Прекрасный яд - Мишель Бриддок

Вчера я не стала расспрашивать Милли, когда она попросила взять с собой купальник, о том, было ли хорошей идеей купаться в озере в это время года, но светило солнце, заливая комнату теплым светом, так что, по крайней мере, проливного дождя не было. Плюс я хотела исследовать территорию как можно больше, а Милли говорила так, будто ей действительно понравилось это озеро. К черту!

Закончив собираться, я направилась на кухню. Не успела я даже спуститься по лестнице, как услышала пронзительный голос, похожий на скрежет гвоздей по классной доске.

— БЕННЕТТ! — Боже милостивый! Саммер выскочила из кухни, ее копна рыжевато-каштановых локонов рассыпалась по стройным плечам. Я растянула губы в натянутой улыбке.

— Привет. — Я слабо махнула рукой.

— Сегодня мы вместе. — Ее энтузиазм вызывал тошноту. Что за хрень! — Кара на кухне, Райли и Элейн займутся стиркой, а мы будем убирать спальни.

Я понятия не имела, какого хрена она так радуется уборке спален, но кто я такая, чтобы комментировать. Если это делает тебя счастливой, почему бы и нет, верно?

Словно читая мои мысли, Саммер подмигивает.

— Сортировка спален — это весело, ты находишь всякие вещи.

Теперь все стало понятно. Наша Саммер была чертовой шпионкой класса А. Отлично! Пронырливая сучка!

Я подумывала найти оправдания и попытаться заняться работой, где я могла бы работать одна или хотя бы с Милли, но Саммер, по какой-то странной причине, казалось, нравилось мое общество, поэтому, подавив раздражение, я заставила себя улыбнуться и направился к шкафу для уборки.

Запах отбеливателя и чего-то похожего на цитрусовые ударил мне в ноздри, когда я открыла дверь. Достав коробку с принадлежностями, набитую тряпками для вытирания пыли, полиролью и другими мелочами, я направилась обратно на второй этаж.

— Мы начнем с комнаты мистера и миссис Сильваро, — сказала Саммер, следуя за мной вверх по лестнице. — Спальня на верхнем этаже, надеюсь, ты готова к тренировке. — Она начала перепрыгивать через две ступеньки за раз. Я тащила ноги вверх по лестнице, продолжая идти черепашьим шагом. Я не спешила приступать к уборке, хотя мысль о том, чтобы закончить, уже не давала мне покоя.

Когда мы оказались у спальни Сильваро, нас встретила большая дверь из красного дерева. На больших панелях были вырезаны замысловатые детали, изображающие что-то похожее на розы с толстыми лозами и шипами.

Саммер достала маленький золотой ключик и вставила его в замок, щелкнув им. Взявшись за большую медную дверную ручку, я толкнула тяжелую дверь, и мы оба заглянули за нее, словно собирались заглянуть в пещеру с сокровищами Аладдина.

Комната была великолепна. В середине стояла гигантская кровать с четырьмя столбиками в готическом стиле, покрытая персиковыми и нежно-розовыми шелковыми покрывалами и роскошными белыми меховыми пледами. Сама кровать была окружена зеркалами. Они были повсюду, даже на потолке.

— Мерзкая сучка! — хихикнула Саммер. — Зеркала на потолке. — Она указала туда, куда я уже смотрела. — Держу пари, Андреас и Эстель вытворяют какую-нибудь извращенную хрень в этой комнате.

От этой мысли желчь поднялась в моем желудке, как кислота. Я с содроганием прогнала это чувство.

— Давай просто уберемся здесь. Полагаю, кровати останутся за Райли и Элейн, так что мы просто протрем пыль.

Саммер улыбнулась.

— Конечно.

Она взяла шокирующую розовую метелку из перьев и начала размахивать ею в направлении большой серебряной люстры в комнате. Схватив тряпку, потрепанный черный фартук и флакон с каким-то беспорядочным спреем, я начала вытирать пыль с прикроватных тумбочек. На маленькой тумбочке стояла фотография юной Эстель. На ней было темно-синее платье в пол, ее волосы были собраны в локоны, а широкая, восторженная улыбка демонстрировала ряд идеально ровных белых зубов.

— Вау, Эстель была красоткой. — Я беру золотую рамку, рассматривая фотографию поближе. Саммер поворачивает голову ко мне, тело ее тело все еще напряжено и занято работой.

— Хмм, меня это не удивляет, женщина просто сногсшибательна. Черт знает, что она нашла в Андреасе. Она могла бы быть моделью.

Я киваю, возвращая фотографию на прежнее место.

Маленькая шкатулка для украшений из розового золота стояла на прикроватной тумбочке ближе к стене. Я быстро протерла ее, пока тряпка не выскользнула из моих пальцев и не упала на пол. Наклонившись, чтобы поднять ее, я внезапно ударилась бедром о тумбочку, отчего содержимое, включая шкатулку с драгоценностями, задрожало.

Крышка открылась, и в ней не оказалось никаких украшений, только упаковка за упаковкой ксанакса. Черт возьми, у кого-то были проблемы со сном. У Эстель явно были проблемы.

Мои мысли вернулись к разговору с Эзрой о том, что его сестра пропала без вести и считалась погибшей. Я не могла представить, какую боль это причиняло бедной женщине. Мое сердце болело за нее. Я быстро закрыла шкатулку крышкой, пока Саммер не начала рыться в ней.

Осмотрев спальню, я поняла, что никогда не встречала такой большой комнаты. Я была уверена, что в этой комнате можно уместить небольшую квартиру.

Слева находилась большая ванная комната. В ней стояла великолепная ванна из белого мрамора, достаточно большая для двоих.

Войдя в ванную, я быстро приступила к работе, вытирая следы пыли и мыльного налета внутри ванны, а затем принялась за раковину.

Над раковиной висело большое антикварное овальное зеркало. Я уставилась на свое отражение в стекле. Бледное лицо, длинные шоколадно-каштановые волосы, слабый след темноты на нежной коже вокруг глаз, из-за того, что я столько раз просыпалась от кошмаров.

Даже до приезда в Найтчерч я спала не лучшим образом. Возможно, стащить несколько таблеток Эстель было бы не такой уж плохой идеей.

Оттирая раковину, я заметила на мраморе небольшой скол, похожий на пятно от пролитой жидкости.

Наклонившись, я начала тереть его. Из спальни донесся шуршащий звук — похоже, Саммер уже копалась в вещах.

Поняв, что скол на раковине, — вовсе не пятно грязи, я поднялась на ноги и встретилась взглядом со своим отражением в зеркале.

Но вместо моего отражения на меня смотрела женщина. Ее лицо было смертельно бледным, а оба глаза покрыты синяками, как будто ее ужасно избили.

Порез на ее лбу выглядел зловещим и глубоким, так как струйка густой алой крови текла по брови и попадала в левый глаз.

Ее растрепанные серебристые волосы были перепачканы грязью и запекшейся кровью, которая также испачкала ее потрепанную белую ночную рубашку. Девушка из моего сна.

Я в шоке отпрянула назад, когда она уставилась на меня, ее глаза были глубокими, черными омутами пустоты. Пронзительные и преследующие одновременно. Все