Горничная немого дома - Ольга Сурмина

переживай. В поместье комнат достаточно, если я мешаю, то могу переместиться в гостевую.

- Нет, все в порядке, останьтесь. — Голос дрогнул, отчего она смущенно отвела глаза. — Останься.

- Хорошо. — Улыбнувшись сквозь ночь, Рик прилег рядом, аккуратно, не касаясь больной даже случайно. — Могу я спать здесь?

- Наверное да... только. — Сальровел сдвинула брови, заметно напрягаясь. — У тебя есть что-то... надеть? Халат, там, или, может, пижама?

- Я тебя понял. — Тепло отозвался собеседник, медленно кивая. — Конечно, халат. Я буду спать в халате. И, повторяю, не надо бояться. Я не насильник. Я — твой жених.

Закусив губу, она кивнула. Даже во тьме было видно, как он раздевался, хотя измученная пациентка, из смущения, старалась не смотреть. Мужчина встал к ней спиной, разминал плечи, и убирал в хвост длинные, темные волосы. Набросив на широкую спину тонкий халат, он лег снова, только на этот раз под одеяло. К удивлению, он действительно не трогал, не придвигался и не прислонялся.

Напротив, старался держать дистанцию, постоянно проверяя, как лежат ее руки и ноги. Убедившись, что, даже если повернется во сне — не ляжет на больную конечность, Холгарт выдохнул, и, впервые за долгое время прикрыл усталые глаза.

Ветер стих. Ничто не шумело в трубах, не ударялось об окна, не шевелило скрипящий на крыше флюгер. Казалось, тишина расползалась вокруг, ее щупальца захватывали коридоры, комнаты, спящих людей... Почерневший небосвод больше не мог показать пролетающих птиц. Память показывала сны, хаотически переставляла прошлое, деформировала его, искажала. В итоге, лежащие на кроватях тела видели то, чего не было, и, вопреки сонникам, никогда не будет. Их дыхания поднимались к потолку, выскальзывали в окна...

Приоткрыв глаза, Нона вздрогнула. Сперва даже забыла, где и почему находится, а затем по спине вновь прошелся странный холодок. Хозяйская спальня. Он принес её к себе в комнату, и сказал, что это «их» комната. Сердце странно, тяжело сжималось. Даже свою гостью не впускал сюда. Никого, никогда. А её, вдруг впустил. Щеки начинали краснеть.

Мужчина рядом уже не спал, просто лежал, опирался на подушку, в очках, читая какую-то книгу. Сальровел похлопала глазами, осмотрев помещение в дневном свете: все такая же широкая, уютная, и... определенно мужская. Рациональная, обдуманная, и, совершенно без излишеств. С последнего раза не изменилась.

- Доброе утро. Ты много спишь, это хорошо. — Низким, но очень мягким голосом произнес Холгарт, улыбнувшись.

- Потому что не задаю вопросов? - Девушка лукаво ухмыльнулась, но тотчас смутилась своей выходке. Аккуратнее. Тише.

- Организму нужно время, чтобы восстановиться, сон в твоем состоянии полезен.

Вопросы? Напротив, задавай. Что тебя интересует? — Рик захлопнул книгу, и аккуратно отложил её на прикроватную тумбу.

- Где мои вещи?.. тут все такое... мужское. Я точно жила в этой комнате?

- Да, но смотри. Твои вещи в соседней, мы решили так сделать, чтобы не наполнять жилую комнату пылью. Как сможешь самостоятельно ходить, ты их посмотришь. —Холгарт легка напрягся, хотя то было практически незаметно. — Здесь часть моих вещей, еще часть их в моем кабинете.

- У тебя есть кабинет? Тут? Поразительно. — Сальровел раскрыла глаза. - Ты, наверно, сказочно богат, раз все так. Скажи, как мы познакомились? Как такой, как ты, обратил внимание на меня? Или я тоже Рокфеллер?

- Нет. - Он ласково улыбнулся, дотронувшись тыльной стороной ладони до ее щеки. — По крайней мере, пока. Ты пришла устраиваться ко мне на работу, и... мы понравились друг другу. Я предложил тебе быть со мной, и ты согласилась. Как итог... мы решили пожениться. Тебе здесь нравилось, нравилось... быть моей. И то было полностью, горячо взаимно.

- Ты... очень красивый человек, это правда. — Нона вновь слегка покраснела, отводя взгляд. Так бы подумала любая женщина, которая бы его увидела. Сказать так было правильно. Или... то были отговорки для самой себя? — Но большего... я пока что не знаю, так что прости меня. Знала, но теперь я этого не помню.

- Все в порядке. — Хозяин медленно кивнул. — Думаю, ты не разочаруешься, когда узнаешь меня чуточку ближе. Я тебя люблю, и готов ждать, сколько потребуется.

Даже если ты не вспомнишь о прошлом — не беда, создадим тебе новых воспоминаний.

Сальровел отвела глаза. Не разочарует. Не разочарует? А если она, вдруг, ничего не «вспомнит»? Он серьезно женится? На ней?

В комнату постучали. Сдвинув брови, Холгарт поднялся, снял очки, и медленно вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

На этаже топталась мисс Таллис, нервно переминаясь с ноги на ногу. Увидев работодателя, она посерьезнела и тихо заговорила:

- Наверно, я дальше. Ей нужно помыться, поесть... и будет очень неловко, если этим тоже решишь заниматься ты.

- Да, я сам хотел... но, возможно, ты права. — Рик сузил глаза. — Надеюсь, ты раздала всем новые инструкции? Просто кивать, молчать, и улыбаться. И, не дай бог, что-то вскроется. Я тебя предупредил. Проще было бы сменить состав.

- Нет, не проще. Я, по щелчку пальцев, не наберу тебе шесть новых служанок, на это нужно несколько месяцев. А сейчас они нам нужны как никогда, в твоей комнате больной. И, как бы ты не хотел все делать сам, это будет в корне неправильно... дай ей больше свободы. Хватит себя навязывать. Пусть привыкает постепенно.

- Судя по интонации, ты меня все еще осуждаешь, да? — Он поднял голову, странно усмехнувшись.

- Осуждаю. Этот спектакль... не доведет до добра. Тебе больно? Я знаю, больно.

Вот только это уже не только боль, это отчаяние, возьми уже себя в руки, в конце-то концов! Прицепился к ней, а она слишком смущена и растеряна, чтобы попросить тебя убраться. - Женщина нахмурилась и покачала головой. — Нужно сказать правду.

- Как ты это себе представляешь?! Да, я покупал тебя как проститутку, заставлял страдать и унижаться, но тут такое дело, в общем, выходи за меня. Ты это так видишь? Не так? Напрасно, потому что выглядит оно именно так. Так буду выглядеть я. Ну уж нет. Мне нужен был шанс, всего один шанс, чтобы все поправить. И на этот раз я не позволю себе, тебе, или еще кому бы то не было все бездарно испортить. Если все пройдет гладко, мы оба будем счастливы. Теперь все будет хорошо. — Рик резко выдохнул, стараясь успокоить себя. — Люблю ее, не поверишь, я признал это.