Что натворил Бог. Трансформация Америки, 1815-1848 гг. - Daniel Walker Howe

конституционным. Съезд был бы уполномочен объявить неконституционный закон недействительным на территории штата; отсюда и термин "нуллификация". Съезд штата также может выступить с призывом к национальному съезду, который соберется и прояснит вопрос, предложив, при необходимости, поправки к Конституции. Конституция предусматривает проведение дополнительных конституционных конвентов (ни один из них так и не был проведен), но только в том случае, если об этом попросят две трети штатов, а не один. Таким образом, план Кэлхуна требовал сотрудничества нескольких штатов.

Вся схема Кэлхуна основывалась на предположении, что суверенитет принадлежит жителям отдельных штатов, а не национальному народу. Логическая сила его аргументов заключалась в том, что первоначально Конституцию США ратифицировали съезды штатов. Кэлхун считал, что

75. Обе версии "Экспозиции" напечатаны в сборнике "Бумаги Джона К. Кэлхуна", изд. Clyde Wilson and Edwin Hemphill (Columbia, S.C., 1977), X, 442-534.

Окончательные полномочия по толкованию Конституции должны принадлежать тем же партиям, которые ее приняли. Суверенитет этих сторон был неделим и не мог быть разделен. Федеральное правительство могло выполнять функции суверенитета, но только в качестве агента штатов. Когда федеральная власть злоупотребляла своим доверием, штат мог "вмешаться" в суверенитет и арестовать исполнение закона-нарушителя. Что произойдет, если в конце концов в Конституцию будут внесены поправки, наделяющие федеральное правительство теми полномочиями, которые оспаривал пострадавший штат? По логике позиции Кэлхуна, штат все равно имел бы право на отделение. Однако здесь Кэлхун сдержался, проявив остатки былого национализма и, возможно, не желая потакать радикалам так далеко. Он пришел к выводу, что после окончательного решения конституционного вопроса любое дальнейшее сопротивление штата будет представлять собой "восстание".76 Нуллификация была для Кэлхуна средством сделать отделение ненужным, чтобы позволить плантаторам сохранить свои интересы без него.

В целом экспозиция Южной Каролины представляет собой впечатляющий аргумент в пользу невыполнимого предложения. (В Америке, где преобладает нуллификация, могли бы существовать десятки федеральных законов, действие которых было бы приостановлено в различных штатах, пока каждый из них ожидал бы разрешения на бесконечной череде конституционных конвенций.) Кэлхун и большинство законодателей Каролины в то время надеялись, что избрание Джексона обеспечит пересмотр тарифа в сторону понижения, поэтому экспозиция завершается призывом подождать и посмотреть. Вице-президент не стал публично раскрывать свое авторство, чувствуя, что это наверняка оскорбит Джексона. Законодательное собрание Южной Каролины еще не было готово одобрить "Экспозицию", но вместо этого выпустило краткий официальный "Протест" против тарифа, возможно, также составленный Кэлхуном, в котором утверждалось о неконституционности защитного тарифа, но не описывались планы нуллификации. Пять тысяч экземпляров "Экспозиции" были напечатаны для распространения в надежде привлечь новообращенных в других странах Юга. Если книга окажется достаточно популярной, Кэлхун сможет заявить о своем авторстве и использовать ее для президентской кампании в будущем на платформе прав штатов. Тем временем выставка продолжала настаивать на тарифной реформе. В январе 1830 года доктрина суверенитета была защищена Хейном и атакована Уэбстером.

К лету 1831 года Кэлхун с неохотой пришел к выводу, что пришло время обнародовать свои взгляды, даже если это рисковало его долгосрочными президентскими надеждами. Он хотел пресечь разговоры о сецессии, и ему, конечно, больше нечего было терять, разозлив Джексона. На сайте

76. Там же, 528-29.

