Душа дракона - Евгения Витушко

  Я поднялась выше, окидывая взглядом расстилающийся подо мной ландшафт. Улицы выглядели безлюдными, лишь кое-где, на самых окраинах, еще виднелись крохотные фигурки последних запоздавших беглецов, в спешке покидающих свои дома. Сумрак ночи и разрушения, причиненные городу землетрясением, придавали окружающему пейзажу давно заброшенный и зловещий вид. Подземные толчки продолжали то и дело сотрясать почву, расходясь от Арбиса во все стороны, словно концентрические круги от упавшего в воду камня. А под горой... Под горой гигантская белая змея извивалась и билась, будто в агонии, безуспешно силясь освободиться от своего энергетического кокона. Словно зачарованная, я смотрела, как исполинский монстр нетерпеливо и яростно ворочается под землей в толще скальных пород - и каждое новое движение септолита порождало все новые и новые колебания в земной коре, которые, ширясь и нарастая, в свою очередь вызывали все большие и большие разрушения на поверхности земли.

  Очередной подземный толчок снова с силой всколыхнул земную твердь, отозвавшись многоголосым испуганным вскриком, прокатившимся над холмами в ночной тишине - видимо, волна докатилась и дотуда. Почва содрогнулась с такой силой, что строения вокруг площади расходящейся все стороны волной начали рушиться один за другим, словно карточные домики. С высоты полета я увидела, как от горы через площадь к Эль-Дааррону по земле зазмеилась, стремительно расширяясь, длинная изломанная трещина.

  - О, нет... - невольно вырвалось у меня.

  Неуклонно разрастаясь в обе стороны, разлом, между тем, уже достиг основания альфа-дома и пополз по травертиновой стене вверх, продолжая медленно расширяться. Не в силах оторвать взгляда от ужасающего зрелища, я в отчаянии смотрела сквозь зеленоватый сумрак, как тысячелетний даргианский дворец, драгоценная жемчужина Сорбронна, освещенная бесстрастно парящими в небе колдовскими огнями, на глазах раскалывается надвое, словно переспелый орех. Горькое чувство утраты, потери чего-то важного и дорогого, захлестнуло меня, впиваясь в сердце безжалостными острыми когтями.

  Хорошо, хоть Сев этого не видит... Эта мысль на мгновение принесла мне пусть слабое, но все-таки облегчение. Машинально оглянувшись на бегущих по земле товарищей, я отыскала взглядом серебристый силуэт волка, бегущего наравне с ящерами-триедиными вдоль опустевших домов. К этому времени мои друзья уже успели достичь внешней окраины поселения и совсем скоро должны были благополучно покинуть опасную территорию.

  Не в силах дальше смотреть, как у меня на глазах разрушается извечная твердыня всех прошлых и нынешних Альфа-лордов Сорбронна, я повернула прочь от площади, по широкой дуге спускаясь ниже, к крышам домов, чтобы догнать вырвавшийся вперед отряд. Впереди, на открытом пространстве прямо перед нами уже сияли в темноте беспорядочной россыпью многочисленные огоньки костров, теплых и ярких, больших и маленьких. Это жители долины, покинув свои ставшие в одночасье ненадежными дома, нашли убежище на вершинах холмов и в открытых лощинах у подножия гор.

  Я бесшумно скользила над пологими скатами крыш, постепенно все сильнее сокращая расстояние между мной и остальными беглецами, когда новая волна дрожи прокатилась по земле прямо подо мной. На этот раз сила толчка была такой, что я буквально ощутила ее всем телом. До меня донесся снизу далекий неясный гул - казалось, будто стонут недра самой земли... Темная линия горизонта впереди вдруг как-то странно исказилась и поплыла, постепенно окутываясь серой клубящейся дымкой. В первую секунду мне почудилось, будто с гор в долину внезапно начал опускаться туман... И лишь несколько мгновений спустя, когда самые дальние огоньки костров начали вдруг стремительно гаснуть один за другим, до меня дошло леденящее душу осознание.

  'Обвалы и селевые потоки...' - глухо прозвучал в моей голове разом обесцветившийся голос Сева. - 'От них не спастись...'

  Я увидела, как серебристый альфа-волк внизу замер на полушаге, вытянувшись напряженной струной и устремив взор в сторону сошедшей вдалеке лавины. Но как?.. Откуда он узнал? Ведь снизу, со своего места, он никак не мог видеть всего этого!.. Впрочем, в глубине души я уже знала ответ. Судя по всему, вопреки моим робким надеждам, все это время Сев продолжал зорко следить за всем происходящим моими глазами. А значит, видел и гибель Эль-Дааррона, и все, что за этим последовало.

  Ох, Сев... Глядя на него сейчас, мое сердце болезненно сжалось от горестного бессилия.

  'Я слышу, как они умолкают в моей голове...' - медленно проговорил он. - 'Десятками... Сотнями... Одни за другими...'

  Голос оборотня в моей голове, дрогнув, вдруг оборвался. Постояв еще минуту неподвижно, альфа-волк внезапно запрокинул голову, устремляя глаза в черное беззвездное небо - и над ночными холмами в воздухе разнесся долгий, тоскливый, разрывающий сердце вой. Миг - и его подхватили сотни других голосов по всей долине, постепенно сливаясь в один долгий, очень долгий, исполненный боли и тоски погребальный плач...

  Этот ужасающий подземный толчок стал самым сильным и самым разрушительным за всю ночь, как выяснилось спустя час или полтора - когда, вздрогнув еще несколько раз, земная твердь неожиданно успокоилась. Землетрясение, разрушившее и перевернувшее вверх дном за несколько часов всю даргианскую долину, наконец, прекратилось - так же внезапно, как и началось. Вскоре горизонт на востоке мягко подернулся бледно-сероватой дымкой, постепенно светлеющей и растекающейся все шире и шире по небосклону. Над долиной забрезжил рассвет нового дня, оставляя недавний кошмар во власти уходящей ночи... Однако все те, кто сумел пережить эту долгую ночь, навсегда запомнят ее как одну из самых страшных и горьких в истории Сорбронна.

  Утро застало нас на склоне холма недалеко от границы поселения. Мы стояли, крепко взявшись за руки и прижавшись друг к другу, словно в последней попытке удержать в своих объятиях самое дорогое, что имели - я и Сев, леди Нарриэн и тар Лавинн, Лиаренна и Эйнан... Конечно, кроме нас здесь было еще много народу - по моим приблизительным подсчетам, за ночь на этом холме нашла убежище примерно пятая часть всего населения городка, окружающего Эль-Дааррон, то есть около двух сотен человек, взрослых и детей. Тем не менее тишина, царившая вокруг, создавала впечатление, будто поблизости не наберется и десятка живых душ. Казалось, все произошедшее обессилило людей настолько, что лишило их дара речи. Мягкие лучи рассветного солнца скользили по усталым осунувшимся лицам сорброннцев, легкими мазками нанося на их бледные щеки искусственный румянец. Было похоже, что ночной кошмар, унесший с собой сотни невинных жизней, все еще продолжает удерживать души выживших в плену ужаса, не давая им вырваться на волю из своих цепких когтей. Мы тоже молчали, не в силах выразить словами те чувства, что переполняли сейчас наши сердца.