Мировой разум - Евгений Елизаров

Впрочем, препятствие заключено не только в нашей слабости.

В потоке чисто физического времени, которое является единственной реальностью человека, собственное начало Верховного разума, как и начало того материального мира, что порождает Его и в то же время порождается Им самим, оказывается вечным.

Точно так же оказывается вечным и Его завершение, равно как и все промежуточные состояния Его биографии. Любая точка Его бытия оказывается распростертой по всей временной шкале чисто материальной истории. Между тем, материальный мир не только един, но и единствен. А значит, и полная история этого мира, в свою очередь, единственна. Но если любой момент бытия Метасубъекта оказывается распростертым по всей временной шкале, то получается, что разум, вырвавшийся за пределы временного потока в область каких-то иных измерений, в старых границах пространственно-временного континуума оказывается обреченным на абсолютную неподвижность (любое движение оказывается возможным только за ними).

Иначе говоря, не только человеку не дано проникнуть в миры тех размерностей, которые ограничивают поток бытия Мирового разума, - Он сам, как кажется, оказывается недееспособным в мире нашей реальности. Его обреченное на неподвижность существование с точки зрения привычных нашему сознанию представлений ассоциируется разве только с абсолютным небытием. (Так человеческое сознание оказывается решительно недееспособным в мире каких-то внутриклеточных процессов; в пределах этой "физиологической"сферы оно оказывается попросту не существующим.)

Но спрашивается: почему время должно иметь всего одно измерение?

Изначально незыблемая, евклидовая трехмерность пространства материального мира давно уже поколеблена. Математика, физика, да и философия легко оперируют не только четырех-, но и вообще n-мерным пространством. А что же со временем?

Преодоление качественного барьера в развитии вовсе не обязано означать собой того, что субъект Верховного разума, прорываясь в мир иных измерений, должен навсегда прощаться с метрикой временного континуума. Напротив, - это надвременные константы бытия обязаны сохранять в себе все физические атрибуты предшествовавшего состояния. Но, как и всякая более совершенная форма, они обязаны сохранять их в снятом, или, говоря простым языком, в определенной степени деформированном виде.

Постоянное же сохранение в постоянно снятом виде означает собой непрерывное изменение всего временного континуума при его движении в надвременном потоке.

Это, может быть, излишне сложное вербальное построение легко иллюстрируется наглядным графиком.

Вообразим себе, что горизонтальная ось графика представляет собой уходящую в бесконечность стрелу физического времени, протекающего в окружающем нас мире. Отсюда каждая точка (a, b c, d, e, f ...), из полной совокупности которых и складывается горизонтальная ось, представляет собой графический аналог какого-то дискретного события, своеобразный атом единой цепи причинно-следственных связей. Поэтому все те события, которые укладываются на горизонталь, на нашем графике разновременны. Одновременным может быть только то, что проецируется в одну и ту же точку этой оси. При этом под цепью причинно-следственных связей здесь понимается не ограниченная последовательность качественных метаморфоз какого-то одного исходного начала, параллельно которым протекает история превращений какого-то другого, третьего и так далее.

Здесь подразумевается полная совокупность качественных пробразований, формирующих структуру всей материальной истории всей объективной реальности в целом.

А теперь попытаемся представить себе стрелу надвременного потока, которая, опираясь в своем основании на всю протяженность материальной истории всей объективной реальности в целом, устремляется, как показано на графике, вверх.

Здесь, на вертикальной оси, символизирующей собой структуру надвременного потока, вся цепь последовательных качественных превращений некоторого исходного состояния нашей Вселенной (A-B-C-D-E-F...) реализуется в один и тот же момент метавременной координаты. Именно это и отражено на графике тем обстоятельством, что вся цепь проецируется в одну и ту же точку вертикали.

Эта упрощенная схема позволяет рассматривать надвременной поток как вторую координату времени. Или, если говорить более строго, как время второго порядка, своего рода Время самого времени. Иначе говоря, как до поры скрытый от нашего глаза поток изменений всего того, что его наполняет (или, скорее, формирует).

