Кенозёры - Владимир Марков

Сладкая парочка — баран да ярочка

По один год осенью глубокой повадились навещать мой дом незваные гости. Приеду в выходные, гляжу, на столе посуда невымытая, остатки еды, бутылки из-под пива. Ничего не взято, и замок на дверях цел. Три раза заставал я такую картину. Надоела мне эта грязь от пришельцев. В очередной свой приезд написал я записку доброхотам. Мол, гости мои золотые, когда же за собой убирать-то будете. Халявы такие! Оставил свою писульку на столе.

Приезжаю через пару недель — уже снегом всё замело. Иду по своей линии и вижу следы двух человек, и ведут они прямо к моему дому. Пришёл, а печка ещё тёплая, не иначе как вчера протоплена. В избе — чистота, порядок, заварной чайник, стаканы и блюдца на столе донышками вверх повёрнуты, ни соринки. Только пивных бутылок рядок в углу на несколько штук увеличился. Ну, думаю, парень девку водит ко мне, кто ещё может так в избе прибраться, как не особа женского пола?

На стенке записка приколота: «Большое спасибо! Боря и Аня».

В ту зиму я ещё несколько раз ездил на дачу, но гости больше не появлялись. И вот девятого мая копаюсь на огороде, подходят к моей калитке парень с девушкой, зашли, здороваются. Говорю им, что, видать, адресом ошиблись. Нет, отвечают, мы к вам. Мол, зовут нас Боря и Аня. Извинения просят у меня за осенние визиты на дачу.

Оказалось, что они студенты. Осенью им долго не давали общежития в институте, а кто-то им подсказал про наши дачи, пустующие с наступлением глубокой осени. Они и облюбовали мою, благо она рядом с автобусной остановкой. На неделе ездили ночевать ко мне, а на выходные — домой в Плесецк. Наивные ребятки. Хорошо, что попали на меня. Попадись они на моего соседа — несдобровать бы им. Тот может накостылять чужакам, да и без милиции не обошлось бы.

Аккуратные воры

А вот на нашей линии несколько лет назад побывал очень аккуратный вор, а может быть, и не один. Кто их считает? История такая. Приезжаем мы с соседом зимой на дачу, идём по своей линии и видим: в одном доме рама из окна выставлена, в другом нет стёкол в окошке, в третьем доме — такая же картинка. Сразу сообразили, что опять ворьё прошлось по нашим фазендам. Добрались мы до своих домиков. Тут только облегчённо вздохнули: до нас воришки почему-то не дошли. Видно, надоело снимать рамы и курочить двери. Обкраденными оказались около десятка хозяев. И все — по одной линии. Унесли воры только продукты питания, сигареты, кое-какие мелкие вещи и спиртное, у кого оно, конечно, водилось.

Но что примечательно: взломщики не повредили ни одного замка, ни одной двери, ни одного стекла в окне. Даже вынутые рамы или стёкла они вставляли обратно, а где уж не смогли — там аккуратно прислонили к стенке домика.

Уж очень удивился «благородству» домушников один мой приятель. У него на самом видном месте в доме висело новое кожаное пальто, оставленное с осени. Воры его не тронули. Унесли только банку тушёнки и заныканную от жены бутылку «Соловецкой». Приятель, смеясь, говорил: «Уж я как водку спрятал — жёнке век не догадаться где. А ведь эти сыщики нашли! Специалисты! Профессионалы! В катаньке старом, в мешке с мусором. А пальто моего новенького не взяли. С такими молодцами я бы сам по стопке выпил».

Приманка для вора — замок для запора

У одного «большого» мужика (где-то в администрации работает) отгрохан дом, как особняк у артиста. Приглянулся он воришкам. Рядом никого не трогают, а в этот двухэтажный не по одному разу в год наведываются. Замки хозяин ставит крепкие, так после каждого налёта дверные косяки чинить, а то и менять приходится. Довели чиновника: решил он продать дачу. Но не тут-то было! Приходили покупатели, расспрашивали соседей. А те и выкладывали всю правду-матку: мол, не везёт хозяину, уж сильно привлекает его дом грабителей, лезут они в его хоромы, как мухи в банку с повидлом.

А привлекают-то, всего скорее, воров все эти секретные замочки. Факт.

Санный ход привёл в СОТ

Дачники наши тоже не ангелы. У меня брат живёт своим хозяйством в деревне, держит корову, лошадь, другую живность. И вот однажды обворовали, сено из стога увезли. Кинулся он по следу санному, конскому, который вывел на Васьковскую дорогу. А накануне-то как раз снежок выпал. Вернулся братан в деревню, и вместе с соседом сели они в машину и поехали вора искать. След от саней да труха от ворованного сена и привели их в один из наших ближайших кооперативов, прямо к дому похитителя. А у того в хозяйстве и лошадь, и другая скотинка. Ведь запасы корма стали иссякать, вот он и пошёл на воровство. Позарился на дармовщинку… Разобрались.

