Горничная немого дома - Ольга Сурмина

- Не беспокойтесь. Думаю, погрузившись в привычную для себя атмосферу, она быстро начнет все вспоминать, однако, иногда этот процесс затягивается... вам стоит проявить терпимость. — Доктор нервно улыбнулся. — Этот процесс... часто затягивается, между нами говоря. Кому-то не везет, и люди не помнят себя годами.

Не хочу вас пугать, но и такие случаи есть. И я бы не сказал, что редкие. Пока пациентка останется здесь, минимум на две недели, максимум на месяц. А сейчас... езжайте домой. Расслабьтесь. Самое страшное позади. — Врач выдохнул, положительно кивая головой.

- Так. — Рик потер пальцами виски, затем встал, и, откинув назад темные волосы, свысока осмотрел неуклюжего собеседника. -— Ей нужны какие-либо индивидуальные процедуры, ежедневные уколы?

- Конечно. Дважды в день уколы, капельница... по ситуации. А еще постоянное наблюдение, уход и покой.

- Если это все, тогда сегодня она едет домой. И это не обсуждается.

- Ч-что? — Мужчина раскрыл глаза, отходя назад. Нервная улыбка становилась все шире. — Нет, это невозможно. Она будет тут, так нужно. Так правильно. Только больница может обеспечить нормальный уход человеку с потерей памяти... и никак иначе. Не делайте, пожалуйста, глупостей, мистер Холгарт.

- Хорошо, поставлю вопрос иначе. Кому из твоих начальников мне заплатить, чтобы сегодня же ее тут не было? Дома, поверьте, ей будет лучше. Мне будет несложно поставить там необходимое оборудование, и всего лишь делать капельницы по часам. — Процедил Рик, поглядывая на Ран. Увидев это, женщина уверенно кивнула.

- Это безумие, так... — Врач осекся, увидев гневный взгляд посетителя. Похоже, фокус несчастной девушки не сработал. А сработал ли бы вообще? Так или иначе, этот человек мог её забрать. Раз состояние стабильно — он мог, и, если доктор станет ему мешать, получит только кучу проблем. — Хорошо, я вас понял... думаю, мы утрясем этот вопрос с главврачом.

- Сразу бы так. — Резко выдохнув, хозяин поместья сцепил зубы, и, обойдя врача, направился в больничную палату. Тот проводил его усталым взглядом, но останавливать не стал, угрюмо прикрыв глаза. Не получилось.

Скрипнула ручка. Нона дернулась, и повернулась к своему посетителю, однако, увидев его, непонимающе вскинула брови.

Бровь дрогнула. По спине тут же пополз нервный холодок. Знакомые длинные волосы, то самое, правильное лицо. Губы, искривленные в странном, не трактуемом выражении. Неформальный серый пиджак, такая же серая рубашка. Решил зайти? Почву проверить?

Одеяло, хоть и было теплым, совсем не грело. Тупая боль распространялась по телу, словно яд, а припухшая щека напоминала флюс. Мужчина зашел, медленно прикрыл за собой дверь и устало улыбнулся. Под серыми глазами уютно устроились черные синяки, а кожа выглядела столь бледной, будто к ней пожаловал труп, и лишь отчужденная, мягкая улыбка скрашивала тяжелый, странный образ.

- Добрый день. Как ты? -— Приблизившись, он осторожно присел рядом, всматриваясь в лицо своей горничной. Казалось, его совсем не волновал тот факт, что оно было сейчас слегка помятым. Напротив, смотрел со странной нежностью, и даже слегка неловко.

Он не ругал. Явно не собирался упрекать, или давить.

- Кто вы? — Нона недоверчиво покосилась на работодателя, и тут же ощутила, как румянец пополз по щекам. Ему сказали, что она «потеряла память». Он в курсе. Но отыгрывать это, глядя ему в глаза, было тем еще испытанием. Сердцебиение учащалось, и прибор, чьи провода были закреплены у запястья, начинал чаще пищать. Оттого девушка краснела еще больше. Слегка повернула голову в сторону, но тут же пожалела об этом — боль давала о себе знать.

- Не шевелись, просто лежи. Я? -— «Незнакомец» запнулся. Казалось, что-то обдумывал. Иногда улыбался еще шире, а иногда странно прищуривал глаза.

Словно что-то прикидывал. Анализировал, сопоставлял. — Долгая история. Скоро поедем домой, там будет намного лучше.

- Домой? — Сальровел сглотнула. В ту же секунду посинело в глазах, а прибор начинал пищать еще громче. Амнезия служанки его не отпугивала. Он не забил.

Неужели и правда... влюбился? От этих мыслей вновь холод по спине. Он может испытывать к ней чувства? Он... вообще умеет испытывать чувства?! Отчего-то, осознание этого факта пугало. Все время Холгарт виделся как недвижимый маньяк, который достанет из горла, лишь бы получить свое. Насмехающийся и жестокий.

Ревнивый собственник. Мрачный и жуткий. А то, что он казался для нее привлекательным, желанным - её проблемы. И сны о нем — тоже её проблемы.

Запоздалый стокгольмский синдром, «плохая привычка». Но плохая привычка не должна была разрушить жизнь Ноны. Она знала, кто он такой, даже если сердце при нем билось чаще. Сегодня он шепчет «я люблю», а завтра пошлет голой за пончиками. Потому что может, потому что это в его власти. Или трахнет еще пару служанок, а затем закатит глаза, усмехнется, и скажет — «я больше в тебе не заинтересован, проваливай».

Он делал так у неё на глазах. Влюбленность в столь мерзкого человека можно было считать болезнью, потому что ничего, кроме слез в подушку, и расколотой психики она не принесет. Он наиграется и вышвырнет, всегда так делал.

По крайней мере, ей так казалось. Другим Нона Холгарта просто не знала.

- Да. В общем-то... у нас давно уже есть дом, и тебе там нравится. — Мужчина заметно сконфузился, прикрыв глаза. Все еще мягко улыбался и, казалось, порывался погладить девушку по здоровой ноге, но вовремя себя одергивал.

- Еще бы. Наверно, дома лучше. — Сальровел сглотнула. Должно быть, как-то так сказал бы тот, кто потерял память. Хотел бы домой? Конечно. Больше всего. Если она сейчас начнет уговаривать оставить себя в больнице - тут же навлечет на себя лишних подозрений. - Так кто вы? Как мне вас называть?

- Меня зовут Рик. Тебе знакомо это имя? — Молодой человек поднял брови.

- Нет, к сожалению. — Вновь нервная улыбка. Конечно оно знакомо. Настолько, что въелось в нутро, в самое сердце. Только осознавать это больно и страшно. Он -«порченный» человек, бешеная собака.

- Что ж. Ничего. Познакомимся заново. — Холгарт улыбнулся еще мягче. Как-то странно, и слегка маниакально. - Даже не знаю, с чего начать, чтобы не шокировать тебя.

- Просто скажите прямо. — Сальровел сжала кулаки. Шокировать? Чем он может её шокировать? Скажет, что она его пожизненная раба?

- Я — твой жених. — Мужчина склонил голову в сторону с той же бессменной, жуткой улыбкой. — Судя по всему, ты пошла гулять в поле, и попала