Исход - Алексей Яшин

урожай которых теперь хранился в большом подземном хранилище рядом со столовой. Также Анна проводила свою спутницу до небольшого ручья, который был основным источником воды для общины. Вода здесь была кристально чистой и жутко холодной, в этом Мусина смогла убедиться, когда решила набрать в ладони совершенно прозрачную жидкость. Та довольно чувствительно обожгла кожу ледяной стужей и заставила зубы болезненно ныть несколько минут.

В так называемом «храме» женщина постаралась занять место в самом конце: Анна хотела посадить Мусину в первых рядах, но та настояла, что для начала хочет со стороны посмотреть на все действие. Довольно большое помещение заполнялось очень быстро: члены общины практически сразу после ужина шли сюда и занимали привычные места на длинных и лишенных спинок скамьях. В движениях пришедших не было ни следа раболепия и покорности, в «храм» входили совершенно свободные люди, добровольно выполнившие в течение дня свои рабочие обязанности. Средний возраст «братьев» и «сестер» Вероника оценила лет в сорок, хотя встречались как более молодые, так и те, кому было уже сильно за пятьдесят. Многие явно дружили, потому что непрерывно кучковались в компаниях и не прекращали разговоров, даже усевшись на место. Кое-кто держался обособленно, но причину такого поведения вполне можно было списать на усталость. Сразу же выделялись семейные пары: их можно было вычислить по наличию детей и по тому, как мужчина и женщина вели себя рядом друг с другом. Впрочем, и детей, и взрослых было несколько меньше, чем в столовой, Анна объяснила такое несоответствие тем, что «собрания-откровения» не являются обязательными к посещению, и свое свободное время каждый проводит только так, как он хочет.

– Приветствую всех собравшихся! – Наставник Михаил появился как будто из воздуха, хотя он просто-напросто спустился по лестнице со второго этажа. – Как прошел день?

Прозвучавшие ответы были в основном позитивными, хотя одна из «умелиц» неожиданно подробно начала развивать тему с внезапно сломавшейся поилкой в курятнике. Пока основатель общины терпеливо выслушивал образовавшуюся проблему, у Вероники была возможность рассмотреть его подробно. Изначально она нарисовала в своей голове образ, чем-то напоминающий классического Христа, однако он в корне отличался от реальности. Михаил был вполне добродушным пятидесятилетним мужчиной невысокого роста с самой заурядной внешностью. Встреть Мусина такого в прежней жизни, она бы ни за что впоследствии не вспомнила этот контакт. Даже с последнего ряда женщина могла рассмотреть наполовину лысую голову, на которой остатки волос были коротко и аккуратно подстрижены. Серые глаза мужчины уже потускнели от возраста, а на подбородке виднелся шрам, судя по всему, оставленный трагической аварией. Эта же катастрофа заставляла мужчину передвигаться с помощью трости, на которую он теперь опирался обеими руками, стоя перед своими соратниками.

– Катерина, я тебя понял, – в подтверждение своих слов Наставник легонько стукнул по полу своей палкой. – Думаю, завтра мы все исправим. Алексей, организуй, пожалуйста, несколько человек для этого, можно снять людей с заготовки дров, это подождет, – убедившись, что его услышали, мужчина продолжил. – Наверно, можно уже начать то, ради чего мы сегодня собрались.

– Сводки, так сказать, с территорий постапокалипсиса, – Михаил присел на высокий стул и достал из кармана несколько бумажек. – Это накопилось за несколько дней, но большая часть новостей все равно повторяется. Как всегда, про Африку практически никаких новостей, не знаю, ее, может, уже и нет вовсе.

– Бедный континент, он и раньше особо никого не интересовал, а теперь про него совсем все забыли, – хриплый голос из первых рядов заставил других молчаливо кивать.

– Ну и мы не будем углубляться в эту тему, двигаемся дальше! – Наставник перелистнул свои записи и, откашлявшись, продолжил. – По Европе также без особых изменений: после того, как по всеми любимым курортным странам – Италии, Греции, Испании и Франции – прошелся цунами Средиземного моря, им еще долго приходить в себя. Огромная часть Америки, Мексики и Бразилии остаются под водой, и это теперь новая реальность.

