«Жигули» с привидением - Александр Николаевич Петрин

К счастью для Пети Козлова, о нем забыли, как только из другого подъезда вышла разряженная и раскрашенная парикмахерша Элегия под руку с новым хахалем, который по внешности был «точный бандит»!

ТАЙНЫ ЭНСКОЙ ГОСТИНИЦЫ

Командировочный Букашкин, находясь по своему делу в городе Решетове, большие там пережил чудеса!

По закоренелой привычке всех бездомных он решил на всякий случай заглянуть в гостиницу и заметил, что табличка «Мест нет» отсутствует на своем, так сказать, законном месте.

Букашкин этому факту, конечно, никакого значения не придал и опять же на всякий случай завел с администраторшей дипломатический разговор:

— Значит, барышня, хе-хе-хе, решили вывесочку не вешать? Правильно! Сознательный, хи-хи-хи, человек сам должен знать, что в гостиницах мест не бывает и быть не может…

— Места есть, — сказала барышня.

Взяла да и выписала Букашкину место.

Тут Букашкин как разинул рот, так потом за все пребывание в городе Решетове и ходил, не имея возможности закрыть его на сколько-нибудь продолжительное время.

В камере хранения ручного багажа он не обнаружил на двери знакомой записки куриным почерком: «ушла скоро приду».

Вообще-то Букашкин собирался малость вздремнуть, но, увидев на постели белоснежное белье, лечь на него не посмел, не зная точно, для чего оно предназначается.

Поэтому Букашкин, желая сориентироваться в непривычных условиях, отправился погулять и, зайдя в гостиничный буфет, увидел, что местные пьяницы почему-то там отсутствуют, не толкутся, хотя было уже семь часов утра…

Букашкин попросил себе стакан томатного соку.

Буфетчица почему-то ничуть не разгневалась («держи карман, стану я из-за тебя банку открывать, хочешь — пей всю…»), а налила Букашкину стакан томатного соку, да еще и сдачу с полтинника отдала.

В киоске оказались свежие газеты, даже «Спорт» и «Футбол», и без всяких следов предварительного штудирования их племянником киоскерши.

Будучи от природы человеком любознательным и пытливым, Букашкин пытался найти объяснения всем этим чудесам, задавая разные наводящие вопросы:

— Вы какое-нибудь большое начальство ждете?

— Нет, — отвечали ему.

— А кого же — иностранцев?

— Нет…

— Просто ревизия?

— Нет…

И совестливый Букашкин совсем застыдился, что вот он беспокоит должностных лиц, надоедает им своим присутствием без всякой дачи полтинников и прочих стимуляторов…

Командировочные с предприятий, вырабатывающих различный ширпотреб, выходили из положения, возя с собой чемодан с образцами своей продукции и вручая их всем в виде сувениров. Букашкинский завод вырабатывал бетонные блоки для плотин, но подобные сувениры было крайне трудно везти в связи с их громоздкостью и многотонным весом.

Возникла было у Букашкина идея вручить всем по букету роз, но и от не пришлось отказаться по причине дороговизны цветов и скудности командировочных сумм.

Наконец, Букашкин решил прославить необыкновенную гостиницу в печати, чтобы все узнали, какие люди работают в системе обслуживания города Решетова.

Но тут ему в голову закралась мысль, что такая стойкость и твердость характера, как у решетовцев, может быть только у матерых преступников. И все, что творится в этой гостинице, возможно, рассчитано на притупление бдительности клиента, чтобы потом, улучив момент, каким-нибудь хитрым способом обобрать его до нитки!

Букашкин, быстренько обделав в Решетове свои служебные дела, поскорее убрался в другой город…

Как сознательный гражданин он решил написать в органы, чтобы лучше присмотрелись к странным порядкам в решетовской гостинице, где, судя по всему…

Но в другом городе отоспался в гостиничном вестибюле на чемодане, потом отдал дополнительную пятерку за место в номере да «рупь» — тете Фросе за слабый замок на чемодане; получил в буфете бутылку кефира, которую буфетчица через головы местных пьяниц сунула ему с презрением; потом у книжного киоска ознакомился с прошлогодними достижениями в области коневодства и — вошел в привычную колею, так что чудеса в Решетове представлялись ему как бы виденными во сне.

НЕРВНОЕ НАПРЯЖЕНИЕ

Трудно приходится человеку в наш нервный век!

Одни медики говорят: держитесь спокойно, сдерживайтесь, нервные клетки не восстанавливаются!

Другие — напротив: мол, от постоянной сдержанности происходит рак печени, инфаркт и гипертония… И нервные клетки жалко — не восстанавливаются, и если преждевременно в ящик сыграешь, то весь непочатый комплект клеток с собой унесешь!

Я свои личные нервные клетки, конечно, стараюсь экономить, но иногда допускаю разрядку, чтобы не произошло перенапряжение и, выражаясь языком технического прогресса, пробки не перегорели.

На этот счет врачи никаких рекомендаций не дают, и приходится руководствоваться исключительно интуицией и сообразительностью.

Например, вчера в конце рабочего дня встречается мне престарелый зам, ехидно щурится и говорит:

— Да это, кажется, Соловьев… А я было сослепу подумал: уж не хиппи какой прибыл к нам из Америки с дружественным визитом, поскольку причесочка ваша…

Тут у меня возникло сильное раздражение, захотелось не сдержаться и сказать: мол, не твое пенсионерское дело обсуждать прически молодых, и вообще… Однако, к счастью, вовремя вспомнил про дефицит нервных клеток и приветливо отвечаю:

— Что вы, Вадим Иванович! — Никакого хиппизма а моей прическе нет, просто не стригся давно — не из идейных каких побуждений, а времени нет: горю на работе!

— Ах, горите! — и дает мне втык: мол, опять не обеспечил разгрузку вагонов, цемент мокнет, хоть на свалку вывози, а железная дорога за твои простои штрафы дерет. И всякая подобная лабуда…

Я же, продолжая экономить нервные клетки, в дискуссию вдаваться не стал, а остановил Сашку-диспетчера, пробегавшего мимо, и в сдержанных тонах приказал ему немедленно ликвидировать прорыв на данном участке.

Студент-заочник Сашка, которому еще было рано экономить какие-нибудь клетки, через минуту уже разряжался на все подъездные пути, рисуясь перед девушками-крановщицами.

А мне не удалось снять нервное напряжение даже в магазине, хотя они как бы специально существуют для этой полезной процедуры.

Слегка разрядился я только в автобусе, когда одна бабка нахально прошмыгнула на облюбованное мной сиденье. Тем более, что в автобусе уже вовсю взаимно разряжались кондукторша с водителем, причем последний делал это через динамик вместо объявления остановок. Впрочем, хрипатый и косноязычный динамик никак не мог состязаться с голосом кондукторши, долго тренированным на пронзительность и резкость.

Очутившись дома, я уже с новыми силами принялся за экономию клеток, когда моя супруга Милка принялась растрачивать свои направо и налево, начав с отсутствия в хозяйстве стирального порошка «Дарья» и постепенно дойдя до машины «Жигули» и цветного телевизора «Рубин-401», которые уже давно имеются у ее замужних сестер, а растяпа-муженек и т. д.

Я сдержанно сидел на балконе, чувствуя, как в печени копошится рак, а к сердцу подкрадывается инфаркт, и думал о том,