Ветеран особого подразделения - Валерий Рощин

Палыч скривил в раздумье губы и предположил:

— Проверенная, надежная машинка. Сбоев при стрельбе не дает, мощный патрон — пуля некоторые броники прошивает…

«Курсанты» расположились в удобных креслах. Инструктор по пулевой стрельбе расхаживал вдоль стола, на котором были разложены пистолеты разнообразных импортных и отечественных систем. Занятия проводились прямо в тире — в начале длинного бетонного сооружения, пристроенного к одному из бывших заводских цехов. Барков сидел поодаль — в таком же кресле и опять листал записную книжицу, изредка делая на страничках пометки…

— Не совсем так, — возразил инструктор — невысокий молодой человек лет тридцати. — Во-первых, «ТТ» легко достать — купить на черном рынке или у любого чернокопателя. Во-вторых, к нему полно боеприпасов. В-третьих, большинство стволов не числятся ни в одной пуле-гильзотеке, и невозможно по номерам отследить, откуда произошла утечка оружия. Ну и последнее достоинство — тут я с вами согласен — хорошая пробивная сила пули. Действительно, прошибает легкие бронники. Так что дело вовсе не в отменных качествах и надежности — в этом смысле «ТТ» отнюдь не превосходит «ПМ», — подытожил наставник и с улыбкой признался: — А будь я киллером, то выбрал бы для своих темных делишек «наган». Какого-нибудь одна-тыща-девятьсот-сильно-затертого года.

— Это почему же? — подивился выбору пожилой снайпер.

Молодой коллега со знанием дела пояснил:

— Не дает осечек — достаточно второй раз нажать на спусковой крючок, а не дергать затвор. Всегда готов к бою — не нужно загонять патрон в патронник и снимать с предохранителя. Не оставляет гильзу на месте преступления. А по мощности патрона, пожалуй, не уступает «ТТ».

Занятия в тире начались с инструктажа по мерам безопасности. Затем слово взял Станислав и пояснил, что по условиям операции каждый волен выбрать любое оружие из самого распространенного и ходового. Никаких специальных систем и навороченных новинок! Исключение делалось только для снайпера — ему предлагалось две бесшумные отечественные разработки: ВСС «Винторез» и ВСК-94. С обеими автоматическими винтовками Палыч был знаком и воспринял новость с явным удовольствием. Потом инструктор раздал патроны и, разбившись попарно, спецназовцы минут тридцать упражнялись в стрельбе, показав в целом неплохие результаты.

Прапорщик Матвеев спорить с молодым человеком не стал — с «наганами» никогда не сталкивался. Зато вмешался Серебров, до того молча слушавший диспут:

— Прежде чем идти на дело и дырявить заказанного клиента, не забудь отстрелять свой «наган», а то в самый последний момент обнаружишь «солдатский» ствол старого образца вместо «офицерского». Это первое возражение. Второе: в отличие от плоских пистолетов револьверы не приспособлены для скрытного ношения. И третье: гильз твой «наган» не оставляет — это точно. Но если случится заминка и увязнешь в перестрелке — пиши пропало и оставляй седьмую пулю в барабане для себя.

— Интересное мнение. Поясните, товарищ майор, — удивленно попросил парень.

— Все просто, потому что перезаряжать свою хрень умучаешься! Это тебе не одним движением вогнать запасной магазин в рукоятку…

Спор на том не угас. Сидевший в углу Барков безмолвствовал, однако по нарисованной на лице ухмылке было видно: навыками и знаниями членов группы он доволен. Особенно его порадовал снайпер: опробовав обе винтовки, тот с любого положения лупил по мишеням без промаха. И даже инструктор, прощаясь с группой, не удержался от комплимента — пожимая прапорщику руку, промямлил:

— Не хотел бы я оказаться среди тех, против кого вас готовят…

Однако в спортзале триумф Матвеева сменился конфузом. Причем полным. Он никогда не любил силовых единоборств, предпочитая разбираться с противником на расстоянии прицельного выстрела.

Как ни странно, но лучше всех продемонстрировал свои способности Куценко. После разминки инструктор — высоченный амбал лет тридцати пяти, стал по одному вызывать «курсантов» на ринг. Палыч продержался ровно десять секунд, Илья — полминуты. Аркадий старался выдерживать дистанцию, но пропустил сокрушительный удар в челюсть и едва не улетел за пределы ринга. Благо кулачищи амбала были облачены в тренировочные перчатки, а головы спецназовцам предусмотрительно «обули» в защитные шлемы. А вот здоровяк Борька приятно удивил и провел трехминутный раунд достойно: вовремя уходил от ударов и захватов, ставил блоки, да и сам неплохо атаковал. Опять подвела дыхалка — в конце поединка зашелся в кашле и хрипе…

Но Барков остался доволен.

