Вьетнамская война в личных историях - Джеффри Уорд

вещь. Эта… короткая речь была произведением искусства. Я имею в виду… я кое-что знаю о написании речей. И… этот маленький вывод… это не было игрой, потому что ни один актер не мог этого сделать.

КИССИНДЖЕР: Нет.

НИКСОН: Ни один голливудский актер не смог бы сделать это так хорошо.

КИССИНДЖЕР: Это лучшее…

НИКСОН: Я думал, что это было сделано хорошо. Вы не думали?

КИССИНДЖЕР: Прежде всего, это не мог написать ни один актер.

НИКСОН: Да.

КИССИНДЖЕР: Вы не могли бы этого сделать, если бы не хотели этого… У меня перехватило горло, когда я это услышал.

Президент и его советник снова надеялись, что Советы убедят Ханоя пойти на уступки в Париже. «А если это не сработает, — сказал Никсон, — мне все равно. Я имею в виду, прямо сейчас, если это не сработает — [и] я скоро узнаю — …тогда я поверну направо так чертовски сильно, что у вас закружится голова. Мы разбомбим этих ублюдков прямо… с земли. Я действительно серьезно».

МЫ — ВОЙСКА

В конечном итоге антивоенное движение побудило к возобновлению действий, хотя разногласия по поводу тактики и соперничество между мирными фракциями и их лидерами теперь делали совместные действия почти невозможными. Все были согласны с тем, что этой весной в Вашингтоне должна пройти еще одна массовая демонстрация, но не могли даже договориться о дате. Ренни Дэвис и Дэвид Деллинджер призвали к массовым прямым действиям в первые дни мая, обещая «остановить правительство», создать «призрак социального хаоса» и «поднять цену войны до уровня, неприемлемого для правителей Америки». Никто не будет нести общую ответственность. Группы были свободны следовать своим собственным диктатам. «Мы просто договорились не мешать друг другу», — вспоминал один из организаторов.

Той весной одна миротворческая организация беспокоила Белый дом Никсона больше, чем любая другая. Около 2300 ветеранов войны, членов пятилетней организации под названием «Ветераны Вьетнама против войны» (VVAW), прибыли в город 18 апреля, планируя разбить лагерь в торговом центре между памятниками Линкольну и Вашингтону, чтобы провести неделю лоббирования и демонстрация. Свой план они назвали Operation Dewey Canyon III.

Ветераны Вьетнама против войны переходят в торговый центр. Джон Керри — самый высокий мужчина во втором ряду слева от баннера. В Вашингтоне было не по сезону холодно, и ночью в лагерь VVAW пришел незнакомец с машиной, полной одеял для дрожащих протестующих. «Я не согласен с тем, что вы, ребята, делаете, — сказал он, — но сегодня холодно».

«Это был первый случай в истории, когда ветераны вернулись домой с войны и сказали — пока война еще продолжалась — «Эта война должна прекратиться», — вспоминал Джон Масгрейв. «Американцы могут не слушать кучку длинноволосых хиппи — что они знают? Но рабочий класс, великое Безмолвное Большинство, о котором всегда говорил Ричард Никсон, — его Безмолвное Большинство, которое поддерживало его молчанием, — мы были их детьми».

Чтобы подорвать их, Чарльз Колсон, самопровозглашенный «топорик» Никсона, распространял уничижительные истории о лидерах VVAW с дружелюбными репортерами и помог создать конкурирующую группу под названием «Вьетнамские ветераны за справедливый мир», пообещав поддерживать политику президента. Сам Никсон ошибочно предположил, что только 30 процентов членов организации были настоящими ветеранами. (Все в порядке, сказал один ветеран. «Только 30 процентов из нас верят, что Никсон — президент».)

Министерство юстиции обратилось в суд, чтобы отказать им в разрешении разбить лагерь в торговом центре, но они все равно поставили свои палатки. Окружная полиция, некоторые из которых сами побывали во Вьетнаме, не хотела их вытеснять. «Мы не выйдем туда в час ночи и не подберем какого-нибудь раненого ветерана и не бросим его на улицу», — сказал один лейтенант. «Мы не относимся к людям так».

Пэт Бьюкенен, в то время помощник Белого дома, предупредил президента, что ветеранов «принимают гораздо более сочувственно, чем других демонстрантов. «Сумасшедшие» скоро будут в городе, — продолжил он, — и если мы хотим конфронтации, давайте устроим ее с ними». Администрация отступила. «Не хватайте вьетнамских ветеранов на Молле», — приказал Никсон. «Избегайте конфронтации».

Во главе с группой матерей с золотой звездой около тысячи ветеранов, большинство из которых были одеты в форму для джунглей, некоторые в инвалидных колясках, другие на костылях, начали свою неделю маршем на Арлингтонское национальное кладбище, где они попросили возложить два венка, но им отказали. В течение следующих нескольких дней они, казалось, были повсюду, устраивая партизанский театр, лоббируя офисы Конгресса, в Пентагоне, стремясь сдаться за военные преступления, в Верховном суде, требуя решения о конституционности войны.

«Дочери американской революции» проводили свой ежегодный конгресс в Вашингтоне, и когда мимо проходила группа скандирующих ветеранов, одна женщина вышла на улицу и подошла к участникам марша. «Сын, — сказала она, — я не думаю, что то, что ты делаешь, идет на пользу войскам».

«Госпожа, — ответил он, — мы войска».

Джон Масгрейв был среди участников марша. Как и бывший командир вертолетной бригады Рон Ферриззи. «Это была отличная терапия, — вспоминал Ферриззи. «Мы работали над этим сами. Ветеринары заботятся о ветеринарах. Мы были генералами сами по себе. И мы ни к чему не присоединялись. Мы стали чем-то».

Оппозиция Джона Масгрейва войне медленно, но неуклонно росла после его возвращения из Вьетнама. «Наконец-то меня осенило, — вспоминал он, — и это был долгий болезненный процесс, что я никому не помогаю, держа язык за зубами». Его верность морской пехоте никогда не колебалась, даже когда его вера в ее миссию во Вьетнаме угасала. «Да, я был морским пехотинцем, но прежде всего я был гражданином Соединенных Штатов Америки», — пояснил он. «И будучи гражданином, у меня были определенные обязанности. И самая большая из этих обязанностей — противостоять своему правительству и говорить «нет», когда оно делает что-то, что, по вашему мнению, не отвечает интересам этой страны. Это самая важная работа, которая есть у каждого гражданина. Я служил своей стране так же честно, когда был во вьетнамских ветеранах против войны, как и в качестве морского пехотинца Соединенных Штатов, и фактически я вел себя как морской пехотинец все время, что я был в VVAW — всю свою жизнь я вел себя как морской пехотинец».

22 апреля Джон Керри, бывший лейтенант военно-морского флота, получивший образование в Йельском университете, который командовал быстроходной лодкой в дельте Меконга и был одним из лидеров организации, был приглашен выступить в сенатском комитете