Ветеран особого подразделения - Валерий Рощин

Дав схлынуть эмоциям после встречи с «погибшим» другом, поменялись местами и поехали дальше. Станислав пересел назад — вздремнуть, а Серебров занял место впереди — рядом с Юркой Белым.

Глядя на бегущее навстречу дорожное полотно, тот долго рассказывал о себе. О пребывании в плену; о том, как выкарабкался после страшного ранения, о принятии ислама, о вынужденном участии в операциях боевиков. Наконец, о том, как бежал и вскоре попал на службу в ФСБ…

— Мы часто вспоминали с друзьями ту последнюю операцию и тот день. Гадали: почему пропало твое тело?.. Отчего же не объявился раньше? — негромко удивлялся майор.

— Не мог, Аркаша. Очень хотелось, но не мог. Я ведь числился погибшим. Так было удобнее для новой работы — ни имени, ни прошлого. Все стерто: биография, лицо, полжизни… Все, кроме памяти — я тоже каждый день вспоминал вас; мечтал когда-нибудь встретиться. И вот — встретились…

— Да, встретились, — кивал спецназовец. Немного помолчав, переваривая счастливую новость, спросил: — Так куда мы едем?

— В Краснодар. На известную тебе конспиративную квартиру. Но об этом мы расскажем позже. Кстати, Матвеев с Куценко уже там.

— Там?! И что они делают в этой квартире? — растерялся майор.

— Тебя дожидаются.

— Ничего не понимаю…

— Твой Борька на радостях хлещет водку — почти не просыхает, — подал голос с заднего сиденья Станислав. — А Матвеева мы с Юрием вчера возили в окрестности Ставрополя — в закрытый поселок для сотрудников ФСБ.

— Зачем?

— Решением нашего руководства, ему выделен в этом поселке небольшой двухэтажный дом с участком в двадцать соток. Авансом, так сказать, за участие в следующей операции.

— Так значит, они с Борькой нормально добрались до России?

— Добрались! — покачал головой подполковник. — Ты запрятал их так высоко в горах, что наши люди еле их отыскали!..

— Постой-постой, ты сказал: авансом за участие в следующей операции? В какой операции?

— Повторяю, Аркадий: об этом позже — в Краснодаре, — зашуршал сигаретами Барков.

— Хорошо… Так, с Матвеевым и Куценко все в порядке — это радует. А Супрун?

— С Ильей ситуация похуже, — признался Юрка Белый. — Он парится в одной из тюрем восточного Азербайджана.

— Ни хрена себе! Как он туда попал? Его же взяли в Армении…

— В том-то и дело. Мы плотно насели на армянских коллег из службы безопасности спустя сутки после того, как его взяли в горах на северо-западе. Коллеги слегка поторопились и депортировали Илью в Азербайджан — в соответствие с имеющимися на руках документами. Да еще сопроводили депортацию нотой протеста… В общем, разгорелся маленький дипломатический скандал. Честно признаюсь, нам мало что известно о его пребывании за решеткой. Все это тебе с группой и предстоит выяснить. И не только выяснить, но и принять кое-какие меры по освобождению нашего майора Супруна Ильи Алексеевича. Это задание и станет первым этапом следующей операции.

— Капитана Супруна, — поправил Серебров.

— Никак нет, товарищ подполковник, — чиркая зажигалкой, опять засмеялся Барков. — Вам — трем офицерам, принимавшим участие в операции «Тебриз», присвоены очередные воинские звания. Матвеев поощрен материально. Вопросы имеются?

— На хрена нам эти звания? Мы ж на пенсии!..

— Ну, во-первых, некий престиж. Во-вторых — небольшая прибавка к той же пенсии. Хотя, сумма за участие в следующей операции позволит каждому безбедно существовать несколько лет.

— Ладно, черт с вами. Умеете вы, засранцы, уговаривать, — вздохнул новоявленный подполковник и попросил: — Дайте, что ли, сигарету по случаю моего полного согласия.

— Мы не только уговаривать, но и отказывать умеем, Аркадий Сергеевич. Не дам я тебе сигарету. Открой лучше окошко и дыши свежим воздухом! А в Краснодаре встретишься с Ириной, и сам приляжешь на недельку в одну знатную клинику. Пусть там врачи над тобой поколдуют — приведут в полный порядок…

— Да, Аркаша, воздержись пока от курения, — похлопал его по плечу давний друг. — Ты здорово перепугал нас своим сердечным приступом у банкомата. Пока тащили до машины — думали помер…

— Значит, следили за мной?

— А ты как думал!

— Ну, точно — засранцы. А если б меня взяли с поличным?

— Не взяли бы. И вообще, лучше б спасибо сказал! Мы, можно сказать, страховали тебя! И на квартал отъехать не успели от раскуроченного автомата, как навстречу три милицейских машины промчались!..

— Черт. А ведь мне ровно минуты не хватило, — сокрушался спецназовец.

Приятели беззвучно ржали и подтрунивали над неудавшимся планом ограбления. Так, в приподнятом настроении и въехали под утро в спящий и умытый сентябрьским дождем Краснодар…