Что это может означать для человека? Ни много, ни мало, как постоянное изменение его собственной биографии. Каждый данный момент этого времени второго порядка вмещает в себя полную историю не только самого человека, но и всей окружающей его природы - но каждый новый обязан вмещать в себя уже какую-то новую, столь же полную историю всего материального мира. При этом каждая из этих всеобщих историй природы, целиком вмещающихся в дискретный квант надвременного потока, будет отлична от всех других, и степень отличий должна быть прямо производна от той дистанции, которая отмеряется на второй координате времени.

Все это на первый взгляд кажется чрезмерно сложным, однако никаких "запредельных" абстракций на самом деле здесь нет. В сущности все то, о чем мы говорим здесь, доступно практически любому, ибо любой из нас ежедневно на практике проделывает то, что составляет предмет теоретического нашего рассмотрения в данном пункте анализа.

Выше ( 4) мы говорили о том, что в сознании человека, все пространственно-временные связи заменяются отношениями логическими. Это обстоятельство дает ему возможность в каждый данный момент без остатка вмещать в себя не только насчитывающую тысячелетия человеческую историю, но и миллиарды лет истории естественно-природной. Настоящий момент сознания способен растворить в себе как все прошлое, так и все обозримое человеком будущее. Именно благодаря этой трансмутации пространственно-временного континуума в континуум логический человеческое сознание получает возможность произвольно перекраивать в самом себе всю историю как самого человечества, так и всей материальной действительности. К слову сказать, именно так и создаются обобщающие исторические концепции, равно как и концепции развития природы. Ламарк и Дарвин, Гегель и Маркс обязаны своими открытиями именно этой эквивалентности всего пространственно-временного (причинно-следственного) и логического. Что же касается Маркса, так он даже возводил соответствие исторического (временного) и логического едва ли не в ранг одного из основополагающих гносеологических принципов.

Воображение художника или фантаста, создающего какие-то новые миры, имеет в своей основе все эту же особенность.

А теперь на минуту представим себе, что все порождения нашего сознания получают самостоятельное (quasi-субстанциональное) существование, - и тогда любое движение нашей мысли станет чем-то вроде Логоса для всего создаваемого нами мира, чем-то вроде Божественного слова, создающего и перестраиваюшего всю эту вселенную.

(Попутно заметим, что химеры, порождаемые нашим вымыслом, могут и не подозревать о существовании того, кто их создал: так ни лилипуты, ни Гулливер - инобытие самого автора в их диковинном мире - не имеют ни малейшего представления о породившем их Свифте...)

Возвращаясь к основной теме заметим: Мировой разум должен представлять для нас в точности то же, что преставляет собой человеческое сознание по отношению к порождаемым им сущностям. Его деятельность должна обнимать собой всю историю природы, и, как каждое новое озарение художника способно изменить контуры всего порождаемого им сюжета, каждое движение Метаразума должно вести к преобразованию не только нашего настящего, но и всего нашего прошлого.

Но вместе с тем важно понять, что, как воля человека не в состоянии изменить течение внутриклеточных процессов, движение Мирового разума не в состоянии вершить произвол "внутри" земной истории. Ведь вся она сводится в точку Его бытия, а следовательно, едва ли проницаема для него. В пределах же этой точки полноправным субъектом остается единственно человек; только его руками, только его гением может создаваться что-либо. Поэтому любое движение Мирового разума может проявиться только в каком-то абсолютно трансцендентном измерении, которое, образно говоря, лежит между смежными точками временной вертикали, только между "смежными"

реальностями.

Несколько упрощенно это можно представить в виде какого-то бесконечного ряда вполне законченных историй человеческого рода и даже всего материального мира в целом, каждая из которых должна отличаться от всех других:

A-B-C-D-E-F...;

A1-B1-C1-D1-E1-F1...;

A2-B2-C2-D2-E2-F2...;

A3-B3-C3-D3-E3-F3...;

и так далее.

При этом каждая из них будет представлять собой что-то совершенно трансцендентное по отношению ко всем другим, совершенно непроницаемое для других начало.