Клуб разбитых сердец - Рут Уокер

– Все, хватит, – резко бросила Дженис. – Я устала от ваших психологических упражнений.

– Смотрите-ка, кто это так выступает? Сама доктор Дженис, великий социолог, у которой всегда есть что сказать о нашем с вами поведении.

Они сердито посмотрели друг на друг, и Шанель вдруг широко улыбнулась. Дженис, немного поколебавшись, тоже раздвинула губы в легкой улыбке.

– А ведь это наша первая ссора, – шутливо заметила она.

– Давно пора, – бросила Глори, отправляя в рот кубик льда и дробя его своими крепкими зубами. – А то я уж устала от всех этих ваших учтивостей.

– Оно и понятно, вы-то родились прямо на поле боя, – сказала Шанель, довольная, что все так обернулось. Ведь это их последняя встреча, надо бы разойтись миром.

– Привет. – В проеме двери возникла Ариэль. – Я какую-нибудь шутку пропустила?

Сегодня она была в желтом. Одета явно не по погоде – это в холодный-то апрельский день, – но платье идет, этого даже Шанель не могла отрицать.

– Прекрасно выглядите, – сказала Стефани. – Это что за оттенок – цвет нарцисса?

– Ага. Лэйрд выбирал. Удивительно, как он знает мой вкус.

Подошел принять заказы пожилой официант, и, как всегда, при приближении к Ариэль спина его немного выпрямилась, а манеры сделались еще более галантными. И с чего это он, интересно, так выпендривается, подивилась Шанель, ведь Ариэль заказывает одно и то же – салат, чай со льдом и дыню на десерт.

Вспомнив, что и Лэйрд обычно ест то же самое, Шанель кисловато заметила:

– Вам с Лэйрдом близнецами следовало бы родиться.

Ариэль восприняла это как комплимент.

– О да, – с энтузиазмом подхватила она. – У нас почти во всем одинаковые вкусы. Я люблю старые, еще двадцатых-тридцатых годов, черно-белые фильмы, и Лэйрд тоже. И оба мы вегетарианцы…

– А как насчет секса? – поинтересовалась Шанель.

Ариэль слегка покраснела. Удивительно, между прочим, что, проводя целые дни на яхте, она почти не загорела.

– Мы по-настоящему влюблены друг в друга, – спокойно сказала она. – И надеюсь, так будет всегда.

– О Господи, какая же вы наивная, – вырвалось у Шанель, и тут же она пожалела о своих словах. Кто знает, может, и впрямь у них с Лэйрдом будет эта редкостная штука – вечная любовь. Дай-то Бог.

Она уже собралась сказать это вслух, но тут вмешалась Стефани, которая до этого рассеянно поглядывала по сторонам, лишь вполуха прислушиваясь к тому, что говорится за столом:

– Итак, поскольку все мы сейчас так заняты, группа распадается. Честно говоря, мне лично наших суббот будет не хватать. Я счастлива, что с Дэвидом у меня все наладилось, и все равно так хочется иногда потолковать с женщинами, которые поймут меня. А может, мы слишком торопимся? Что скажете?

Шанель бросила на нее тяжелый взгляд: ведь это была ее Идея – положить конец совместным обедам.

– Разумеется, мы можем остаться друзьями, перезваниваться, но эти ежемесячные встречи ломают мой рабочий график, а уж суббота для нас с Глори самый напряженный день.

– Ну день-то можно и перенести, – заметила Стефани и как-то жалобно посмотрела на Глори. – Вы как?

– А что я? – пожала плечами Глори. – Я как все.

– Ариэль?

– И мне тоже будет не хватать наших посиделок, – немного помолчав, откликнулась та. – Пусть даже от меня проку немного, но…

– Я тоже предпочла бы не расставаться, – не задумываясь, сказала Дженис и покраснела под оценивающим взглядом Шанель. – Понимаю, понимаю. Вам, наверное, кажется, что я приспособилась к… новой жизни, но, по правде говоря, проблем – куча. Я стараюсь найти преподавательскую работу, но чувствую, что дело это долгое. И иногда мне становится так горько и одиноко. Неприятно говорить об этом, но…

– На самом-то деле она хочет сказать, что жаль отпускать на все четыре стороны своих клиенток, – сказала Глори.

