Страшно красивая в академии ветра (СИ) - Полли Нария

звучало нелепо и комично, а замечания Тони лишь добавляли специй в коктейль веселья. Живот болел уже не только от издевательств Венделла, но и от безудержного смеха. Признаться честно, я никогда не думала, что способна вот так просто отпустить контроль над своими эмоциями и быть… почти самой собой.

Крученая лестница далась нам уже не так просто. Под совместное сопение мы преодолели половину пути, мечтая побыстрее добраться до моей комнаты.

— Ну, тебя и заселили, — фыркнула Глэдис. — Отдельно жить, конечно, хорошо, но это же издевательство.

В чем я с подругой была согласна. Но в моем случае выбирать сильно не приходилось.

И вот оставался последний пролет. Мы почти достигли своей цели.

— Напомни в следующий раз потренироваться как следует, прежде чем идти к тебе, — отшутился Кемал, выдыхая рваную струю воздуха изо рта.

И тут же получил неожиданный ответ:

— Боюсь, я вынужден напомнить вам об этом уже сейчас. Потренируйтесь и приходите завтра.

Глава 61

Элис

Комендант стоял у моих дверей, нервно постукивая носком узких мужских туфель по деревянному полу, который натужно поскрипывал в такт его движений. Выглядел Нортинер Козл мрачнее обычного. Видимо, простоял он здесь приличное количество времени, отчего отчасти и растерял остатки сдержанности. Я могла понять его конфронтацию со мной, но чем коменданту не угодили мои друзья?

— Я что, тихо говорю? — пуще прежнего разозлился мужчина, хищно сощурив глаза, и дернул подбородком в сторону уходящих вниз ступеней.

Надо сказать, что выглядел он при этом довольно устрашающе. Но Тоня, Глэдис и Кемал держались стойко. Сразу убегать не стали и почти не показывали, что им страшно. А то, что бумажные пакеты тряслись в руках, так это ерунда. Ветер, наверное, шалит. А парню вообще нужно было отдать должное: он выступил вперед, пытаясь меня загородить своей узкой спиной.

Но я, вытянув в сторону руку, его остановила. Не хватало, чтобы у моих друзей после стычки с Козлом потом появились ненужные проблемы. С Нортинером надо дружить, он все-таки не последний человек в академии, многим помогает по необходимости. Мне просто изначально не повезло.

— Кемал, не стоит, — я с легкой улыбкой посмотрела на парня, чьи глаза сейчас напоминали грозовое небо, спрятавшееся за голубой челкой. — Идите.

— Точно?

— Ты уверена?

Друзья не унимались. Они за короткое время нашего общения уже успели понять, что я любительница влипнуть в беду.

— Тебе же ничего не угрожает? — решила тихо уточнить Глэдис. За что тут же поплатилась.

— Вы вообще думаете, о чем спрашиваете? — воскликнул мужчина и топнул ногой. Яростно так, с задоринкой. Пол вновь ответил ему протяжным скрипом. — У меня к леди Таккорт важный разговор, а вы своими глупыми вопросами нас задерживаете!

— Идите, — повторила я, вложив в свой голос всю возможную легкость, хотя на самом деле от нее не осталось и следа. Вряд ли Козл мог мне действительно навредить. Точно не физически. Но то, что он чего-то от меня хотел — не сулило ничего хорошего.

Друзья нехотя, но ушли. И я, вздохнув чуть свободнее, открыла дверь в свою комнату и вошла внутрь. Нортинер, не дожидаясь приглашения, переступил порог следом за мной, однако дальше не двинулся. Оглядел свои любимые хоромы, прислушался к удаляющимся шагам, дернул плечом, а затем отмахнул полу мантии и извлек из внутреннего кармана небольшой клочок бумаги.

— Уничтожь после прочтения, — скомандовал комендант, немного скривив лицо. И его можно было понять. Вряд ли Козлу понравилось быть мальчиком на побегушках. В его-то почтенном возрасте.

И все. Больше мужчина ничего говорить не стал. Резко развернулся, вышел в коридор и громко хлопнул дверью, словно ставя точку в нашем немногословном разговоре.

Я же задумчиво уставилась на записку, не спеша ее разворачивать. Будь на то моя воля, я бы и вовсе уничтожила злосчастный клочок, не читая его содержимого. Однако было то, что меня остановило.

Пальцы мягко проскользили по гладкой поверхности, и я на долю секунды забыла как дышать. Бумага была сделана из особой растительной смеси, которая придавала ей необычную прочность и эластичность. Тоньше обычного, но при этом ощущалась плотнее. Присмотревшись, я нервно хмыкнула, отметив, что лист не белый, а имеет легкий оттенок слоновой кости с едва заметными прожилками, похожими на тонкие нити.

Ко всему прочему, на бумаге не было ни единого магического водяного знака. В академии всегда использовали листы с фирменным оттиском, чтобы избежать подделок. Отсутствие этого знака говорило о том, что бумага была изготовлена не в академии, а где-то в другом месте. И я даже знала где.

Правда, легче от этого факта не становилось. Наоборот, сердце забилось в груди быстрее, а пульс ударил по вискам маленькими, но ощутимыми молоточками. Мне даже пришлось зажмуриться, прежде чем развернуть небольшую прямоугольную записку.

Текст был коротким и лаконичным, но это не мешало каждому слову отдаваться внутри ударами кнута.

«После захода солнца жду тебя в саду, в беседке. Без опозданий».

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.