Кадеты и юнкера в Белой борьбе и на чужбине - Сергей Владимирович Волков

увести посыльное судно «Лейтенант Дыдымов» и «Диомид». Каково было состояние судов еще ходивших, показывает случай с «Батареей»: она была послана в сентябре 1921 года на поимку английского парохода, который вез на Камчатку оружие, закупленное красными, снабжение для партизан и 2 политкомиссаров, которые сопровождали груз. Вне всякого сомнения, только с помощью японской разведки был известен маршрут парохода, а также то, что он зайдет в Хокодате взять воду и уголь. Когда «Ральф Моллер» подошел к порту Муроран, то был опознан, и «Батарея» погналась за ним. Однако, когда довела ход до 12 узлов, то лопнуло коромысло в машине, пришлось на границе территориальных вод открыть стрельбу, для того чтобы задержать приз. Однако в территориальных водах не удалось захватить груз, и по компромиссному решению японцев груз был продан с аукциона, оружие и обмундирование задержано. Таким образом, капитан 1-го ранга Петровский[526] только отчасти смог выполнить порученную ему задачу.

Все это положение вызывало необходимость сгруппирования некоторого числа молодежи, долженствующей не только поддержать флотилию извнутри, но и создать в будущем какую-то смену офицерскому составу. Поэтому в июне 1921 года старшим лейтенантом Гарковенко[527] была сформирована гардемаринская группа в 12 человек. В состав этой группы вошел один гардемарин Морского училища В. Киркор[528], один окончивший во Владивостоке в 1919 году школу радиотелеграфистов – Лашков[529], остальные были кадеты Омского и Хабаровского корпусов, кончившие корпус в том году.

Эти гардемарины были размещены в казармах Сибирского флотского экипажа. Курс был предположен в 2 года 8 месяцев, то есть нормальный. Одеты гардемарины были во флотскую форму, которая была найдена в складах экипажа. Довольствие во Владивостоке было хорошим, необходимыми учебными пособиями и учебниками были обеспечены, за исключением артиллерийского вооружения, иметь которое в условиях японской оккупации было невозможно. Зимой Сибирская флотилия выставила один бронепоезд на Хабаровский фронт, но гардемарины на нем не служили, и зима прошла в усиленных классных занятиях.

Практическое плавание проходило на канонерской лодке «Магнит», 1200 тонн водоизмещения. Плавание началось 1 мая 1922 года и закончилось 27 марта 1923 года в Олонгпо – Филиппины, когда были произведены экзамены, и 8 апреля 1923 года, когда выдержавшие были произведены в корабельные гардемарины.

Выходя в поход, «Магнит» был нагружен, как Ноев ковчег: в шлюпках были размещены три десятка промысловых собак, на палубе необходимая живность, в носовом помещении и трюме правительственные агенты промыслов и рота морских стрелков – 100 человек, отправленная на подкрепление гарнизона города Петропавловска-на-Камчатке. В задачу «Магнита» входила охрана котиковых промыслов на Беринговых островах от хищников, в первую очередь японских, которые не только выбивали котиков, но, сбрасывая продырявленные банки с нефтью, загаживали лежбища и принуждали котиков селиться на лежбищах, находившихся на юге Курильских островов, в японских водах.

Высадив в Петропавловске морских стрелков, «Магнит» пошел в бухту Провидения, где с великой радостью ссадили промысловых собак, провонявших своим кормом – рыбой – весь корабль. От Анадыря пошли к берегам Аляски – в Ном, откуда вернулись на Беринговы острова, где начали наводить порядок: одна хищническая шхуна была потоплена, другие поспешили убраться подобру-поздорову. Для разбора дела японцы прислали свой крейсер «Ниитака», однако неудачно: к его приходу разыгрался свирепый шторм; «Магнит», успевший отойти от островов, сильно трепало, но все окончилось благополучно. Крейсер же задержался с выходом в море, и его выбросило на берег, при этом так неудачно, что из 400 человек команды утонуло 150.

В то время пришло сообщение об эвакуации Владивостока и приказ о возвращении обратно. Вначале пошли на Петропавловск, где взяли обратно морских стрелков, оттуда пошли на Гензан, в котором соединились с остальными кораблями, и уже вместе пошли на Фузан, а оттуда на Шанхай. После полуторамесячной стоянки в Вузунге, – укрепления перед Шанхаем, – флотилия, ссадив на берег большинство морских стрелков, оба кадетских корпуса и беженцев, пошла дальше на Филиппины, где в Олонгопо и интернировалась. Во время перехода Шанхай– Олонгопо погибло посыльное судно «Лейтенант Дыдымов», у которого во время шторма сорвались котлы, и тральщик «Аякс», разбившийся на каменной банке у Пескадорских островов. На «Лейтенанте Дыдымове» погибло около 30 кадет Омского и Хабаровского корпусов, в числе команды погибли гардемарины Алексей Поляков и Халютин. В Шанхае остались еще 3, так что экзамены сдавали только оставшиеся 7. (Сведения получены от корабельного гардемарина Лашкова.)

Морское училище во Владивостоке

Осенью 1917 года правительство Керенского решило распустить Морское училище. Наличный состав кадет должен был закончить общее образование, старшей роте представлялась возможность закончить курс, 3-я рота гардемарин должна была быть пополнена «демократическим» элементом, в который вошли даже коммунисты, назначенные Центрофлотом Гуркало, Кожанов и Дажин. Эта рота 3 октября 1917 года была направлена во Владивосток, на учебный отряд в составе вспомогательного крейсера «Орел» и миноносцев «Бойкий» и «Грозный». 12 ноября 1917 года отряд вышел в плавание. В Нагасаки, куда пришел отряд, стало известно о перевороте в Петрограде, уже здесь пяти гардемаринам пришлось бежать с корабля по политическим причинам. В Гонконге среди матросов началось брожение, которое кончилось тем, что команда была разоружена и отправлена во Владивосток. Из матросов остался только один, 20 гардемарин также были списаны и отправлены восвояси. Таким образом, 205 гардемарин уже потеряли 25 соплавателей. Заведующий гардемаринами капитан 1-го ранга Китицын разошелся во мнениях с старшим лейтенантом Афанасьевым и уехал в Японию. Вследствие некомплекта в команде пришлось «Бойкий» сдатъ англичанам, а «Грозного» французам в Сайгоне. После некоторого времени и «Орел» разоружился в Сайгоне, а гардемарины начали занятия на базе, во французских казармах. Число гардемарин уменьшилось, так как группы гардемарин начали разъезжаться, пробираясь в Россию.

В начале ноября 1918 года в освобожденной от соввласти Сибири военно-морским министром адмиралом Колчаком был отдан приказ о сборе и отправке морских кадет, гардемарин, юнкеров флота и воспитанников Морского Инженерного училища во Владивосток, для организации и начала занятий. 19 ноября 1918 года прибыла во Владивосток из Сайгона первая большая партия гардемарин – 62 человека, таким образом, у капитана 1-го ранга Китицына после чисток осталось 99 гардемарин. Сначала гардемарины размещались в казармах 35-го Сибирского стрелкового полка на Русском острове, затем были переведены в город, в Шефнеровские казармы.

Прибывшая вторая партия гардемарин из Сайгона была профильтрована, и часть была отправлена в военную школу на Русском острове. В конечном результате рота имела 129 гардемарин, которые и начали занятия. Занимались по запискам, так как учебников не было. Только позднее удалось наладить печатание некоторых учебников, таблиц логарифмов в Шанхае. Практические занятия легко были организованы в