ДОМ НА СЕМИ ВЕТРАХ

Январь 1999 года

Санин дом — дом брата младшего моего — стоит у самой реки, на равнине, под одной крышей с хозяйственным двором. Тут же рядом — банька, ещё один небольшой дворик для скота, летние теплицы, поленницы дров. С одной стороны дома ручей, впадающий в речку, зимой промерзающий до дна. С другой стороны — хозяйский огород: без него немыслима жизнь селянина. Ближе к лесу по угору расположились избы деревенских жителей и теремки дачников. Дом на пустынном берегу, обдуваемом всеми ветрами, появился здесь четыре года назад. Тогда же и стала пахаться и засаживаться картошкой и другими овощами заброшенная земля у реки, где когда-то росла замечательная заостровская капуста.

Идет-грядёт 1999 год. Вместе с Саней живут здесь его жена Люба и дети Наташа и Андрюша. В хозяйстве — три коровы, две из них стельны и скоро принесут приплод, два бычка и малый телёночек, лошадь. Есть две собаки — для охраны всего этого хозяйства и несколько котов и кошек, гроза мышей и других острозубых грызунов.

Накормила раз обедом одинокого соседа…

Сане в ту пору было уже тридцать восемь лет. Не очень путёвая жизнь забросила его в это приморское село. В прошлом были неудавшееся семейное счастье на родном Кенозерье, работа в лесопункте у начинающих плодиться бизнесменов-частников, у жуликов, проще сказать. Пришлось помыкаться и по общежитиям. Успел поработать он и на колхозных фермах и свинарниках. Поэтому, сменив в очередной раз место жительства, сразу согласился пойти на скотный двор. Благо, дали новоиспечённому кормачу и жильё — маленькую комнатёнку в семейном доме.

Соседка Люба, воспитывающая одна дочку-школьницу, как-то попросила Саню починить утюг. А потом в выходной позвала его за компанию пообедать. И так уж получилось, что комнаты соседей незаметно стали общими, а Саня и Люба — мужем и женой. Вскоре их жизнь ознаменовалась ещё одним событием — молодые получили от колхоза освободившуюся двухкомнатную квартиру в «хрущёвке». Мыслимое ли такое сегодня? Жить бы да поживать. Не тужить — детей рожать!

Но времена наступали недобрые. За работу в колхозе стали платить гроши, больше всё натурой: мясом, молоком. Но ведь эти продукты можно получить и на своём подворье, размышлял Саня. Взяли они с Любой в счёт зарплаты телёнка, сараюшку для него сколотили. А подрастив до года, обменяли на корову. Стала семья пить своё молоко. А тут и Андрюшка родился, вышла хозяйка в длительный декретный отпуск.

В то же самое время не заладилось на работе у Сани. Повздорили с бригадиршей. Да и крепко уставал за смену трудяга-кормач, обихаживая за смену полтысячи животных, не раз получая тычки от сорвавшихся с цепи молодых бычков.

Были бы двор и дом — остальное наживём

И решил Саня стать самостоятельным хозяином. Взял в колхозе расчёт. Сельсовет в земле не отказал, отвёл новосёлу пятнадцать соток у реки на плодородной почве. Живи, стройся и размножайся. И принялся Саня за работу засучив рукава. Слава Богу, лес на строительство помог купить подешевле средний наш брат Михаил, работавший в лесном хозяйстве. В первое лето был поставлен двор для скота, просторный, под высокой крышей. Ранней весной завели сюда корову с телёнком. Вместе с ними коротал майские ночи сам хозяин, боясь оставить на произвол судьбы своих животинок. Село, где оставалась семья Сани, было за рекой, в трёх километрах от новостройки.

Во второе лето нанял Саня плотника, вдвоём рубить дом было сподручнее. За какой-то месяц из двухкантового бруса подняли стены и подвели под крышу, соединив с хозяйственным двором. Первую зимовку в новом жилье вся семья обогревалась у железной печки, при затянутых парниковой плёнкой окнах, рамы были не застеклены.

А во дворе кроме двух коров зимовали два телёнка, пять свиней, небольшое стадо кроликов, куры и кошки. Нелегко было привыкнуть к такому хозяйству.

— Спать было некогда, — вспоминает Люба, — особенно донимали кролики, которые постоянно умирали. В конце концов пришлось с ними расстаться. И свиньи оказались невыгодной скотиной.