26 июля он опубликовал в газете Южной Каролины так называемое "Обращение Форт-Хилла" (по названию своей плантации под Клемсоном), красноречивую защиту суверенитета и прав штатов. В нем он отверг федеральную судебную власть как арбитра Конституции, чего не сделал в "Экспозиции". Осознавая, что перед ним общенациональная аудитория, он на этот раз меньше говорил о вреде защитного тарифа. Он подчеркнул, что не выступает против индустриализации и технологического прогресса, а приветствует их не только по экономическим причинам, но и "как закладывающие прочный фундамент для улучшения состояния общества в моральном и политическом плане". Вполне вероятно, что это свидетельствует о желании Кэлхуна защитить свое положение в американской общественности, которая поддерживала модернизацию, но, конечно, его националистическое прошлое оправдывало это утверждение. Если его беспокоило, что улучшение коммуникации повышает вероятность появления консолидированного национального большинства, готового навязать свою волю, он не высказывал этого опасения открыто. Но очевидно, что Кэлхун больше не верил, как это утверждал Джеймс Мэдисон в "Федералисте", что размер Соединенных Штатов защитит их от тирании. Теперь Кэлхун писал как политический теоретик, предлагая права штатов как средство защиты от "неограниченной и деспотичной" власти национального большинства. Он одобрял концепцию нуллификации, но избегал употреблять это слово77.

Кэлхун заслужил репутацию блестящего политического логика. Его трагедия, как и трагедия Америки, заключалась в том, что он направил свои таланты на то, чтобы обездвижить федеральное правительство в угоду рабовладельческой экономике. Но он не мог поступить иначе и сохранить свою политическую базу в родном штате. Как оказалось, осторожные рассуждения Кэлхуна меньше способствовали энтузиазму в отношении прав штатов в Южной Каролине, чем новости о восстании Ната Тернера, пришедшие несколькими днями позже. Губернатор Вирджинии Флойд написал губернатору Южной Каролины письмо, в котором предупредил его о широкомасштабном заговоре рабов, возглавляемом грамотными неграми, которые находили антирабовладельческие принципы в Библии и проповедовали, что "Бог не уважает людей; что черный человек так же хорош, как и белый; что все люди рождаются свободными и равными". Это письмо разожгло пламя истерической реакции в белой Южной Каролине. Хозяин плантации Форт-Хилл разделял вновь вспыхнувшую решимость утвердить власть правящей расы. Один из его домашних рабов, по имени Алек, выбрал это тревожное время для побега; его поймали в пятидесяти милях от дома. Кэлхун написал распоряжение о том, чтобы его неделю продержали в местной тюрьме на хлебе и воде, а затем подвергли "30 ударам плетью, хорошо приложенным в конце

77. Кэлхун - Фредерику У. Симсу, 26 июля 1831 г., там же, XI, 413-40, цитаты из 436, 438.

время". Такое наказание, объяснил он, было "необходимо для нашей надлежащей безопасности". Вероятно, Кэлхуну не пришло в голову, что этот приказ иллюстрирует проблему "неограниченной и деспотичной" власти еще более наглядно, чем его аргументы в обращении к Форт-Хиллу78.

Как в "Экспозиции", так и в "Обращении к Форт-Хиллу" Кэлхун ссылался на авторитет "Резолюции Кентукки" Джефферсона и "Резолюции Вирджинии" Мэдисона, утверждая, что штаты могут вмешиваться в свой суверенитет и аннулировать неконституционное федеральное законодательство. Джефферсон был мертв, но Мэдисон еще жил. Отец Конституции", последний оставшийся в живых член Филадельфийского съезда 1787 года, уже давно принял новый республиканский национализм, и когда была опубликована "Экспозиция Южной Каролины", Мэдисон отрекся от нее, настаивая на том, что Виргинские резолюции не имели в виду ничего подобного. Мэдисон утверждал, что Конституция фактически создала систему разделенного суверенитета, что бы ни говорили философы о неделимости суверенитета, и что ни один отдельный штат не