Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

были не к месту на свадьбе. Но Ирини на это не обращала внимания. Нарядилась в шифоновое платье, обулась в новые белые туфли, причесалась, и вот она готова отпраздновать день свадьбы своей золовки. Дай ей, Бог, счастья! С собой взяла только Наталию. Младшие остались с Кики: у нее приболел Алексис. Савва, вместе с Чеченом, занимались какими-то неотложными свадебными делами.

Эльпида пришла со своим семилетним сыночком, точной копией Харитона, только не такой смуглый. Слон пришел и быстро исчез, так что Ирини не пришлось с ним и поговорить. А Иван Балуевский давно не был в родных краях, служил, где-то в Хабаровском крае, говорят уже капитан. Митька-Харитон уехал, по словам Эльпиды, в Новосибирск по делам. А жаль, Ирини очень соскучилась за своим мятежным родственником – соседом.

Ирини находилась в Осакаровке уже три дня и уже виделась с Эльпидой несколько раз и теперь была посвящена во все ее семейные тайны. Здесь, на свадьбе, они опять обнялись.

– Ну, что, Ирини, забыла тебя спросить, надеюсь не скоро уедешь? – с радостной улыбкой вопрошала подруга Ирини.

– Через месяц. Савва уедет пораньше.

– Прекрасно! Через неделю придешь на именины Георгия. Мы его больше коротко Юриком называем. Она расцеловала уже в который раз своего сына.

– Смотри, Юрик, – обратилась она к нему, – эта тетя – моя подруга, помнишь ее?

– Конечно помню! А где ее дочка Наташа?

Смышленые глаза ребенка под тяжелыми ресницами смотрели на Ирини с интересом.

Ирини расплылась в доброй улыбке, слегка потрепала его красивые темные кудри.

– Конечно, помнит! – весело заметила она. – Пацан уже почти школьник! Весь он у тебя в Харитона.

– Не только внешне! Такие же жесты, повадки, ты не представляешь… и Эльпида понеслась: за короткое время она рассказала все, что можно было рассказать о ребенке, прожившем на белом свете первые семь лет.

– Ну хорошо, – прервала ее Ирини, – приду через неделю тем более, что в этот день я должна буду крестить одного ребенка, девочку, названную в честь меня. Как тебе нравится?

– Как это? – Эльпида широко открыла удивленные глаза. – Нет, так подруга, дело не пойдет. Я столько ждала тебя.

– Ничего не могу поделать…

Возмущенная Эльпида снова открыла рот, но Ирини перебила ее:

– Послушай меня. Помнишь, на линии, если б не я, то Мария Иорданиди бы попала под поезд? Тогда она дала клятву, что одного из ее детей покрещу я.

– Так она еще и имя твое дала, я знаю, она ее Ирини назвала.

– Как видишь. Так, что не обижайся… Ты меня знаешь, я везде поспею.

– Ладно, убедила. Молодец, эта Мария! Теперь то она не Иорданиди, а Параске-вопуло. Муж у нее очень хороший, работяга, каких свет не видел. Помогает ей во всем, любит. Счастливая…

Обе грустно посмотрели друг на друга.

– Да, везет же людям… Дай-то Бог! А, Харитон твой будет на именинах? – как бы в продолжение темы спросила Ирини. Эльпида пожала плечами:

– Если ему верить, то должен быть здесь послезавтра. Так просила его приехать раньше, вместе пойти на свадьбу. Но, сказал, что занят. Видно, Настька его держит, не отпускает, – сглотнув, с горечью произнесла Эльпида. Глаза ее сразу потускнели, настроение упало. Она опять крепко прижала к себе сына.

– Ну раз сказал, значит будет, – Ирини хотелось успокоить, помочь. Но как?

– Хорошо, что и Савва здесь, покрестит со мной. – Ирини улыбалась ее сыну и с тревогой поглядывала на подругу. Но та быстро оправилась:

– Ну вот, Юрик, скоро мы тебе справим твои именины, и Наташа придет, – говорила она ласково своему сынку.

Обстановку разрядила сестра Эммы Фогель, она что-то припозднилась с замужеством. Хотя, может у них, у немцев, это нормально. Она подвела к ним своего жениха, бывшего одноклассника Эльпиды – Эрика Баха. Расцеловались. Поговорили о их будущей свадьбе. Ирини сожалела, что не попадет на нее, месяц еще ждать нет возможности.

Мария-Ксенексолца с мужем чуть припозднилась и теперь направлялась к ним. Эльпида успела шепнуть, что она никак не может родить и на этой почве у них постоянные размолвки.

Слегка наигранно – развеселая Мария быстро рассеяла грусть подруг. Через минуту они дружно хохотали над очередной ее хохмой.

Мимо проходили степенная Роконоца с неизменной своей подругой Ксенексолцей, укоризненно глянула на свою дочь, дескать: «Чего хохочешь, веди себя прилично». Ирини, а вместе с ней и подруги притушили свой смех. Но Мария снова пустила свою шутку, уже о стариках и все трое сидели с трудом глушили свой смех. Серьезный Эрик отошел к своим друзьям.

Ирини уселась между Марией и Эльпидой. Вместе с Хильдой подруги доложили ей все последние новости, а также, что представляли из себя новые лица, которых было не так уж много. Свадьба была уже в полном разгаре. Жених явно подвыпил. Невеста сияла своей красотой и бросала скромные взгляды на гостей, когда они обращались к ней. Мария, кивнув в ее сторону, тихо сказала Ирини:

– Ох и вредная у твоей золовки свекровь, эта Корцала.

– Не приведи Господь! – вдруг подтвердила Эмма.

– А что так? – полюбопытствовала Ирини.

– Чуть, что не по ней – съест с потрохами. Ужас! – возмущалась Хильда. – Я как – то с ней сцепилась в магазине и не рада была. Ушла поскорей, а она мне вслед сыпала проклятья. Представляешь? С греками она еще ничего разговаривает, а немцев за людей не считает.

Она с обидой посмотрела в сторону Корцалы. Та сидела в цветном платье с белым кружевным воротничком. Глаза смотрели настороженно и серьезно.

Неестественно – белое, кое-где в коричневых старческих пятнах лицо все еще выказывало следы былой красоты.

– А так смотрится симпатичной бабкой, – обронила Ирини.

– А я бы сказала – противная уродина. Твоей матери столько же примерно лет, а посмотри, какая симпатичная, – кивнула Эльпида в сторону Роконоцы.

– Да, если не считать ее совершенно седую голову, то да – мама смотрится красавицей.„и Ксенексолца хорошо сохранилась. Ничего наших гречанок не берет!

– А моя мама, сдала. А ведь была, как цветочек.

– А где она?

– Здесь должна быть…, – Эльпида завертела головой. – Юрик, где яяка? – спросила она сыночка. Тот тоже завертел головой, но не обнаружил ее. Эльпида не спускала с него своих любящих глаз.

– Значит – Корцала еще та стерва…

– Да уж… Вообще-то, говорят, что раньше она была помягче, но после трагедии с Женей, ее дочкой, совсем остервенела.

– А что с Женей? Я ее знаю, хорошая девчонка. Что с ней случилось? – поинтересовалась Ирини.

– Не знаешь?

– Откуда ей знать, – вмешалась Ксенексолца. – Ирини, как раз только уехала отсюда.

– Ах, да… Да… да.

У