Хозяин Пророчества - Николай Бородин

Все подтянулись к образовавшейся стеклянной стене, открывавшей дивный вид окрестностей в лучах заката. Последнее место Силы находилось настолько дальше к востоку от пустыни, что здесь солнце уже почти скрылось за горизонтом. Все сходились на том, что даже ради одной панорамы стоило сменить скучный макет на реальную натуру. Отроги гор, спускающиеся к холму, были оторочены лесом, казавшимся игрушечным в багряных лучах заходящего светила. На самом дне долины то, что на карте казалось однотонным пятном, обернулось сверкающим горным озером. Из такого отдаления и под таким углом можно было увидеть лишь солнечные блики на мелкой ряби, словно россыпь бриллиантов, но никто не сомневался, что вода в нем настолько чиста, что видно дно даже самой глубокой впадины. Светлана нашла отличное местечко, чтобы в уединении постигать премудрости и тайны природы.

«Итак, — начал Радимир, перейдя на речь, понятную лишь пророкам, — нас ждет очень интересная схватка. В первую очередь она интересна тем, что в ней мы можем диктовать правила, и я не понимаю, почему бы нам этого не сделать. Светлана, это не вступает в противоречие с Пророчеством?»

«Нет, — раздался голос, но он принадлежал не Светлане. — И вообще, переходили бы вы на нормальную речь, чтобы и остальные могли участвовать, а то разводите тут секретность. Прямо какие-то старики-разбойники».

Все замерли, мгновенно ощутив неприятное чувство под ложечкой и стремительно подготавливая свою самую разрушительную магию на тот весьма вероятный случай, если таинственный говоривший окажется врагом. Оцелот, за долгие свои годы переживший множество сложных и опасных ситуаций, безо всяких эмоций произнес:

«Я знаю этот голос».

Все решили чуть-чуть подождать; в конце концов, буквально несколько часов назад Радимир удержал их от необдуманной схватки с невесть откуда появившейся Светланой, так что ему можно было доверять. Но все-таки таинственный голос, слышный именно пророкам, мог выбить из колеи кого угодно. И принадлежал он, судя по всему, второй Светлане. Во всяком случае, девочка, выглядывающая из-за книжных башен на главном библиотечном столе, выглядела точно так же, разве что носила очки в тонкой круглой оправе.

Радимир, нутром почуяв, что в объяснениях нуждаются не только пророки, но и все остальные, воскликнул вслух:

— Ленса! Давно тебя не видел!

— Ты все так же невнимателен, мурзик. — Оцелот почувствовал себя в прицеле нескольких совершенно ошалевших взглядов. — Я все время была тут. Хотя трудно заметить некромантку в черном платье в темной комнате, особенно если ее там нет.

Гости на мгновение впали в ступор, пытаясь понять, что бы это значило, но Светлана успела шепнуть углом рта:

— Она маг-теоретик.

Чародеи тут же понимающе переглянулись и расцвели вежливыми улыбками, сделав вид, что поняли шутку. Саму девочку-чародейку, впрочем, подобное притворство не волновало, а скорее, она вообще его не заметила. Смотрела она, по крайней мере, достаточно рассеянно, но в ее глазах под слегка вздернутыми бровями читалось выражение усталого дружелюбия.

Снор, не особо отдавая себе отчет в том, что делает, почти на автомате пробормотал:

— Она выглядит так, словно искренне сопереживает всем бесчисленным идиотам, населяющим наш мир.

Радимир, внезапно раскашлявшись, согнулся чуть ли не пополам, но все-таки успел украдкой показать ярлу большой палец.

Светлана с видом, словно говорящим «как же вы меня утомили», устало ткнула во вторую себя тростью:

— Знакомьтесь, это Ленса, моя сестра.

Радимир, подождав мгновение и почувствовав, что продолжения не будет, подхватил в тон:

— И мастер, магистр — короче, лучший специалист в теоретической магии, которого только видел свет. Также она непревзойденный мастер прятаться — обычно где-нибудь с книжкой. Ручаюсь, никто из вас не знал, что она здесь.

Остальные благоразумно решили не отвечать на последнее ехидное замечание архимага и вежливо изобразили радость от встречи, тем не менее по-прежнему ощущая, что основная проблема так и не разрешена. Ленса тем временем выбралась из-за стола, оказавшись полной копией своей сестры, и подошла поближе, с самым серьезным видом протянув всей честной компании руку — вниз ладонью, ткнув любопытствующим под нос запястье, на котором красовалось нечто круглое, громоздкое и металлическое. Через пару секунд пророки осознали всю глубину непосредственности и чарующей простоты своей новой знакомой и склонились над странной железкой, дабы внимательно ее изучить.

На вид это был просто диск в металлической оправе, содержащий внутри серебряную бляху с гравировкой в виде тончайших параллельных линий. В одном месте, впрочем, симметрия нарушалась — линии были вытянуты резкой, острой волной таким образом, словно кто-то ухватился за краешек серебряной поверхности и резко дернул, исказив ее.

«Кто-то из вас думает как пророк. Перестаньте немедленно». — Ленса, сделав бровки домиком, глянула на сборище великих магов в упор. Харад-аль чуть виновато улыбнулся, и стрелка на серебристой поверхности тут же исчезла.

Прошла терция времени, до краев наполненная обдумыванием и сопоставлением, после чего ровный узор выгравированных на серебре линий будто взорвался сразу во множестве мест. Маги, любопытные как кошки, примерно поняв общий принцип, немедленно ринулись исследовать возможности прибора. Ленса наблюдала за ежесекундно возникающей рябью с добрым взглядом заботливой бабушки, приглядывающей за несмышлеными внуками, и это выглядело очень забавно при ее юной внешности. Через несколько секунд все, видимо, убедились, в чем хотели, и успокоились, вслед за чем серебряная поверхность тоже успокоилась и разгладилась, лишь изредка искажаясь под воздействием чьей-нибудь шаловливой мысли.

«Как вы уже поняли, таким образом я могу распознавать все уровни, на которых ведется разговор. А заговорить на том же самом уровне — лишь дело личного мастерства».

Все кивнули, верно поняв намек. Ленса счастливо улыбнулась и подумала:

«Но, господа пророки, я знаю, кто вы такие». Наступило еще одно мгновение осторожной тишины. Девочка, поправив очки, укоризненно глянула на магов:

«Ну право слово, наша гостья из Эмпира, уважаемая Сетэль, соединяет в себе пророка и дитя, и это не вызывает у вас отторжения! Будьте тогда любезны воспринимать в нормальном ключе и меня, дитя, что знает суть своей Песни».

Пророки, как по команде, принялись сверлить взглядами Светлану, на что та тут же огрызнулась:

«Понятия не имею, откуда она этому научилась — ее и пытайте. Я не отступала от Пророчества ни в едином слове».