Страшно красивая в академии ветра (СИ) - Полли Нария

Элис

В первый миг мне показалось, что он узнал меня. Он смотрел так внимательно, так пристально, будто уже догадывался, что перед ним стоит та самая девушка, которая видела его темную сторону. Он даже принюхался, пытаясь доказать самому себе, что так и есть.

Но проклятие работало без перебоев. Мой запах, мой облик менялись до неузнаваемости. Неизменным оставался рост и комплекция тела. Потому что таков закон сохранения магии. Какой исходный материал — таков и искаженный результат.

Нет, Кириан не мог меня узнать.

В ответ на эти мысли снова зазудела рука, где под рукавом мантией красовалась огромная ссадина. Лечебные мази убрали боль и ускорили заживление, однако до конца рана еще не успела затянуться. И вот это могло меня выдать с головой.

А еще я чувствовала свой браслет. Родовой артефакт был так близко, но в то же время добраться до него не представлялось возможным.

Зарг!

Нужно было придумать как забрать обратно свое украшение. Оно было дорого мне. И даже если я не смогу теперь его носить по понятным причинам, мне хотелось сохранить эту вещь в знак памяти о хороших людях. О тех, кто уже ушел, но оставил после себя тепло. О тех, кто был добр ко мне, когда другие отвернулись.

Другое дело, что просто так забрать я его не могла. Тем более после того, что я видела. Если раньше Кириан просто раздражал меня и злил, то теперь к спектру моих эмоций добавился… Страх?

Не совсем так. Скорее его зачатки, потому что мозг отказывался верить в то, что парень способен сотворить нечто ужасное.

И тут же я вспомнила про обвал горы.

Ох, Татри, неужели я ошибаюсь и Арвинс действительно зло, скрывающееся под маской самодура и весельчака? Если так, то должна ли я была сообщить обо всем декану нашего факультета?

Логика в этом была. Но что-то внутри меня протестовало. А еще я знала, что нельзя действовать на горячую голову и лучше этот козырь оставить у себя. Вдруг понадобится.

— Поэтому держись от меня подальше!

Я быстро обошла парня и направилась к раздаточной стойке, где стояли подносы. В лопатках горело, говоря о том, что парень продолжает на меня смотреть. Я старалась держаться уверенно и ничем не выдавать своего волнения, хотя на самом деле меня немного потряхивало от напряжения в мышцах.

Собравшись с силами, я взяла поднос и начала накладывать еду. Холодный салат, ломтик хлеба, кусочек сыра — все это казалось мне незначительным по сравнению с тем, что происходило в моей голове.

Дело осталось за малым — найти свободное место. Но все, как назло, было занято. Даже мое излюбленное место в самом дальнем углу столовой умудрился кто-то себе присвоить

— Эм-м, Таккорт… — рядом раздался тихий невнятный голос. — Х-х-хочешь к нам?

Я обернулась и посмотрела на рядом стоящую девушку. Тоня Дункан вжала голову с ярко рыжей копной волос в плечи и даже отступила от меня на шаг. На подносе, который она держала, кружка с мутным красным киселем покачнулась, но устояла. Лишь пару капель потекли вниз по стеклянной ребристой поверхности.

С Дункан мы почти не общались. Лишь на теории по полетам иногда сидели рядом. Помнится, я как-то одолжила ей свой запасной стилус, и после этого девушка раз пять поблагодарила меня. И даже пригласила в свою компанию. Компанию отшельников, которых в академии не возлюбили по той или иной причине. Я прекрасно вписывалась в это небольшое сообщество, но все время находила для себя отговорки, чтобы не общаться с ними тесно.

И будь сегодня любой другой день, я бы отказалась от предложения. Но в голове было столько разных мыслей. И все они почему-то крутились вокруг Кириана и моих попыток оправдать его ночной поступок, найти объяснение, которое смогло бы обелить его репутацию. И чтобы заглушить внутренние непослушные голоса, я была готова на все, и даже на самый отчаянный поступок.

— Я с радостью.

Глава 24

Элис

Стол затих, и на меня уставились две пары глаз. Помимо Тони это местечко в столовой занимали Глэдис Гофф и Кемал Онелли, которые явно удивились нашему с Тоней приближению. Точнее, Дункан их как раз не волновала, а вот моя персона — еще как.

Парень с девушкой переглянулись и синхронно зыркнули на Тоню. Та лишь пожала плечами и указала мне подбородком на свободное место.

— Спасибо, — тихо поблагодарила я, опускаясь на стул. Аппетит пропал вовсе.

Дело было не в том, что я села рядом с теми, кого в академии добродушно называли «чудиками». Нет, они как раз были мне куда ближе по духу, чем красавцы, подобные Гиенсу или Арвинсу. В них не было напускной фальши. Они прост о плыли по течению, желая получить образование и хоть как-нибудь устроиться в этой жизни.

Скорее, я просто привыкла никого к себе не подпускать. Драконы в качестве друзей меня больше, чем устраивали. Они знали мой секрет, но не могли им ни с кем поделиться. А тут любое близкое знакомство могло обернуться открытием тайны. А я не хотела, чтобы в академии ко мне относились иначе.

— Ты кушай-к-к-ушай, — произнесла Тоня, быстро орудуя ложкой. — Вечером такой возможности может и не быть.

— Почему?

— Так сегодня же день Почитания, — подал голос Кемал и дернул прядь голубых волос. Такой необычный цвет не был шуткой генов. Скорее виной тому оказалось неверно прочитанное заклинание в книге. Которое не смог снять даже профессор Гарлик. Кстати, именно поэтому Кемал и оказался в рядах изгоев.

— Вся еда достанется аристократикам, если ты понимаешь, о чем я, — вступила в беседу Глэдис. — А нам хорошо, если кашу сварят.

Я поморщилась, чем вызвала у девчонок за столом понимающие вздохи. Веселого было мало. День Почитания, по сути, являлся днем дани Татри. По крайней мере во многих уголках Соединенного королевства так и было. Пеклись пироги, варился безалкогольный грог, распевались песнопения. Люди молились, маги проходили через очищающие ритуалы.

Но в нашей академии, расположенной на острове Нок, в самом удаленном уголке мира, все было иначе. Здесь, у подножия горы Таартан, наполненной древними и молодыми драконами, этот день был посвящен самим ящерам.

— Я слышала, — Дункан наклонилась вперед и понизила голос. — Что даже сам глава драконоводцев прилетит сегодня.

— Венделл Филд? — ахнула Глэдис и мечтательно закатила глазки. На самом деле ее можно было считать хорошенькой, но приплюснутый к лицу нос портил всю картину. — Он же… Он же…

— Невероятный? — подсказала я, и щеки девушки