Дженис и вслед за ней остальные засмеялись, хотя Шанель отметила про себя, что по существу плутовка ничего не возразила.

– Ну, так как же, Шанель? Вы у нас одна остались.

– Ну что ж, не буду отделяться, – слегка пожала плечами она. – Только давайте условимся: отныне рассказываем друг другу все новости, хорошие или дурные. – Ей неожиданно пришло в голову, что неплохо будет делиться своими победами с другими, а впрочем, и проколами – тоже. К тому же так приятно иногда просто расслабиться, хоть на одну пуговичку расстегнуться.

– Новостями интересуетесь, Шанель? Ну что ж, извольте, – заговорила Глори. – Мы со Стивом вот-вот в омут кинемся.

– Замуж выходите? – спросила Стефани. – Чудесно!

Еще одна свадьба…

– О Господи, да нет же! До этого еще пока далеко. Через месяц мы отправляемся в Нью-Йорк к родителям Стива. Они пригласили его на сорокалетнюю годовщину своей свадьбы, и Стив говорит, что, судя по всему, старик решил замириться.

– Ну а при чем тут омут? – спросила Шанель. – Подумаешь, великое дело – познакомиться с родителями Стива.

– Не скажите. Еврейка-мать, которая на самом деле не еврейка, и еврей-отец – наполовину компьютер, наполовину тиран.

– Понятно. – Шанель покачала головой. – Действительно какая-то взрывчатая смесь. Может, лучше вам остаться дома, пусть едет один?

– Да не боюсь я их, – живо откликнулась Глори. – В конце концов они всего лишь люди. Да и не хочу я отпускать Стива одного.

Шанель скрыла улыбку. Родители Стива и не догадываются, что их ожидает. К тому времени, как Глори соберется уезжать из Нью-Йорка, они у нее ручными сделаются. На это, наверное, Стив и рассчитывает.

– Ну что ж, в таком случае – удачи. Ну а у меня новости какие? На водах все хорошо, даже лучше, чем мы, то есть чем Стет, рассчитывали. Я-то лично ни минуты не сомневалась в успехе.

– То есть как это, вообще не волновались? – спросила Дженис.

– Разве что чуть-чуть. – Поколебавшись, Шанель как бы между делом добавила:

– Стет строит дом на холме, неподалеку от курорта. Будем там жить. – Она искоса посмотрела на Глори. – Директорский коттедж, таким образом, освобождается. Полагаю, кто-нибудь мог бы им воспользоваться.

Глори задумалась, но ничего не сказала.

– А у вас как, Ариэль? Какие-нибудь проблемы? – спросила Шанель.

Та лишь мечтательно улыбнулась:

– Да нет, я просто бесконечно счастлива.

«Наверное, так оно и есть», – подумала Шанель.

– А вы, Стефани? Что нового?

Стефани на секунду задумалась.

– Ну что сказать? Ронни перестал ходить в постель. – И она замолкла, услышав, что все расхохотались. – Ничего смешного, ему было так стыдно. Но с возвращением Дэвида с этим покончено.

– Стало быть, все у вас в порядке? – спросила Глори.

– Ну, так бы я не сказала, но все устраивается. Прежде всего я последовала совету Шанель и теперь знаю, как у нас обстоят дела в материальном смысле и куда вложены семейные деньги. Дэвид умеет вести им счет, что совсем неплохо, только я не могла по достоинству оценить это качество, пока жить приходилось на зарплату да на алименты. Теперь все банковские счета выписаны на нас обоих. Правда, по-моему, Дэвид все никак не может прийти в себя от изумления, и не только по этому поводу. – Что-то необычное мелькнуло в ее улыбке, Шанель показалось – самодовольство.