Что натворил Бог. Трансформация Америки, 1815-1848 гг. - Daniel Walker Howe

ввозились совершенно беспошлинно, чего вряд ли можно было бы ожидать, если бы тариф действительно служил только для получения прибыли. Кэлхун подписал соглашение, хотя ранее жители Южной Каролины утверждали, что для получения дохода достаточно тарифа в 12,5 %. Вместо билля Верпланка нуллификаторы получили компромиссную меру Адамса за вычетом самой важной уступки, плюс обещания, которые, однако, будущий Конгресс мог отменить. Клей заключил удачную сделку, обеспечив (как он объяснил в частном порядке) "номинальный триумф" Кэлхуну, "в то время как все существенные преимущества были обеспечены Штатам, применяющим тарифы "96.

В один и тот же день, 1 марта, Конгресс принял и законопроект Джексона о силе, и компромиссный тариф Клея 1833 года. Вместе они разрешили кризис нуллификации. Джексон и Клей были сильными националистами, но они демонстрировали совершенно разные стили политического лидерства. Заслуженная репутация Джексона как человека, склонного к насилию и часто вызывающего смущение, в данном случае послужила национальным интересам в сочетании с его ответственными действиями. Непревзойденные навыки Генри Клея как переговорщика в итоге оказались не менее ценными. Вместе эти два лидера представили нуллификаторам "оливковую ветвь и меч" (или, менее элегантно, "пряник и кнут"). Значительная часть северо-восточных конгрессменов во главе с Дэниелом Уэбстером проголосовала против компромиссного тарифа на том основании, что одного лишь билля Форса было достаточно и что Южная Каролина не была в достаточно сильной позиции на переговорах, чтобы заслужить даже символическое вознаграждение за свое поведение. В Колумбии Конвенция по нуллификации вновь собралась 11 марта, объявила о своей победе, отменила нуллификацию федеральных тарифных пошлин, а затем, в качестве последнего жеста неповиновения, признала недействительным (теперь уже недействительный) закон Форса97.

96. Генри Клей - Николасу Биддлу, 10 апреля 1833 г., Papers of Henry Clay, ed. Robert Seager II (Lexington, Ky., 1984), VIII, 637. Моя интерпретация компромисса следует за интерпретацией Рэтклиффа, "Кризис нуллификации".

97. См. Merrill Peterson, Olive Branch and Sword: The Compromise of 1833 (Baton Rouge, 1982).

Клей также провел через Конгресс 1 марта еще одну меру - Билль о распределении. Этот законопроект, ранний пример разделения доходов, "распределял" федеральные доходы между штатами на внутренние улучшения, образование и колонизацию Африки, причем деньги должны были поступать от продажи государственных земель. Билль о распределении должен был ввести в действие большую часть Американской системы, а также косвенно предотвратить снижение тарифа ниже 20 %, поскольку без доходов от продажи земли федеральному правительству потребовались бы доходы от тарифа. Был ли Билль о распределении неотъемлемой частью компромиссного урегулирования, зависит от того, кого спрашивать. Клей считал его таковым, как меру, помогающую примирить северян с будущим снижением тарифов. Джексон решил, что это не так, и наложил на него карманное вето. Ранее в период своего президентства он выступал за распределение, но это было до того, как план получил клеймо Клея. Ранее Джексон поддерживал дистрибуцию, примиряя свою симпатию к фермерам, нуждающимся во внутренних улучшениях, со строгим толкованием Конституции. Однако теперь подписание законопроекта о распределении означало бы признание того, что Клей заслуживает благодарности за всеобъемлющее разрешение кризиса, связанного с нуллификацией. Это было слишком тяжело, поэтому Старый Гикори выбрал другой способ угодить Западу: продать государственные земли поселенцам как можно дешевле. Его новая позиция объединила его с Бентоном, который был таким верным сторонником администрации. Кэлхун был яростным противником Билля о распределении; благодаря наложенному на него вето он вышел из соглашения с несколько более выгодной сделкой. Внутренние улучшения будут оставлены частному сектору и незапланированным, специальным субсидиям; дело африканской колонизации, упустив свою лучшую возможность финансирования, заглохнет.98

Объективно, с точки зрения национальной политики, нуллификаторы проиграли. Другие южные штаты не встали на их сторону. И законодательная, и исполнительная ветви федерального правительства продемонстрировали свою решимость подавить нуллификацию. А тариф, который был принят в результате всего этого, существенно снизит тарифы только через девять лет. Фермеры-янки выражали свое мнение о том, что нуллификация - это всего лишь блеф, называя свои пугала "калхунами".99 Но в Южной Каролине все было совсем по-другому. Там союз между Кэлхуном и радикалами стал постоянным. Не раскаявшись, нуллификаторы укрепили свой контроль над политикой штата и отныне обеспечивали своему великому представителю неоспоримую местную власть. Больше всего от кризиса проиграли юнионисты Южной Каролины; начиная с 1834 года, они были практически лишены возможности

98. См. John Larson, Internal Improvement (Chapel Hill, 2001), 187-193; John Van Atta, "Western Lands and the Political Economy of Henry Clay's American System," JER 21 (Winter 2001): 633-65.

99. Петерсон, Оливковая ветвь и меч, 55.

Отныне аристократические борцы за права штата Южная Каролина играли в одиночку, делая высокие ставки в национальной политике, время от времени вступая в союз с Демократической партией, чтобы затем покинуть ее, иногда обхаживая союзников из числа вигов, а чаще пытаясь сплотить Юг как часть страны, чтобы принять свою собственную экстремистскую программу. Президент признавал, что нуллификаторы не уничтожены, и в частном порядке предупреждал, что они снова наделают бед. В следующий раз, предсказывал он, они возьмутся за "вопрос о неграх или рабстве".101 Но никогда больше теория нуллификации Кэлхуна не воспринималась достаточно серьезно, чтобы быть опробованной. Вместо этого доктрина сецессии, которую Кэлхун надеялся предотвратить, продолжала жить, теперь уже поддерживаемая ярыми защитниками рабства сильнее, чем когда-либо.

После кризиса Джексон пережил короткий период межпартийной популярности, поскольку республиканцы признали его преданность Союзу. Уэбстер, в частности, потянулся к своему соратнику-националисту. Во время своей второй инаугурации 4 марта 1833 года президент наставлял американцев в необходимости Союза для их торговли, коммуникаций, процветания и мира.

Вас мудро напутствовали "приучить себя думать и говорить о Союзе как о палладиуме вашей политической безопасности и процветания" [ссылка на Прощальную речь Вашингтона]. Без союза наша независимость и свобода никогда бы не были достигнуты; без союза их невозможно сохранить. Разделившись на двадцать четыре или еще меньшее число отдельных общин, мы увидим, как наша внутренняя торговля будет обременена бесчисленными ограничениями и поборами; сообщение между отдаленными пунктами и участками будет затруднено или прервано; наши сыновья станут солдатами, чтобы заливать кровью поля, которые они сейчас обрабатывают с миром..... Потеря свободы, всего хорошего правительства, мира, изобилия и счастья неизбежно должна последовать за распадом Союза.102

Тем летом Джексон совершил турне по Новой Англии, где его встретили овациями, выступил с патриотической речью на Банкер-Хилле и получил почетную степень доктора права в Гарварде (несмотря на возражения Джона Куинси Адамса, члена Совета попечителей). История о том, что его попросили произнести речь на церемонии вручения дипломов на латыни и он ответил: "E pluribus unum, друзья мои, sine qua non!", является апокрифической.103

100. Эллис, Союз в опасности, 180.

101.