Аметистовая надежда - Вероника Азара

бы меня поддержать. Только поэтому отважилась на последнюю попытку достучаться до сердец сидевших передо мной людей: - Вы думаете, прабабушка поддержала бы вас? - Эта ведьма?! - вскочила вдруг герцогиня с искажённым яростью лицом. - Это её вина, что ты выжила в родах! Ты родилась мёртвой, но она зачем-то вернула тебя! Я уже смирилась с твоей смертью, но она! Знаешь, каково мне было видеть тебя каждый день, после того, как мне показали мёртворождённого ребёнка?! Одно было облегчение - девочка. Так нет, эта ведьма вернула тебя! Я была в ужасе, но ничего не могла сделать, боги наградили тебя ценным даром - силой! А потом? Это она отняла единственную ценную в тебе вещь, эту самую твою силу! Король простил бы нас за всё, если бы мы отдали ему ценную, полную магии дочь, которую можно выгодно пристроить или забрать её силу! Так нет! Эта ведьма не позволила нам даже такой малости! Мы сейчас не прозябали бы в замке, если бы не тот обряд! Как ты могла согласиться?! Почему она опять вернула тебя в мир живых после него?! Почему отняла силу у всех последующих наших детей?! Старая мерзкая ведьма! "Если вы продали мою девочку, я лишу вас всего!" Её проклятие будет действовать теперь до седьмого колена! И всё из-за тебя! Я не прощу ни тебе, ни ей этих слов! Ты обязана освободить сестру! Она ещё совсем ребёнок! Ей ещё жить и жить! А тебя ничто не берёт! Ты должна была уже столько раз умереть... Герцог поднялся из кресла и усадил супругу, закрывшую лицо руками и разрыдавшуюся. Боги, каким холодом наполнились его глаза, когда он посмотрел на меня! Так не смотрят на собственных детей, даже если они стали самым страшным разочарованием в жизни! Горло сдавило... - Значит, по-вашему, я недостойна жизни... - тихо прохрипела, ухватившись за сжавшееся горло. Слова выдавливались с таким трудом... - Ты должна спасти сестру! - А кто будет следующим заложником? Не успела уклониться от оплеухи, от которой из носа потекла тонкая струйка крови... Герцог брезгливо протёр ладонь. Желваки на его лице ходили. Явно сдерживался от очередного удара. - Это мой приказ! - тихо и твёрдо. На меня сбросили огромную каменную плиту, заставившую согнуться под невыносимым гнётом, как ни сопротивлялась. А сопротивляться пробовала, изо всех сил... Ноги подогнулись, я упала на четвереньки... Струйка крови из носа потекла сильнее... Его светлость сделал шаг назад и холодно взглянул на меня. - Так стало доходчивее? Встать! С трудом поднялась на дрожащие от слабости ноги. Впервые в жизни испытала на себе власть главы рода... Молчала бесконечную минуту. Достала платок, вытерла кровь и посмотрела на окровавленную тряпицу. От мысли, которая пришла в голову, стало страшно... Но кроме этого ничего не осталось. Пусть у меня действительно не будет никого, но я буду свободна. Свободна, в жизни и в смерти. Взглянула в наполненные морозом глаза в последний раз. - Последний приказ. Присела в низком придворном реверансе и направилась к двери... - Я тебя не отпускал! - рявкнул его светлость. - А я считаю разговор оконченным, - отозвалась едва слышно, старательно удерживая слёзы, не давая этим двоим понять, насколько больно они мне сделали. Приостановилась у двери, взялась за ручку. Оглянулась через плечо на двух людей, которые когда-то дали жизнь, а теперь с лёгкостью отбирали её. - Я выполню ваш приказ, ваша светлость. Тихий хлопок двери отрезал от прошлого окончательно. Впрочем, нет. У меня осталось одно самое важное на этот момент дело. И я сделаю его...

Глава 7

Кантиант. Королевский дворец

Главный храм королевства, хотя об этом мало кто знает, находится не на площади столицы. Этот храм скрывается в подземельях королевского дворца. Когда-то, ещё совсем детьми, мы с юной принцессой и её братьями ходили в него.

Помню детский восторг, испытанный в огромном зале.

Полумрак, тишина, только из потолка бьёт рассеянный луч и разносится лёгкое эхо наших шагов.

Потом узнала - зал освещается системой зеркал, дающей дневному свету проникать в подземелье.

В самом центре горит негасимое пламя - пламя жизни нашего королевства, пламя жизни королевской семьи, сокровенное. Тот огонь, что горит в храмах по всей стране, всего лишь жалкое отражение этого, на вид небольшого по размеру, огня, горящего на голых камнях.

Помнится, мы, дети, заворожённо стояли вокруг пламени, протягивая руки. Все довольно и счастливо жмурились. Только у меня в груди отдалась та, страшная боль, испытанная, когда я отдавала свою силу и ещё отчётливее стала пустота, образовавшаяся после обряда. Не ощутила, в отличие от остальных, как согревается заветным огнём сердце и душа. Я просто любовалась его красотой.

А потом пошли смотреть на настоящие родовые дерева.

Это не менее прекрасно, чем огонь.

Прямо на стенах удивительный мастер создал барельефы - деревья. А может быть, их вырастили магией? Кто теперь, за давностью прошедших веков, вспомнит... Одни выглядели засохшими, другие обильно цвели светящимися цветами, третьи, с обломанными ветвями, смотрелись больными...

Наследник пояснил тогда - каждый цветок ныне живущий член семьи. Бутоны предназначены для ещё нерождённых, а засохшие ветви - это ушедшие ответвления рода. Умершие деревья - умершие роды.

По этим деревам королевская семья всегда могла отслеживать, как растёт и развивается род, или как он умирает. Многие не знали, почему ни с того, ни с сего, вдруг король издаёт указ, поженить ту или иную пару. На самом деле жрецы видят, что надо сделать, дабы род совсем не угас и тогда королевская семья вмешивается в жизнь рода.

Сегодня вмешаться в жизнь своего рода хочу я сама.

Прекрасно помню рассказ принца - невозможно сорвать чужой цветок. Таких сил не хватит даже у самого сильного мага. Человека можно убить и лишь тогда лепестки его цветка опадут, оставляя в веках память о том, как скончался их владелец.

Принц тогда рассказал страшную байку - когда за невинно убиенного отомстят, лепестки его цветка могут исполнить желание отомстившего... Вот только надо успеть их подхватить. Мы, дети, тогда ахали и ни один не задался вопросом - как можно одновременно мстить и быть здесь, в храме,