачи на «Тиамат» давали короткими трелями, чтобы их сложнее было засечь. Стоило предупредить их о набегах мелких контрабандистов. Хотя серьезный урон линкору они ни за что не нанесут, все равно могут стать неприятным сюрпризом. Все эти предосторожности, тяготеющие над ними, душили все сильнее.

Между когтистыми пальцами Криврин вертел обломок кристалла. Голубоватый свет струился между граней, он мог показаться успокаивающим, как мягкий неон в лампах «Смеха», но Кайто все равно вздрогнул. Что-то не так было с этими ископаемыми. Но он не был ученым и даже химию знал только примерно. Понимали ли все остальные, на чем летают их корабли? Или допускали это, зная, что иначе не будет ни исследования далеких планет, ни торговли? Кайто помотал головой. Не его дело — пусть об этом беспокоится кто-то другой. Сейчас главное вызнать, что у них за ящик, и Гадюка как раз вернулась с сообщением от старой знакомой Криврина, которая могла помочь.

7. Госпожа Удача

Кайто знал, что им не нужно привлекать внимание, поэтому вынудил Акиру надеть что-то незаметное, скромное, чтобы она не выделялась среди толпы яркими шелковыми одеждами. Она неохотно натянула белый кожаный комбинезон с серебряными вставками. Что, к изумлению Кайто, соответствовало нынешней моде. Он уже выучил, что Акира услышит тебя, если ты повторишь десяток раз. Арчи уже стукнула бы его разводным ключом по голове, а вот с Акирой разговоры всегда работали. Главное было стоять на своем и изображать озабоченность. Рано или поздно она смирится.

Криврин решил повести их на рынок на Варшаве — пиратской планете, превращенной в огромное торжище. Конечно, вряд ли бы их тут нашли, поскольку в такой толпе немудрено было потеряться, но тревога все равно крутилась внутри. Кайто старался не слишком вертеть головой. Встречался с разноцветными глазами, с лицами: человечьими или покрытыми чешуей, перьями, пальцами, стекающей слизью и хер знает чем еще. Толпа гудела на разные голоса. Многие из встреченных улыбались, не глядя на него, некоторые даже отводили глаза, но большинство равнодушно скользило взглядом по его фигуре. Криврин шел, рассекая народ, как линкор, который теперь тихо гудел в огромном порту Варшавы. За ним вполне можно было спрятаться, скрыться за широкой спиной, поэтому Кайто старался держаться поближе. Кто запомнит тихого парня, если у тебя перед носом огромный серпент с искалеченной мордой? Его приметность не мог скрыть даже темный кожаный плащ, в который Криврин закутался; это выглядело скорее забавно, но никто не решился ему сказать. Даже Гадюка.

Кайто шел и размышлял. Товары его не интересовали, он не отвлекался на ломившиеся прилавки, в отличие от его спутниц. Акира просто готова была скупать любые блестящие и шумные безделушки, а Арчи нацелилась на запчасти каких-то механизмов, которые выложили тут прямо так, по соседству с фруктами всех цветов радуги с разных концов галактики. Кайто сомневался, что корабли хотели расставаться с вот этими кусками двигателей… Его подруг останавливало только то, что Криврин уверенно шагал вперед, лишь отмахиваясь от зазывал, что кричали, пели, стрекотали жвалами и выплясывали. Отстав, вполне можно было потеряться и сгинуть навсегда, а этого никому не хотелось. Тогда, возможно, и тебя разделают и поместят на соседнем прилавке.

Это была прекрасная возможность сбежать, и Кайто раздумывал об этом, лишь ненадолго отвлекаясь, чтобы схватить Акиру за руку и оттянуть от сверкающего золотыми зубами торговца артефактами старых эпох. Криврин их на привязи не держал. Да, тогда черный ящик останется у серпента, но такая уж это большая ценность по сравнению с их жизнями? Когда-то Кайто не побоялся оставить армию Аматерасу, прогневав сразу всех офицеров и объявив на себя охоту, а Криврина и бояться не стоит: у него гораздо больше проблем, не станет он за ними гоняться. Да и незачем. А денег они еще заработают, не беда: даже учитывая принципиальность Акиры, которая никогда не нападала на гражданские суда, получали они нормально, жить можно.

Пока Кайто мучился в сомнениях, Криврин свернул куда-то. Порой потрясало, как такой огромный и неповоротливый на вид ящер может быстро двигаться. Он вильнул в подворотню, в которой отчетливо пахло мочой. Каких бы высот в технологиях живые существа ни достигли, низменные привычки остаются прежними.

Вслед за Криврином Кайто прошмыгнул в узкую каморку. Он не разобрал, то ли это прихожая, то ли уже жилая комната, света почти не было, кое-как оранжевые лучи пробивались сквозь засаленную тряпку на окне. Кайто показалось, что на узкой койке напротив кто-то спал, ну, или это свет так причудливо падал на сваленную одежду.