И аз воздам - Ирина Чернова

— У нее? Откуда? У нее что, есть сила?

— Нет и не было никогда, уж это я вам совершенно точно говорю! Хотите, я переброшу ее порталом куда угодно? Смотрите, в…

… - то я говорил? Где она была?

— Здесь же, только за стенкой. Никакого сопротивления, никакой силы.

— И что теперь прикажете делать, нет, я вас спрашиваю, что теперь делать?

Очнулась я где-то на середине бесконечной ругани, которой предавались мужские голоса около меня и сперва никак не могла понять, где я нахожусь и кто эти люди. Откручивая назад, вспомнила, что должна была попасть домой, но почему-то все сорвалось. Не хватило сил у Совета и они боятся в этом признаться? Скорее всего, дело именно в этом, вон Энтони как беснуется, даже с закрытыми глазами чувствую… ну не я же тут зубами вцепилась, решение было принято и отказываться от него я не подумала даже и в мыслях. Лишь бы не подумали, что это я всему виной, а то престиж Совета получит такой плевок в моем лице, что не отмоется! Ладно, хорош лежать, а то натурально заподозрят в чем-нибудь…

Судя по накалившейся обстановке, лежать я тут могла сколько угодно — про меня в пылу полемики господа маги просто забыли, споря и наскакивая друг на друга, как бойцовые петухи. Посидев на лежаке с сумкой в обнимку, я покашляла, потом почесалась, поковырялась в сумке, поправила сбившееся платье и только когда встала, уставившись на потного и красного Блиона, с жаром доказывающего Энтони, что они не просто так здесь сидели, а прилагали все усилия для моего перемещения, тогда они соизволили обратить на меня внимание.

— Валерия, — начал первым Блион, — вы что, не хотели возвращаться домой?

— Да как это не хотела, — возмутилась я, — когда я и прошение в Совет писала, и еще первый раз пыталась доказать вам, что мне надо вернуться! Почему это я не хотела?

— Хотела, не хотела, — раздраженно бросил широкоплечий мужчина с хмурым рубленым лицом римского патриция, — можно подумать, ее хотение здесь что-то значит! Восемь… нет, девять магов, включая Крайдена, не смогли затянуть ее в портал! Чушь какая-то!

— Руку дайте, — повелительным жестом протянул ладонь черноволосый, — не правую, левую! Ну что вы говорите мне, — он возмущенно поглядел на Энтони, — ничего нет! Да и откуда в их мире она возьмется? — презрительность последней фразы была супернеприятной, но не возмущаться же по этому поводу, тем более, что мне и самой все произошедшее было непонятно. — Пусть идет, — махнул он рукой в сторону двери, — хватит ей тут сидеть.

— Подождите, — остановил меня Рейфельс, — а что вы-то сами думаете по этому поводу? Путь был, я видел его очень хорошо, для не-мага он на редкость четко просматривался, даже с самого начала портал начал затягивать вас почти без малейшего усилия с нашей стороны… ну разве что был небольшой толчок, — извиняющийся тон настолько не шел тому Рейфельсу, которого я еще помнила по Совету, что я от изумления чуть не потеряладар речи.

— Простите, — сумку я опять прижала к груди обеими руками, боясь расстаться с драгоценной собственностью, — я… честное слово, я ничего не понимаю. Я хотела вернуться, у меня там мама… у нее скоро будет ребенок, а она очень волнуется, куда я пропала… почему так получилось? — Рейфельс отвел глаза, «Суворов» поджал сухие губы, Мейнер отвернулся, черноволосый зло дернул краем рта… но никто не смог ответить, только Энтони стоял сосредоточенный и нахмуренный, напомнив мне Орвилла тяжелым взглядом. — Я же сама согласилась, сама хотела… а что теперь?

— Ничего, — широкоплечий многозначительно посмотрел на Энтони, — идите домой… или где вы там живете. Мы будем думать над тем, что произошло… или решать вашу проблему другими путями. Идите, госпожа Валерия, — с нажимом произнес он, — уже достаточно поздно и вас отвезут. Сторс! — дверь в комнату хлопнула чуть ли не одновременно с окликом, — отвезите девушку туда, откуда вы ее забрали.

По дороге обратно я так и этак перебирала мое неудавшееся отправление домой и не могла понять, что же произошло на самом деле. Кроме того, что Совету не хватило силы, никаких мыслей больше не приходило в голову. Если уж маги не могут понять, то откуда мне до этого додуматься? Следуя романтической линии, можно было бы раздуть мыльный пузырь из моего отношения к Орвиллу, но то, что он мне нравится, никак не может быть якорем, вросшим в землю Лионии. Если бы я была в него влюблена, то уже давно порхала бы над землей, как когда-то было с Лешиком. Вот там у меня вопросов не возникало, сразу сказала себе честно, а здесь… здесь порой накатывала злость на его равнодушие, бесила его холодность, сменяемая вдруг нормальным отношением, да и прятки в собственном доме… но теперь мне уже разъяснили все стороны этого вопроса, тогда незачем и копья ломать. Хотя… а ведь Грегор говорил, что Орвилл легко махнул в мой мир… ему почти не понадобилось чужой силы, это в Лионию он меня тянул… ну точно, надо у него спросить, что там произошло, может, если он свою долю подкинет, то все пойдет, как надо?

Подъехав к дому Крайдена, я поблагодарила Сторса за то, что он привез меня назад — дело было уже поздно, ходить в одиночку по ночам даже в столице небезопасно и проводы были не данью этикету. Мирина, вылетевшая мне навстречу, показалась похожей на привидение, уж слишком она вылупила глаза, открывая мне дверь.

— Г-госпожа В-валерия?

— Что случилось, Мирина, — ужас вперемешку с удивлением был мне абсолютно непонятен. Правда, в зеркало я не смотрелась, может, после неудавшегося перемещения у меня рога выросли или уши? — Господин Крайден дома?

— Д-да, — выдавила она, отступая в сторону.

— Спасибо, — подхватив сумку, я ринулась наверх, наверняка сидит, как сыч, вот и спрошу у него обо всем, отвлеку от Великих Дел.

— Орвилл, — постучав в дверь, я не дождалась ответа и вошла в комнату, — Орвилл, ты где? Мне надо с тобой… — на низком столике у камина стояло две пустых бутылки, третья лежала на боку и вокруг нее растеклась прозрачная лужа с резковатым запахом. Пустой стакан… второй стакан, какие-то фрукты, раздавленные на полу, рваные клочки бумаги, еще один стакан, лежащий прямо посреди комнаты… это что тут, пьянка была? Может, я не во-время?

— Ну кто там пришел? — раздался женский голос из открытой двери в спальню, — вас что, надо учить, как вести себя в приличном доме?

Зачем-то я пошла на голос, вместо того, чтобы выйти в коридор, и моему взору предстала та самая картина, которую так часто показывают в кино — сидящая на постели полуодетая девица, в которой я с трудом узнала Лариту, поскольку напрочь забыла о ее существовании за сегодняшними событиями и лежащий рядом Орвилл, голую спину которого я разглядела очень хорошо.