Архангельские былины и исторические песни, собранные А. Д. Григорьевым. Том 3 - Александр Дмитриевич Григорьев

как простенок вон.

Говорыл где старой да таково слово:

«Уш ты ой еси, невежа да ты неруськая!

Да как кинул меня да не вертись нонь сам!»

Да снимал он старой да шляпу-ту калицькую,

190. Да влепил он проклятого Издолища, —

Да слетела у его да буйна голова,

Ище вышып нонь он да как простенок весь,

Улетело фсё на улицу шырокую.

Да хватил где старой да ето тулово,

195. Да выбрасывал веть он на шыроку улицу.

196. Ище тут у Издолища славы поют.

419. Васька-пьяница отвозит дани Ордянному королю

Ище ехал где Васька из Неметчины.

Ище ехал бы Васька по цисту полю;

Ище ехал где Васька да не дорогою,

Не дорогою он да не воротами, —

5. Церес ту же стену да городовую,

Церес круглу нонь башню да наугольнюю;

Приежджал ко чяреву да нонь кабаку.

Да соскакивал он да со добра коня,

Ище схватывал збруню да лошадину фсю

10. Да спущал где коня да но(а) Божью волю,

Ище сам где пошол да на цяреф кабак.

Да сидит-ле Васька на цареви кабаки.

Ище пил-то, сидел, да зелено вино

Да поил где голей да нонь кабацких фсех;

15. Да не много он устукал — да как свою збруню,

Да не много он устукал — ф сорок тысицей.

И не ф то-ле нонь время да нонь не ф ту пору

У того же у князя да у Владимера

Заводилосе столованьё, почесьён пир,

20. Да про многих-то князей да многих бояроф,

Да про тех же про сильниих богатырей

Да про тех палениц да приудалыя,

Да про тех же купцей, людей торговые,

И да про тех про хресьянушок прожытосьних.

25. Ище долог-от день идёт ко вечору,

Ище весёл-от пир идёт навесели,

Красно солнышко катилосе ко западу

Да ко западу катилосе — ко закату.

Наливал-де Владимер во цяры первоей,

30. Наливал-де Владимер по цяры фтороей,

Наливал где Владимер по цяры третьей нынь

Ище та же веть цяшка да полтара ведра.

Ище фсе на пиру да пьяны-весёлы;

Они фсе на пиру да приросхвастались:

35. Ище сильней-от хвастат да многой силою,

Да наездник-от хвастат да коньми добрыма,

Да вельможа-та хвастат да золотой казной,

Ище глупой-от хвастат да красной девицэй,

Да безумной-от хвастат да молодой жоной,

40. Ище умной-от хвастат да старой матерью.

Говорил-то Владимер да таково слово:

«Уш вы ой еси, сильни-могучи фси богатыри,

Ище те же бояра да мои думныя,

Ище те поленици да приудалыя.

45. Ище вы же купци, люди торговыя,

Ище те же хресьянушки прожытосьни!

Ище хто из вас съездит да в Ордяну́ Землю

Отвести королю дары да троёгодныя:

Да двенаццэть ноне да добрых молоццэй,

50. Да двенаццэть нонь да красных девицэй,

Да двенаццэть нонь а́нкрыков* золотой казны,

Да двенаццэть нонь пар да белых лебедей

Да двенаццэть нонь пар да белых крецятоф?»

Ище спрашывал Владимер-от по первой раз,

55. Ище спрашывал Владимер-от по фторой раз,

Ище спрашывал Владимер нонь по третьей раз.

Ище большой-от хороницьсе за средьнёго,

Ище средьней-от хороницьсе за меньшого,

Да от меньшого нонь да как ответу нет.

60. А ис того же из места да из высокого

Выставаёт-де удалой да на резвы ноги,

Да по имени Добрынюшка Микитиц млад.

Говорил-де Добрыня да таково слово:

«Уш ты ой еси, Владимер стольнекиевьской!

65. Не изволь меня казнить да за слово скоро,

Не сади ты меня во темны погребы,

Не ссылай ты миня во сылки в дальния.

Ище некому ехать да во большом столи.

Ище есь у мня названой брат, да горька пьяниця;

70. Да сидит-ле нонь Васька на цареви кабаки,

Ище пьё-то сидит да зелено вино».

Тому слову Владимер да не ослышылсэ;

Да нахватывал башмацьки да нонь тасьмяныя,

Побежал-де Владимер да на чяреф кабак.

75. Приходил-де Владимер да на чяреф кабак, —

Ище спит то-ле Васенька, горька пьяниця,

Ище спит-то на печьки да он кирписьнее,

Приокуталсэ гуней да нонь кабацкоей.

Закрыцял-де Владимер да громким голосом:

80. «Уш ты ой еси, Васька, да горька пьяниця!

Пробужайсе-тко, Васька, да от крепкого сну

Да пожалуй-ко ко мне да на почесьён пир!»

Отвецял ему Васька, да горька пьяниця:

«Уш ты ой еси, Владимер да стольнекиевской!

85. Не могу к вам итти да на почесьён пир:

Как болит-то, болит да буйна голова,

Да щипит-то, щипит да ретиво серьцё».

Наливал где Владимер цяру зелена вина

(Ище та же была цяшка — да полтара ведра!),

90. Подавал-де нонь Васьки, да горькой пьяници.

Принимал ноне Васька да единой рукой,

Выпивал ноне Васька да к едину духу.

Говорыл где Владимер-от по фторой рас:

«Ты пойдём-ко-се, Васька, да на поцесьён пир!»

95. Отвецял ему Васька, да горька пьяниця:

«Как болит-то, болит да буйна голова,

Да щипит-то, щипит да ретиво серьцё!»

Говорил-де Владимер да таково слово:

«Уш ты ой еси, Васька, да горька пьяниця!

100. Ты соскакивай с пецьки да нонь с кирписьнеей,

Припадай-ко-се г боцьки да ноне ли́вером*,

Ище пей-ко-се, Васька, да сколько требуёш!»

Тому слову Василей да не отслышылсэ;

Соскоцил он веть с пецьки да нонь кирписьнеей.

105. Да припадывал г боцьки да он веть ливером,

Да тянул он из боцьки да сколько следуёт, —

Да пошол где нонь Васька да на поцесьён пир:

Да Владимер-от идёт да как попереди,

Ище Васька идёт да позади нонь.

110. Да приходят они да ко красну крыльцю,

Да пошли где они да во светлу грыню.

Да пошол где нонь Васька по красну крыльцю, —

И да ступень-от до ступеня догибаицьсе,