Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

в технике Алариса, или просто в самом моем погружении в воспоминания - но волна гнев хлынула изнутри, заставив вспомнить меня во всей красе, как началась эта война. Оглушительная сила ярости хлынула по жилам, заставляя кровь вскипеть, и я буквально прокричал последние слова…

– Пожалуйста, откройте глаза и успокойтесь, лорд Горд. – медленным, убаюкивающим тоном попросил меня Аларис. – Иначе здесь будет много ненужных жертв.

Я открыл глаза и изумлением обнаружил, что мы находимся под могущественным, каскадным совместным щитом почти сотни волшебников, который трещит от напряжения моей собственной силы смерти, а сонм черных щупалец извивается вокруг, едва не проламывая его. Когда я вообще начал выпускать их в приступе ярости?

Моргнув, я взял себя в руки и свернул ауру, убирая технику Бейзила Спрута. Ряд волшебников за спиной Алариса выдохнули, отпуская щит над ним. А вот коллективный щит над центром поляны убирать многие не спешили, спешно вливая в него тонну новых сил.

Аларис посмотрел на меня странным взглядом.

– Вы самоучка, так ведь? – странным тоном спросил он у меня.

– Я рассказывал вам, откуда взял знания. – пожал плечами я. – Но да, практиковать всё приходилось с нуля самому, и наставника-человека у меня не было.

Старый целитель протяжно вздохнул и тихо выругался сквозь зубы.

– Знаете, слухи об этом ходят давно, но чтоб вот так, своими глазами… Я до сих пор не верил вашим словам про случайную гибель Таллистрии, полагал, это байка, что ваша разведка пускает по народу, но теперь… Именно так она и погибла, верно? В приступе гнева?

– Примерно. – кивнул я. – Я был очень зол на Аттарока тогда, и мне очень хотелось достать уходящую армию… И это получилось даже лучше, или хуже, чем я ожидал, с какой стороны посмотреть.

– Тогда, раз у нас здесь вечер откровений, позвольте, пожалуйста, старому, слабому, но опытному мастеру поделиться с вами некоторыми секретами. – заговорил, словно перебарывая себя, Аларис. – Эмоции разумного существа - достаточно мощный стимулятор для мистических техник. Нам пока сложно говорить о природе этого взаимодействия, но мы достоверно выяснили, что эмоции обладающего душой существа имеют не только химическую, но и духовную природу, и способны вступать с энергетикой в резонанс, способный усиливать или ослаблять сотворенную магию. По этому причине у детей иногда получается очень мощная и разрушительная стихийная магия - из-за чистых, искренних эмоций, вложенных в неё. Со временем, юные маги участь контролю, управлению над эмоциями, синхронизируя их со своей энергетикой. Это позволяет им усиливать или ослаблять этот резонанс, пользуясь собственными эмоциями как дополнительной подпиткой. Однако… Любой контроль не абсолютен. Полностью взять под контроль себя нельзя, это тупиковый путь, получившийся маг станет безэмоциональным овощем, были подобные эксперименты на заре нашего искусства. Поэтому задача любого наставника - научить юного неофита использовать собственные вспышки эмоций на пользу себе, а не во вред. Тогда, без какого-либо тотального контроля и подавления своих чувств, маг естественным образом приучается использовать собственные чувства для усиления магии. Однако есть и обратная сторона - то, что мы видели сейчас у вас. Дело в том, что как эмоции питают магию, так верно и обратное. Я связываю это с энергетическим единством вселенной - изначальная, первородная магия первозданна и пронизывает всё вокруг. Поэтому, иногда, в этот самом резонансе между магией и эмоциями, волшебник может впасть в своеобразный транс - когда чувственная часть сознания будет доминировать над рациональной. Так творятся шедевры артефактов, так сотворяются удары, что крошат скалы… Контроль и направление этого транса - одно из необходимых условий для того, чтобы человека признали мастером магии. В ином случае это очень опасно, и чем могущественнее маг, тем больше опасность. Иногда у всех сильных чародеев бывают своего рода приступы, в порывах эмоций… Мы тоже люди. Но обученный мастер магии быстро берет себя в руки.

– Что вы хотите этим сказать? – нахмурился я.

– Вы взяли себя в руки мгновенно. – спокойно ответил Аларис. – Но, в то же время, похоже, совершенно не знаете в каком именно состоянии пребывали и что ему характерно. Что возможно только в случае, если человек самоучка… И мне поразительно это наблюдать. Насколько я знаю, примерно так ковались первые из мастеров магии людей, двигаясь вслепую, не знающие закономерностей, но подчиняющие реальность своей воле… Дух, который учил вас магии, не рассказал вам о взаимосвязи эмоций и энергии?

– Нет. – кратко ответил я. – Я получил от него выжимку по магии смерти с подробными пояснениями. Некоторые нюансы этой связи там были, но вот так, прямо и четко - нет.

– Это очень опасная ловушка. – покачал головой Аларис. – Так легко можно убить себя в порыве гнева, не удержать контроль, поддаться сильной технике. Не потому, что ты плохо контролируешь себя, а потому, что любая магия может кратко усиливать эмоциональные порывы. Существо, что учило вас магии смерти, определенно рассчитывало избавиться от вас в дальнейшем. Подобные нюансы передают только наставники, об этом не пишут книги… И их невозможно пропустить случайно, обучая человека магии.

– Вполне возможно. – легко согласился я. – Но я справился с этим.

Знания демона порой и правда зияли пробелами. Я восполнял их как мог.

– Справились. Но, с вашего позволения, я хотел бы преподать вам пару техник контроля эмоций, что используют начинающие волшебники. – отрешенно сказал Аларис. – Потому что последнее что нужно землям, которыми вы правите, это впавший в амок повелитель смерти, который не хочет возвращаться обратно.

Я холодно усмехнулся.

– Вы хотите сказать, что наконец-то дошли до мысли, что меня не стоит злить?

– Не стоит опускаться в вульгарщину. – поморщился Аларис. – Полагаю, сказанного достаточно, чтобы нам было что обдумать…

– Я ещё не закончил. – покачал головой я. – И уверен, у многих есть вопросы помимо вас. Так что используйте вашу технику вновь и мы продолжим.

Он долго буравил меня взглядом. Но сделал то, что я сказал. А я принялся говорить:

– Для начала… Если у кого-то из вас остались вопрос ко мне, помимо сказанного ранее, спрашивайте.

Из толпы протолкался один мужик, которого явно тянули назад свои же. Бледный, обожженный лысоватый бородач лет пятидесяти. Ещё не седой…

– У меня есть вопрос. – мрачно пробасил мужик в робе. – Я дрался с тобой в той битве, в