Ветеран особого подразделения - Валерий Рощин

— Ну вот, Палыч, и сбылось твое пожелание, — посмотрел на часы майор. — Невинных жизней наш террористический акт не унесет. Подъем, спецназ! Пора браться за дело…

Роли были распределены заранее. Аркадию Илья вручил небольшой ящичек с шестью вертикальными трубами — салютными «пусковыми установками», купленными вместе с «Убойной силой». Сейчас эту дрянь покупают многие и устраивают показательные салюты в честь собственного дня рождения или годовщины свадьбы. Вот и майору надлежало установить ящик подальше от офиса, но не для празднования грядущего Дня десантника, а ради маскировки грохотом взрыва кастрюли. Ну и для отвлечения внимания запоздавших прохожих зевак. Борька с Палычем расходятся в разные стороны и секут за обстановкой. Сам Илюха приводит в действие самодельную гранату и забрасывает ее в открытое окно обитаемого офисного помещения. Тонкая защитная сетка от москитов в данном случае — не помеха.

Слаженная работа закипела ровно в полночь.

Стоя возле угла пристройки, Супрун дал отмашку Сереброву и тут же подошел к нужному окну. Чиркнув зажигалкой, поджег фитильный огрызок, немного выждал и с размаху швырнул ее внутрь.

Присев у стены, исполнил обряд взрывников и артиллеристов: заткнул уши и открыл рот…

Первым звонко бабахнул и ушел в небо заряд из Аркашиной шестиствольной пушки — видать, фитиль там оказался чуток покороче. И не успел он расколоться на тысячу разноцветных звезд, как шарахнуло за спиной Ильи. И шарахнуло не слабо: все четыре окна вылетели наружу, потух свет, резко пахнуло гарью.

Не теряя времени, капитан влез в окно и включил фонарь, купленный на том же рынке. Сквозь едкий дым луч выхватил из темноты одно окровавленное тело мужчины, рядом ворочался и стонал другой; надо было срочно найти третью жертву — убедиться, что опасности нет. Но сзади вдруг послышался шорох. Резко обернувшись, подрывник увидел спрыгивающего с подоконника Сереброва.

— Что у тебя? — прошептал тот, хотя необходимости в соблюдении тишины не было — на улице грохотал и сверкал салют.

— Двоих нашел. Посмотри, что с ними… Ага, вот и третий — у дивана.

С полминуты ушло на осмотр тел. Один убит наповал; второй дышал, но лицо изуродовано разлетевшимися в момент взрыва саморезами. А вот третий заполучил сильную контузию и других повреждений почти не имел.

— Этот сгодится, — кивнул Аркадий. — Пойду, открою дверь Палычу…

Вскоре снайпер писал под лучом фонаря предсмертную записку, а майор с капитаном волокли контуженного афериста на улицу. На крыльце сделали короткую остановку, ощупали его карманы и выудили ключи от машины. Супрун нажал кнопку снятия с сигнализации. Одна из трех иномарок ойкнула и мигнула фарами.

— Порядок. Тащим к «Мерседесу»…

Короткий двойной свист оповестил команду о завершении операции: Борька выбежал из-за угла и прыгнул в «десятку»; Палыч вразвалочку покинул офис с бутылкой коньяка в руке и, повинуясь знакам Ильи, поплелся к иномарке.

— Представляешь, Илюхина бомба жахнула, а пузырек уцелел, — делился он неизгладимым впечатлением, занимая место рядом с бессознательным мужиком.

— Бывает, — запустил двигатель Серебров. — Ты вот что… найди-ка его бумажник и достань документы: техталон, права… Не дай бог, менты остановят… И приведи в порядок его рожу — кровь из носа и ушей хлещет.

Взяв документы, прочитал:

— Минц Александр Натанович…

Черная представительская иномарка вырулила на дорогу первой, «десятка» не отставала. Прихлебывая из бутылки коньяк, Матвеев глазел по сторонам и указывал путь.

— Тут сейчас чуток покружим и аккурат выберемся на улицу Ленина. Прямо-прямо… сейчас пересечение с трассой на Ростов будет… Вот она — видишь?

— Вижу. Куда рулить-то?

— Прямо. До круглой площади.

— Площадь… Теперь куда?

— Налево — тут другой дороги и нет.

Майор повернул руль, однако дежуривший на площади с круговым движением милицейский пост заинтересовался «Мерседесом» — мент сделал отмашку. Пришлось прижиматься к обочине и тормозить.

— Добрый вечер, — ответил на приветствие Аркадий и протянул целую стопку документов: — Тут и хозяина, и мои.

— А где хозяин? — справился лейтенант.

— Да вон сидит. Точнее, спит…

— Привет, командир! — донеслось с заднего сиденья.

