И аз воздам - Ирина Чернова

— Ну и хорошо, что ты не жадная стала, как наверх поднялась, пусть Айди поможет тебе в дальнейшем пути, — Зара крепко ухватила завязанный угол передника, — пойду пожалуй до дома, пока мои глаза еще что-то видят! Будь счастлива, Рия, да если будет возможность, заходи, мы тебе всегда рады! Да, вот еще что скажу, — она остановилась, держась за открытую калитку, — если вдруг что случится, ну, не дай Айди такому, но все-таки… так вот, знай, что ты всегда можешь придти и жить либо у меня либо у Уты. Хоть одна, хоть с ребенком, нам все равно, мы тебя примем, а уж если надо будет, то мы с Утой вдвоем в одном доме поместимся, так и знай! Ну все, заболталась я с тобой, — ворчливо закончила Зара, — до дому не дойду!

Я была просто потрясена тем, что она мне сказала… вроде совершенно чужие мне женщины, а так отнеслись по-доброму, что никакими пирожками не откупишься! Хорошо, что я деньги с собой прихватила, вот и оставлю им на жизнь.

Просидели мы с тетушкой Утой почти до темноты, попивая чай и слушая друг друга.

— А ты ведь прощаться пришла, — вдруг сказала старушка, — уезжаешь, что ли, куда? С милым своим или от милого?

— От милого, — созналась я, — к маме возвращаюсь. Не получилось у нас с ним жизни, как я не старалась, ничего не вышло. То вроде он со мной нормальный, а то хуже камня, ни слов, ни радости, ничего нет. Молчит, как будто я провинилась чем-то перед ним… не понимаю я его!

— Мать-то тебя назад примет? — забеспокоилась Ута, — ты ведь в храм не ходила, как будешь людям в глаза смотреть?

— Ничего, это не самое страшное, а то, что в храме не была, так у нас на то особо никто не смотрит, — махнула я рукой, — у нас бывает всю жизнь живут вместе без всяких храмов, дети-внуки уже есть, а им это и не надо. Если двое любят друг друга, то им и храм никакой не нужен.

— Так-то оно так, — согласилась Ута, — но все же если на семье лежит благословение Айди, то она крепче будет, так и знай. А милый-то знает, что ты к матери уезжаешь? Может, ссоритесь из-за пустяка, а как узнает, так и не отпустит? Поймет, что без тебя ему не жизнь… это ж знаешь, как бывает, пока рядом, не ценит, а как почуял, что потерять может, так сразу откуда что берется, и любовь и забота, горы своротит, чтоб вернуть!

— Да какие горы… — подступили слезы и я заревела, уткнувшись носом в услужливо подставленное полотенце. — Ничего у меня с ним не получается, чтобы я не делала… если б он просто человек был, а то он маг, а я…

— Вот оно что, — Ута дождалась, пока я проревусь и умоюсь, поставила мне кружку отвара и села рядом, подперев кулаком щеку. — Маг, значит… да, с ними совсем другие дела, нежели с простыми парнями. Небось, речь о детях шла? Ну конечно, о чем они еще могут думать, как не о том, чтобы не дай Айди им силы лишиться! Ради нее они на все готовы, а уж если этой самой силы могут еще зачерпнуть у кого-то, то ни на что не посмотрят, через собственную мать перешагнут и пойдут дальше. У Зары вон сестра была, служанкой у одной семьи, маги они тоже были сильные и дочка у них была… родители ей много чего разрешали да учили всему, что сами знали, хоть иногда и надо было бы запрещать, а не потворствовать. Девчонка уж больно своенравная была, чего захотела, так всего привыкла добиваться, но и сильная, ничего не скажешь. Что уж там произошло у них, никто не знает, но от дома ничего не осталось, ровно как смело все подчистую, и погибли все, кто там был… одна дочка ихняя и выжила непонятно как. Всякое говаривали, да правду разве дознаешься теперь? Двадцать лет уж прошло, а на том месте до сих пор одна мертвая пыль лежит и не растет ничего. Может и лучше, что ты своего мага бросишь да к матери уедещь, — вздохнула она, погладив меня по голове, — глядишь, хорошего человека встретишь, который тебя попрекать не будет ничем… ты уж только не тоскуй сильно, время оно все лечит…

Распрощавшись с тетушкой Утой, я пошла к дому Крайдена, складывая про себя услышанное от старушек. Вот, значит, как здесь относятся к магам, и похоже, что это отношение вполне оправданное. Дайлерия… снова всплыло это имя, а ведь она сказала, что ее родители погибли двадцать лет назад… ох, чует мое сердце, что сестра Зары была служанкой именно в их доме, как-то все одно к одному ложится, даже специально вытаскивать никакие архивы не надо! А ведь что там Грегор говорил про изымание внутреннего резерва? Мать твою… ерш… они собирались это делать подальше от людей, чтоб никто не пострадал! Тогда получается, что Дайлерия… сильный маг, говорите, была? Как не быть сильной, если ты забираешь два чужих резерва… разве ж они были ей чужие? Это же были ее родители… господи, ну и чудовище, а я-то еще удивлялась, как она спокойно отправила Орвилла на смерть… миледи Винтер отдыхает перед ней! Что там Кордел мне говорил, саму себя перехитрила? Было за что ее ненавидеть, этого права не отнимешь ни у кого! И ведь она приняла меня за родственную душу… надеюсь, что это все-таки было временное помрачение рассудка…

— Душечка моя, я так рада тебя видеть! — влетевшая прямо за мной следом Ларита едва не сбила меня с ног, — ты даже не представляешь, вот я иду по улице и думаю, хорошо бы встретить кого-нибудь из знакомых, а то мне так скучно, и вижу впереди знакомую фигуру… не может быть, это же Валерия, говорю сама себе, а ты как будто и не видишь меня!

— Конечно не вижу, — я отодвинулась от стрекотавшей, как сорока девицы, оправляя платье. И духи у нее такие тяжелые и сладкие, что дышать рядом невозможно! Хорошо, что аллергии нет, а то моментально бы сопливилась всем на потеху. — Как я могу тебя видеть, если ты идешь сзади?

— Ну что ты такое говоришь, — возмутилась она, подскакивая на месте и вытягивая шею, чтобы посмотреть, чьи шаги приближались к нам со второго этажа, — неужели ты ничего не слышала? Я же так топала каблуками! Эти новые туфли немного жмут, но если сделаешь чуть побольше, то они будут шлепать по пяткам, а это уже неприлично! Конечно, в них долго не проходишь, такой высокий каблук, — она поддернула подол и с удовольствием выставила ногу в яркой шелковой туфельке на высоком изогнутом каблучке, покрутила ею и… подняла подол выше коленей, показывая белое пенное кружево нижних юбок. — Валерия, ты только посмотри, как мне сделали этот каблучок! Между прочим, ходить на нем гораздо удобней, чем на твоих, — нога в туфельке поднялась еще выше, — нет, ты совсем не смотришь, неужели тебя не интересует красивая обувь? Ах, Орвилл, — она сделала вид, что ужасно смутилась и забыла опустить подол, — ты оказывается дома? А я думала, что ты на службе… ты же постоянно на службе, днем и ночью, да?

— Здравствуй, Ларита, — Крайден поздоровался так, что можно было сразу замерзнуть, находясь рядом с ним, но холодный тон не возымел успеха. Это я могу обижаться, не понимая, чем он вызван, а других это ничуть не смущает.