Красные листья. Восточный альманах. Выпуск восьмой - Нгуен Динь Тхи

речь сорвалась.

Вещей птицы крыло Баал разломил,

Баал разломил орлиные крылья,

И вещая птица под пятою его распростерта.

Птиц внутренности разорвал и в них посмотрел Баал.

Жира в них нет, нет костей.

Голос свой возвышает он и возвещает:

«Баал да вернет им крылья!

Орлам пусть крылья вернет он!

Вещие птицы, летите!

Прочь отсюда, орлы!»

Харгаба видит он в этот миг Данель Единственный,

Харгаба видит он, отца орлов.

Единственный свой голос возвышает и возвещает:

«Харгаба крыло Баал разломает,

Баал разломает крыло вещей птицы,

Под моею пятой распростертою будет.

Птицы внутренности разорву и увижу тогда:

Если жир в них окажется, значит, окажутся кости.

Я тогда возрыдаю и совершу по нему погребальный обряд.

В пещеры подземных богов я его положу!»

Изо рта его слово выходит,

С губ его речь сорвалась.

Баал разломал крыло у Харгаба,

Вещей птицы крыло Баал разломил.

И Харгаб под пятою его распростерт.

Харгаба внутренности разорвал и в них посмотрел Баал.

Жира в них нет, нет костей.

Голос свой возвышает он и возвещает:

«Баал да вернет Харгабу крыло,

Харгабу пусть крылья вернет он!

Вещая птица, лети!

Прочь отсюда, Харгаб!»

И видит в этот миг Цемель Данель Единственный,

Он мать орлов — Цемель увидел в этот миг.

Единственный свой голос возвышает и возвещает:

«У Цемель Баал крыло разломает,

Баал разломает крыло вещей птицы,

Под моею пятой распростертою будет.

Птицы внутренности разорву и увижу тогда:

Если жир в них окажется, значит, окажутся кости.

Я тогда возрыдаю и совершу по нему погребальный обряд.

В пещеры подземных богов я его положу!»

Изо рта его слово выходит, С губ его речь сорвалась.

Баал разломал крыло у Цемель,

Вещей птицы крыло Баал разломил,

И Цемель под пятою его распростерта.

Внутренности Цемель разорвал и в них посмотрел Баал:

В них оказался жир, в них оказались кости.

Прах он Ахата нашел, и тогда возрыдал он, и совершил по нему погребальный обряд.

Прах его в урну сложил и в могиле он похоронил.

Единственный свой голос возвышает и возвещает:

«Крылья орлов Баал да отломит,

Баал да отломит крыло вещей птицы,

Если она пролетит над могилою сына,

Если во сне потревожит его!»

И царь проклинает тогда Город Вод:

«Горе тебе, Город Вод!

Ты в смерти князя Ахата повинен!

Пусть потомство твое не цветет,

Пусть с опущенною головой от гонителей будет скрываться.

Пусть спасется, но лишь как беглец в храме Эля, великого бога!

Пусть пребудет из рода в род навеки в нем беглецом, Город Вод!

С посохом так и пройди по судьбе своей ты!»

И Данель обращается к городу Меррт-Тагль-Бенр.

Потом Единственный свой голос возвышает и возвещает:

«Горе тебе, город Меррт-Тагль-Бенр!

Ты в смерти Ахата повинен.

Пусть потомство твое не цветет,

Пусть с опущенною головой от гонителей будет скрываться.

Пусть пребудут из рода в род навеки они беглецами!

С посохом так и пойдешь по судьбе своей ты».

И Данель обращается к городу Аблом,

Столице князя Ераха.

Единственный свой голос возвышает и возвещает:

«Горе тебе, город Аблом!

Ты в смерти Ахата повинен!

С этого часа навеки тебя Баал ослепит.

Из рода в род пусть потомство твое да не видит,

С посохом так и пройдешь по судьбе своей ты!»

Данель уходит в свой дом,

Направляется он во дворец свой, Данель.

И плакальщицы во дворце у Данеля,

И причитальщицы во дворце у Данеля,

Те, что камнем себе разрезают и щеки, и подбородки.

О князе Ахате плачут.

Рыдают о сыне Данеля, о человеке Рапа,

Плачут дни напролет, месяцы плачут они,

Месяцы плачут они, плачут они годами.

Слезы они проливают до года седьмого,

Плачут они по Ахату,

По сыну Данеля рыдают,

По человеку Рапа.

Год седьмой проходит, и восклицает Данель,

Единственный свой голос возвышает и возвещает:

«Уходите прочь, плакальщицы, из дворца моего

Уходите, причитальщицы, из дворца моего,

Те, что камнем разрезают и щеки, и подбородки!»

И он жертву приносит богам,

Небесам посвящает жертвоприношенье,

Жертву человека Харнама посвящает он звездам.

…И сказала тогда Пагат, что воды несет на плечах.

«Отец мой жертву принес богам,

И небу жертвоприношенье отправил,

Жертву звездам принес Данель, человек Харнама.

Так благослови же меня, да отправлюсь я благословленной,

Ты наставь меня, чтобы слушалась я наставленья.

Я убийцу брата убью,

Истреблю я того, кто родного мне, кровного мне истребил».

И Данель отвечает ей, человек Рапа:

«О Пагат, ты, что воды несешь на плечах,

И ячмень ты росой окропляешь,

Знаешь звезд ты движенье.

Ты убийцу брата убьешь,

Истребишь ты того, кто родного тебе истребил».

И Пагат совершила тогда омовенье,

Притираньями натерлась Пагат,

Из пучины добытыми,

Тем, что в море от кита остается,

И одежду одела она боевую.

И когда погасают огни Богов, Шипиша — Бога Солнца огни,

Пагат отправляется к вражеским палаткам.

К Итпану посланье пришло:

«Наша врагиня пришла во владенья твои…»

ИЗ ЦИКЛА МИФОВ О БОГЕ БААЛЕ, БОГИНЕ АНАТ И БОГЕ МОТЕ

[ПОСЛАНИЕ ВЕЛИКОГО ЭЛЯ БОГИНЕ АНАТ]

…Он возвышает свой голос, и он возвещает:

Послание от Бога-Быка, от отца твоего,

Слово милостивого, что тебя породил:

«В стране я войны не желаю!

На земле любовью сойди,

Низлейся ты миром посередине земли,

Посередине полей любовь преумножь!

Прочь свой меч убери,

Оружие спрячь свое!

Ко мне пусть ноги твои поспешат,

Пусть стопы твои поспешат среди гор!»

…«Ты должна лицо свое обратить

К Кусар-ва-Хасису посреди Хикуптаха,

Каптор — престол, где он правит,

Хикуптах — страна в его власти.

Тысячью полей ты пройдешь,

Десять тысяч