Пригнувшись, дорожный страж заглянул внутрь. Палыч обнимал уронившего на его плечо голову парня и размахивал початой бутылкой.

— Командир, не хочешь угоститься? Отличный коньяк! От чистого сердца предлагаю!..

— Отмечали день рождения друга, — виновато пояснил Серебров, — ну и Александр Натанович малость переборщил — с кем не бывает?..

— Вы сами-то как себя чувствуете? — не торопился отдавать документы дэпээсник.

— Я не употребляю — печень барахлит. Могу дыхнуть.

— А как на счет углубленного анализа?

— Легко. Я за свои слова отвечаю — только время потеряете.

— Ладно, и так вижу. Всего хорошего…

— Ф-фух! — сунул майор документы в карман и захлопнул дверцу. — Едем дальше…

«Мерседес» мигнул поворотником, плавно набрал скорость и покинул площадь. Метрах в ста пятидесяти дожидалась «десятка»…

Выбравшись из города, километров шесть ехали узкой дорогой по лесу, потом через спящие дачные массивы, пока не оказались на пустынном берегу озера Кравцова.

— Переодевайся, — скомандовал майор.

— Дык, великоваты мне будут его шмотки, — слабо возражал снайпер, послушно расстегивая ремень на брюках.

— Давай-давай! Все снимай, вплоть до трусов. Он теперь — ты. А ты до утра — он.

— Или поедешь нагишом, — опять прыснул смехом Борька.

Илья тем временем обшаривал берег в поисках подходящего булыжника…

Через четверть часа имитация самоубийства завершилась. Раздевшись, морпех затащил парня, облаченного в одежду отставного прапорщика на глубину, перекрестился и отпустил обремененное булыжником тело.

— Нескоро всплывет, — доложил он, вернувшись на берег. — А когда всплывет — никто не признает.

— По машинам, братцы, — пульнул в воду окурок майор.

Куценко прыгал на одной ноге, торопливо просовывая другую в штанину. Прислонившись задницей к капоту импортной машины, спросил:

— Трофей-то с собой забираем?

— Да. Согласно нашей задумке Саша Минц успел до взрыва свалить из офиса. А куда уехал — вопрос третий. Все, парни — в путь! Нам еще час по проселкам кружить до нормальной трассы. Утром мы должны быть в Краснодаре…

В Краснодар въехали в шестом часу утра, не испытав боле ни одного приключения: ни милицейских проверок, ни поломок, ни прочих неожиданностей. Город только посыпался, улицы еще были пустынны. Миновав центральную часть, свернули к вокзалу; нырнув в тоннель, пересекли железную дорогу и разыскали утопавшую в зелени пятиэтажку…

— Наше временное прибежище. Проходите… — открыл дверь двухкомнатной квартирки Серебров. — Барков обещал появиться к девяти. А пока можно принять душ, расслабиться.

— И нормально позавтракать, — добавил Илья, прямиком направляясь на кухню…

Станислав был как всегда точен: без четверти девять предупреждающее SMS-сообщение по телефону и ровно через пятнадцать минут звонок в дверь. Войдя в залу, он поздоровался за руку с каждым и познакомился с теми, кого видел впервые.

— Что ж, поздравляю — с начальным этапом вы справились успешно, — довольно потягивал он предложенный Ильей кофе.

— Слушай, во дворе стоит черный «Мерс», — вспомнил Аркадий, — надо бы от него избавиться.

— Согласен — менты определенно будут его искать, — усмехнулся подполковник. — Ведь после взрыва в офисе «НДП» вся милиция Ставрополя поставлена на уши.

— Какого «НДП»?..

— Агентства «Надежность, Доверие, Партнерство».

— Ого! — опешивший Серебров почесал шрам на щеке и переглянулся с товарищами, — вот это оперативность!..

— Ничего удивительного, это часть нашей работы — первыми узнавать о подобных происшествиях. К слову, акция в офисе была проведена на приличном уровне — других версий у следственной бригады, кроме той, что подкинули вы, практически нет. Версия очень удобна: никакой политики и не так сильно отдает криминалом, как бандитские разборки и прочее. А о том, чтобы этот «Мерс» исчез, я позабочусь — не волнуйтесь.

— Что у нас дальше по плану?

— Дальше? — фээсбэшник допил кофе, аккуратно пристроил чашечку на журнальном столике и глянул на часы: — Половина десятого… через час мы должны быть в аэропорту. Значит так, господа, насколько я понимаю, все вы согласны принять участие в секретной операции, разработанной в одном из департаментов ФСБ. Верно?

Мужчины переглянулись; отрицательного ответов не последовало.

— Что ж, принимаю ваше молчание за согласие. Отныне никаких просьб, ходатайств, жалоб и заявлений не принимается. Задачу группе определят не из легких, но вполне посильную для таких профессионалов, как вы. Вопросы имеются?