– Да и черт с ними, у нас-то что? – резкий и немного писклявый мужской голос даже Мусину заставил обратить на себя внимание.

– Согласен, наша территория для нас должна быть важнее, – для того, чтобы сменить листок, Михаилу вновь потребовалось какое-то время. – У нас часть Черноморского побережья остается затопленной. Под водой, как Астрахань, так и часть Поволжья. Огромная часть Тюменской области превратилась в настоящее море… – почему-то в этом месте повествование Михаила всегда прерывалось возгласами из зала, которые он терпеливо выслушивал, покачивая в воздухе своей тростью.

– Да оно там и было, просто уходило на какое-то время…

– Точно… И болота после себя оставило…

– Так же, как и Питер. Он тоже когда-то под водой был…

– Он тогда и не Питер вовсе был, это все Петя Романов придумал…

– Вот лучше бы уж Москву затопило, причем навсегда…

– В Москве и хорошие люди есть…

– Есть, и их жалко…

– У меня сестра в Питере. Интересно, как она там…

– А у меня дед в Волгограде, надеюсь, до них не дошло…

– Север Красноярского края тоже зацепило, там Ледовитый океан похозяйничал, – после нескольких минут традиционного и несколько сумбурного обсуждения Наставник, наконец, решил вмешаться. – Ну а в целом инфраструктура все в том же состоянии. Ничего не работает, электричества нет, и в ближайшее время не предвидится. Аэропорты, железные и автомобильные дороги в таком состоянии, что еще долго не будут функционировать. Власти кое-что восстанавливают и помогают выживать, но до сих пор видно, что к такому развитию событий они были совсем не готовы…

– И когда это они были готовы? – тембр голоса явно выдавал женщину в возрасте. – Для них даже простой снегопад – катастрофа. Разворовали страну, а сейчас сидят по бункерам и плевать они на все хотели!

– У нас здесь тоже, Ольга Николаевна, своеобразный бункер, только не подземный, – Михаил убрал в карман все листки, оставив в руке лишь один. – Только мы изначально рассчитываем лишь на свои силы.

– А это благодаря тому, что ты, Михаил, увидел в своем ночном видении не только сам апокалипсис, но даже дату его смог предсказать, – все тот же голос теперь уже обращался напрямую к Наставнику.

– И именно поэтому я вас сегодня и собрал, – Наставник слез со стула и, прихрамывая, принялся расхаживать перед аудиторией. Стук деревянной трости гулко отзывался в наполненном людьми помещении, однако никто не решался поторопить мужчину с объяснениями. – Мое последнее «общение» с Глобальным разумом, пожалуй, даже не потребует какой-то особой расшифровки и, скорее всего, предстанет для всех очень серьезным испытанием.

* * *

Пока Вероника дожидалась личной встречи с Наставником Михаилом, тот успел детально пообщаться с отдельными членами общины и теперь обсуждал с ближайшими соратниками планы на несколько следующих дней. Прислушиваясь к разговорам, она обратила внимание, что все это было самой обычной рутиной, где отсутствовало что-либо экстраординарное или вызывающее хоть какое-нибудь подозрение. Мусина по-прежнему искала подвохи и скрытые мотивы в сообществе, внутри которого волею случая ей довелось оказаться. По ее мнению, личная беседа с основателем точно должна была выявить спрятанные за слишком благостными словами и намерениями тайные смыслы и идеи, которых здесь не могло не быть. На улице было уже совсем темно, однако женщина намеревалась разрешить свои сомнения незамедлительно, невзирая на то, сколько ей потребуется на это времени.

– И, наконец, здравствуй, сестра Вероника, – освободившись от своих организационных дел, Михаил присел напротив ожидающей его женщины и положил трость рядом. – Ты уж извини, может, тебя это и коробит, но мы тут общаемся по-простому: на «ты», без всяких отчеств и фамилий, и не используем обращение «мадам» или «госпожа». «Сестра» мне кажется значительно уместнее, тут придумали еще и «умелицу», но лично мне такое не очень нравится, хотя кое-кто им и пользуется.

– «Сестра» хоть немного и режет слух, но сойдет, – на самом деле Мусину коробило от такого обращения, но она решала подыграть Михаилу.

– Вот и отлично! – мужчина заметно расслабился. – Я терпеливо ждал, когда