Плач феникса - Дмитрий Шебалин

приглашали даже более настойчиво, чем меня. А во-вторых, нашей встрече она удивилась не меньше меня. Да и не сказать, что от такого воссоединения преисполнилась счастья. Скорее растерялась и не знала, что ей с этим теперь делать. Собственно, как и я сам.

Наконец, официальная церемония подошла к концу, и на запястья молодожёнов повязали длинную голубую ленту. После чего гости расселись на свои места и принялись поочерёдно желать виновникам торжества любви и всяческих благ. Нас же с Марикой «случайно» усадили за стол на соседние места, и избежать неловкого разговора было уже не в наших силах.

— Ты явно в замешательстве, — попробовал разговорить её я. — Если тебе будет так проще, то давай сделаем вид, что не знаем друг друга.

— Это будет ещё глупее, — ковыряясь в тарелке, ответила она. — Твои зайчата уже шепчутся у нас за спиной. Я даже слышала, как рыжий стал сомневаться, пойдёшь ли ты сегодня вечером вместе с ними в бордель или уже нет. Знаешь, не очень-то приятно, когда тебя почти открыто называют заменой для шлюх.

— Нашла кого слушать, и на кого обижаться. Это же Колтун.

— Вот именно. А он всегда говорит то, что думает сам, и с чем, скорее всего, согласны остальные.

— Ну хорошо, — сокрушённо вздохнул я. — Пожалуй, ты права. И ради чести дамы я готов пожертвовать собой и всё-таки пойти с ними в бордель.

— Надо же, какая самоотверженность, — Марика покачала головой. — А ты не подумал, что в таком случае слухов только прибавится? Мол, Мазай, хорошо подумав, этой худосочной пигалице предпочёл сочных жриц любви. Как ни крути, но репутация страдает почему-то только моя.

— И что ты предлагаешь?

Девушка вместо ответа схватила бокал с медовухой и осушила его наполовину. Подцепив кусочек вяленого окорока, она отправила его себе в рот и принялась тщательно и задумчиво жевать.

— Как долго ты здесь пробудешь? — наконец, проглотив его, спросила она.

— Недолго. Может, три или четыре дня. Как только завершим свои дела, мы вновь отправимся в Империю. Кажется, в ближайшее время именно там у нас теперь основной источник заказов.

— А дальше? Так и будешь бегать по всему свету с поручениями от благородных особ? Ты говорил, что так наёмники зарабатывают себе на хлеб. Но посмотри вокруг, Мазай. Ведь это всё принадлежит тебе. А уже заработанных денег хватит на безбедную жизнь и тебе и всем твоим Зайцам, которых ты таскаешь с собой. Да если продать хотя бы половину вашего снаряжения можно увеличить товарооборот компании вдвое и выйти на совсем иной уровень. Так что не говори мне про свои заказы и долг перед отрядом. Ими ты лишь прикрываешь свою собственную жажду приключений и нежелание оставаться подолгу на одном месте. Вопрос лишь в том, кто ещё из твоих соратников разделяет твоё мировоззрение. Поинтересуйся у них на досуге, по своей ли воле они следуют за тобой, или же просто боятся ослушаться твоего приказа.

Теперь что-то улыбаться расхотелось уже мне. Не то чтобы я не думал о таком, но как-то подсознательно гнал эти мысли прочь, если они вдруг забредали в мою голову. Однако озвученные вот так, со стороны, они уже не казались чем-то эфемерным. От своей правды вечно бегать не получится. И я вряд ли уже стану другим. Так что, наверное, честнее будет отпустить всех тех, кто тянется ко мне, ожидая от меня чего-то другого.

— Марика, я…

— Я уезжаю завтра, — перебила она меня. — Так что, тебе действительно сегодня придётся выбирать, провести оставшееся время со мной или же пойти в дом удовольствий со своими друзьями. Ну а пока ты взвешиваешь все «за» и «против»…

Вдруг обрывая её на полуслове, музыканты подхватили чью-то задорную песню за столом, и её незамысловатый, но такой ритмичный мотив заполнил собой весь двор.

— Идём танцевать! — словно нарочно откинув всю серьёзность, Марика вскочила со своего места и потащила меня на полянку, куда уже потянулись другие гости, объединяясь там в хоровод.

— Я не умею, — попытался отбрехаться я.

— Ну и что? Давай же! Да не сиди ты, как поросший мхом валун! Мазая, которого я знаю, не испугать сельским хороводом.

— Но…

— Идё-ём!

Её смешные, но такие упорные потуги сдвинуть меня с места в конце концов увенчались успехом. С Марикой всегда было легко, а проведённые вместе дни отдавались в памяти приятным теплом. Что ж, о важном можно будет поговорить завтра утром. А пока лучше просто плыть по течению и наслаждаться простыми радостями жизни.

Надо ли говорить, что в тот вечер Зайцы отправились на дело без своего командира?

Глава 7

Замершие в неестественных позах тела, бледные искажённые страданием лица, редкие мольбы о помощи тех, кто ещё сохранил сознание. От запаха раскиданных по залу людей защипало глаза, а к горлу подкатил тошнотворный ком. Казалось, сам воздух здесь пропитан отчаяньем и безысходностью. Моё сердце защемило от собственного бессилия, ведь я уже ничем не мог им помочь.

Они знали на что шли, и это был их собственный выбор. Путь настоящего воина, не боящегося последствий. Дорога, по которой они шли раз за разом, не взирая на заранее предрешённый трагичный финал — пасть под ударами судьбы, чтобы позже, познав саморазрушение, возродиться вновь. Восстать словно феникс из пепла.

Не в силах больше смотреть на страдающих от лютого похмелья друзей, я вышел из дома на свежий воздух.

В отличие от них чувствовал я себя неплохо, даже несмотря на то, что и сам неоднократно накануне поднимал свой бокал за здравие Творгена и Ланиты. Вот только после свадьбы я отправился гулять по городу с Марикой, а ночь провёл у неё. Подальше от чужих глаз и городских сплетниц. Хотя уверен, что это вряд ли помогло, и кому было надо, тот всё увидел. Да и не в том мы положении, чтобы прятаться от кого-то. Скорее уж просто хотелось уединения. В любом случае, ночной поход в дом удовольствий я пропустил.

В общем, проснувшись утром совершенно один, я умылся и отправился проведать своих бойцов. За время пути от гостевого дома до нашего двора, находящегося почти что за городом, голова моя прояснилась и особых страданий я уже не испытывал. Чего не скажешь о вчерашних искателях простых удовольствий, которые, вернувшись после своего ночного рейда, отчего-то решили