Крысиная возня. Записки реабилитанта - Андрей В.

я зачитывал новые главы в консультантской Кириллу, Сереге С. и Настеньке. А у себя в комнате я читал Сереге С., Ване Н., Олегу. А однажды пришлось даже читать главу «Первая ответственность» в присутствии Даши Д. (Адольфовны). Было очень неудобно, скажу я вам. Но к моему удивлению, она даже сказала, что не обиделась, хотя впоследствии отомстила.

Чтение было запланировано и на новогоднем вечере, и я надеялся, что мои тексты услышат все, но из за Саши Ша, того старичка с седой бородкой, который начал петь и истратил все время новогоднего «Огонька», у меня так и не сложилось.

После Нового года уехал Серега С., да и Настенька вскоре стала волонтером. Многие «старые» резиденты начали уезжать, и я начал волноваться, что не с кем будет поделиться творчеством. Но нет, «Крысиная возня» была в топе, она стала уже легендарным произведением, и ее хотели услышать все, но не всем это удавалось. Теперь я читал соседям по комнате и немногочисленным доверенным лицам.

К восьмому месяцу я уже начал главную главу «Крысиная возня». Она должна была стать триллером, в ней нужно было отразить весь ужас и всю прелесть целой недели в контексте одного дня, проведенного в этом месте. Задача была сложная и интересная, но я не знал, как это осуществить. Пару раз я начинал писать главу заново, недовольный результатом. На девятом месяце я стал «ведущим группы», и мне нужно было находиться с дедушками на первом этаже целый день. Я сильно обленился и целый месяц смотрел телек и валялся на кровати.

Нужно отметить, что я в целом ленивый человек и мне очень трудно заставить себя что-то делать. Вот и книгу дописывать я стал из-под палки, наступая на лень и понимая, что после отъезда довести ее до конца будет нереально.

В марте мне нужно было уехать домой на два дня, и возвращаться я не собирался. Зная, что меня станут проверять и книгу вывезти будет уже невозможно, – я был в смятении. Четыре тетрадки «Крысиной возни» были самым дорогим для меня на тот момент, и я хотел, чтобы о ней узнали все. Поэтому пришлось вспомнить опыт оперативной службы.

«Если я не смогу вывезти, значит, сможет кто-то другой. Но кто?» – об этом я думал целый день.

В это время Настенька была уже волонтером и могла выезжать в Брянск свободно, и ей, как никому, можно было доверить эту секретную миссию. Она пообещала передать рукопись Сереге С., когда в очередной раз поедет на группу анонимных наркоманов. Миссия была суперсекретная, и про нее до последнего момента знали только три человека: Настенька, Серега и я. Настеньку могли ждать большие неприятности, если бы кто-то об этом узнал. В конце концов я решил вернуться в реабилитацию после поездки домой, ведь оставалось всего полтора месяца до официальной свободы. К счастью, тетрадки Настенька передать еще не успела, и я с облегчением стал понемногу дописывать рукопись.

В конце концов, на выходе получилось 6 тетрадок по 48 листов.

Теперь уже читать на всю аудиторию мне запрещали консультанты, все главы были засекречены. Раза три я пытался договориться, чтобы прочитать людям хотя бы самые безобидные места, но получал отказ. Паранойя по поводу вывоза текста на свободу начала развиваться с новой силой, так как все, написанное в Центре, оставалось в Центре. Конечно, у меня были козыри на крайний случай, но их, к счастью, выкладывать не пришлось. Консультанты посовещались перед моим отъездом, и книгу мне решено было отдать. И уже в машине Димы Г., который отвозил меня до Брянского железнодорожного вокзала, по его настоятельной просьбе мне пришлось зачитать ему 22-ю главу «Власть», посвященную консультантам этого Центра.

В общем, писать книгу в реабилитации – это вам не на лужайке на даче. Это и радость, и драйв, и страх, и эйфория, и надежда, и риск, и паранойя.

Глава 21

Новый год

Вещества не вижу я уже который месяц.

Борька укатил домой – пошел уж третий месяц.

Мониторку написать труда не составляет.

Хорошо хоть Настя Ю. хлеб мне оставляет.

Разные празднования Нового года есть в моей «копилке». Пару раз в больнице, в абстиненции, раза три-четыре в гостях, один раз в «Таверне» у хорошего знакомого Андрей Иваныча, но, так как Новый год семейный праздник, чаще всего, конечно, я отмечал его дома. И всегда я был пьяный или с похмелья, за исключением пары раз, когда был закодирован.

Последние лет пятнадцать Новый год как праздник перестал для меня существовать. Мне стало казаться, что он только для детей, а для взрослых это просто плюс еще один год, и чему тут радоваться, собственно. Больше всего мне нравилась Пасха, это первый весенний, значимый праздник, на который мы всей семьей выбирались на кладбище, когда я был маленьким. От этих воспоминаний становилось тепло на душе. Но этот Новый год я не забуду никогда.

Приготовления к празднику начались еще за месяц. Уже в начале декабря все начали готовить творческий вечер, а я – придумывать меню для новогоднего стола.

В творческом вечере принимать участие я не хотел, хотя это было обязательно. Но я мог позволить себе откосить из-за своего индивидуального графика. Но планировал непременно пойти на кухню, чтобы готовить праздничный стол в команде с Антоном и Ваней Н., где, конечно, главным был Антон как профессиональный повар. И я даже не мог себе представить, как все изменится.

Спустя полгода в реабилитации все старые навыки забылись, и когда я думал о блюдах на стол, ничего не приходило в голову, кроме какой-то банальщины. Да и не у меня одного. У Антона тоже не было никаких мыслей, и ему пришлось залезть на сайт своего ресторана, чтобы вспомнить блюда, которые он готовил.

Как водится, на Новый год собирали по 5000 рублей с носа. Это были колоссальные деньги. Несложно было понять, что со всех получится порядка 250 000 рублей. И это было на три дня – 1-е, 2-е и 7-е января. По моим нехитрым подсчетам получалось, что питаемся мы все в обычные дни не больше чем на 8—10 тысяч рублей в сутки, и это на 50–60 чел. А себестоимость порции борща, как бы неправдоподобно это ни звучало, и вовсе выходит в 9 рублей. Только вдумайтесь – девять рублей за тарелку супа. Поэтому 200 с лишним тысяч на три дня были грандиозной суммой.

Числа пятнадцатого Антон пришел ко