— Подведем предварительные итоги, — молвил он, провожая группу в гостиницу. — Для силовых структур вы еще не потеряны, однако поработать предстоит немало! И я этим делом займусь — обещаю.

— На сегодня все? — устало спросил Серебров.

— Сейчас второй километровый кросс.

— Опя-ять?!

— Кросс два раза в день — я же предупреждал. Потом ужин и личное время. Отмывайтесь, отсыпайтесь… отдыхайте, одним словом. Да, чуть не забыл! В девять вечера в кафе дополнительный легкий ужин: соки, творог, фрукты. Советую не отказываться — вам необходимо восстановить недостающий вес и набраться сил. Это рекомендация начмеда.

— Что завтра по плану?

— В семь утра подъем; пятнадцать минут на водные процедуры, затем физзарядка и кросс. В восемь завтрак, а через полчаса начало занятий: до обеда вам предстоит пострелять, вспомнить азы подрывного дела и снова попотеть на ринге в спортзале.

— А потом?

— После обеда я отведу вас в секретный док.

— В док?.. — удивились спецназовцы.

— Да, в док. Там предстоит постигать новую науку. Скучно не покажется — обещаю…

Глава седьмая

Дагестан; Каспийск

29–30 июля 2008 г

Вечерний кросс группа провалила — никто из спецназовцев не уложился в нормативное время. Даже Палыч с Серебровым, опять бежавшие вдвое меньшую дистанцию.

Зато спали все четверо как убитые. Какой к черту дополнительный ужин! После кросса завернули в кафе, чтоб лишний раз не подниматься и не напрягать гудящие от усталости ноги. Потом кое-как ополоснулись под душем и попадали на кровати, даже не вспомнив о телевизорах…

А утром вставали, тихо матерясь. Болела каждая мышца!

Поглядев на них, Барков сжалился:

— Ладно, господа пенсионеры, сегодня устроим легкую пробежку без секундомера. Пошли…

Занятия в тире прошли по старой схеме, разве что теперь стреляли по движущимся мишеням. И опять результат порадовал Станислава.

В классе, оборудованном для изучения взрывных устройств, он не остался — представив подопечных новому преподавателю, куда-то отлучился. А те вынуждены были полтора часа внимать монотонному голосу лысоватого мужичка в потертом костюме. Хорошо, что в группе был настоящий спец с инженерным образованием. Наставник быстро раскусил глубочайшие познания Илюхи в саперно-подрывном деле и, завязав с ним беседу, остальных почти не донимал.

В спортзал шли за Барковым как на плаху.

— Станислав Львович, вы бы замолвили за нас словечко, — гундосил Палыч, картинно держась за сердце.

— Перед кем?

— Да перед этим шкафом! А то ведь, неровен час, завтра на корячках в вашу бурсу приползем. Если вообще встанем…

— Вы про витамины не забываете? — напомнил тот.

— Пью ваши пилюли после еды. Как прописал доктор…

— Ясно. Хорошо Сергей Павлович, я попрошу снизить нагрузку. Но только на один день. Завтра спуску не дам!

Дальним торцом огромный док примыкал к закрытой волнорезами бухте.

— Прошу, — открыл перед спецназовцами металлическую дверь подполковник. И заходя следом в темное нутро, негромко предупредил: — Этой учебной базой руководит опытный подводник — герой Советского Союза. Постарайтесь быть корректными и серьезными — шуток он не понимает. Дело свое знает, любит и требует такого же отношения от других. Договорились?

— А у нас есть выбор? — вздохнул Серебров и зажмурился от ударившего в глаза яркого света.

Из темного коридора они попали в помещение, похожее на учебный класс — десяток столов со стульями, доска и плакаты, вдоль стен стенды со всевозможными прибамбасами для подводного плавания.

Скоро появился преподаватель — пожилой мужчина с армейской выправкой, со звездой героя на груди и колоритной внешностью: высокий, широкоплечий, загорелый; с пышными, как у моржа усами.

— Знакомьтесь, товарищи курсанты — Анатолий Яковлевич, — представил его Барков и, устроившись на «камчатке», достал заветный блокнотик.

— Вылитый дядька Черномор! — шепотом оценил Куценко.

— Прошу садиться, — огласил тот аудиторию густым басом, расправил богатые усы и начал занятие, безбожно — на кубанский манер, коверкая букву «г»: — Сегодня нам надлежит изучить снаряжение для подводного плавания. Различают два вида подобного снаряжения: основное и дополнительное. Основное снаряжение обеспечивает жизненные функции человека под водой. К нему относятся дыхательные аппараты, маски, дыхательные трубки, ласты, гидрокостюмы…