Горничная немого дома - Ольга Сурмина

клонил к земле промозглую траву, гудел в трубах, носил по улицам листья, которых становилось все больше. Зима приближалась.

Управляющая подозрительно поглядывала на девушку, что в очередной раз провалилась в себя:

- Соболезную.

- Не стоит. — Служанка ухмыльнулась, проглатывая ком в горле.

- Стоит. Это огромная трагедия. Я... тебя понимаю, хотя и осуждаю. На твоем месте, скорее всего, я поступила бы так же.

- Вы бы не оказались на моем месте. Я — полная дура. Даже представить страшно, что сейчас происходит в моей голове. Страшно, стыдно. Омерзительно.

- Девочка... - Ран печально вздохнула, положив той руку на плечо. — Потерять семью — самое страшное, что может произойти. Остаться одной, совсем одной.

Но... так ли ты одинока, скажи? Мне казалось, в поместье... ты подружилась с другими девчонками. Нашла книги по душе... даже вскрыла пару хозяйских тайн. —Женщина сконфузилась, отведя глаза. — Может, не так уж и плохо, что придется вернуться? Ты, наверно... в какой-то степени винишь нашего шефа в гибели твоего брата, но, если подумать.

- Абсурд. Он ничего мне не должен.

- Но я же вижу. — Управляющая вновь вздохнула, глядя за окно. — Хоть и не самый хороший человек, он... не желал тебе зла. Вам обоим не желал зла. Просто поступил так, как считал правильным.

Увидев сквозь стекло знакомый силуэт, она осеклась. Под широким, черным зонтом шел мужчина, чье лицо не отражало никаких эмоций. Совершенно, будто было вырезано из камня и не предполагало каких-либо движений. Подойдя ближе, он встряхнулся, открыл дверь, и быстро сел за руль, не говоря ни слова. Приоткрыв окно, Рик откорректировал зеркало, и завел двигатель автомобиля. Их ждал довольно долгий путь, а сейчас Ноне казалось, что бесконечной. Хотелось впасть в анабиоз. Закрыть глаза и не проснуться. Впервые, за всю свою жизнь, не смотря на философию справедливости и пацифизма ей хотелось умереть.

Вдоль дорог шли случайные прохожие, коим не повезло в дождь оказаться на улице. Серые облака нависали над городом, создавая иллюзию черно-белого, немого кино: люди перемещались, как в старой комедии, кто-то прикрывал голову свежей газетой, а кто-то стоял, надеясь, что наполовину облысевшее дерево скроет его от воды. Каждый раз, когда Сальровел моргала, казалось, проходило по несколько минут. Пейзажи медленно менялись, сперва на окологородские, а потом и совсем на загородные.

Буря усиливалась. Порывы ветра превращали капли в маленькие снаряды, их удары становились болезненны и громки. Сквозь приоткрытое окно автомобиля их отлично слышно, но то было намного лучше, чем тишина. Пустая, бессмысленная тишина.

Когда колеса повернули в знакомую сторону, сердце служанки вновь защемило.

Теперь она снова служанка. Или нет? Как, после того, что она сделала, будет выглядеть ее жизнь? И как после этого она будет жить вообще?.. Возможно, ее направят на черную работу, которую даже Ал или садовник делали с неохотой. Или же сделают рабыней хозяина... вариантов, как ни странно, было немного, но все они казались омерзительными и тяжелыми. Привычной жизни не будет больше никогда. Попробовать построить себя заново? На то не было ни сил, не желания. В ушах звенело, словно девушка не спала несколько суток, а в глазах рябили частые синие пятна.

Когда впереди показались те самые ворота она вздрогнула. Вот и все, стремительное начало новой жизни. Если бы могла — «синяя» служанка провалилась бы в глубь своего сознания и осталась бы там, но нет. Можно было попробовать абстрагироваться. Упасть.

 

 

36. Отчаяние плохого человека

 

Заглушив двигатель, Холгарт вылез из машины, и тут же раскрыл зонт. Ран, что вышла следом, попыталась ему что-то сказать, но тот отмахнулся, указывая ей на дом. Управляющая тяжело вздохнула, и, более, не задерживаясь, побежала к дому, прикрываясь руками от сильных осадков. Мужчина остался на месте, наблюдая, как медленно и неловко вылезает из салона горничная. С мертвенно бледным лицом, и таким же бессмысленным, убитым взглядом. Дождь тут же обрушился ей на плечи, голову, усталую, слегка сутулую спину. Окинув ее взглядом, хозяин подошел ближе, накрывая нарушительницу куполом зонта:

- Ключ. Мне нужен ключ, которым ты дразнила Алека в ту ночь. — Его голос звучал холодно и бесстрастно.

- Да. Конечно. — «Синяя», опустив голову, стала рыться в кармане. Два ключа, один из которых видел ее бывший напарник - конюх. Пытаясь понять, какой из них «тот», она сунула туда и вторую руку, напряженно стискивая зубы.

- Ну?

- Держите. — Сальровел протянула ему плоский, слегка проржавевший кусочек железа. Рик взял его, и, нахмуриваясь, прошипел:

- Где ты это взяла? Откуда он у тебя?

- Нашла на улице.

— На заднем дворе.

Спокойно и тихо проговорила она, глядя работодателю в глаза.

- Ложь.

- Нет, не ложь. Еще давно, когда гуляла там ночью. На рассвете светло, а я люблю прохаживаться, глядя под ноги. Его практически втоптали в землю, но поблескивал край.

- Детская попытка оправдаться. — Мужчина наклонял голову, и темные пряди волос заслоняли лицо, образуя на нем темную тень. Интонации в голосе становились все резче и тяжелее, он звучал ядовито, будто бы даже слегка посмеиваясь. Или горничной просто так казалось, из-за ветра. — Посмотрим, насколько это так.

- Как пожелаете.

- Иди в дом.

Медленно кивнув, она прошла мимо напряженного работодателя, вновь попадая под ледяной осенний дождь. Однако, холода сейчас не испытывала. Ни волнения, ни страха. В бесчисленных окнах поместья узнавались ее коллеги, удивленно, даже, можно сказать, шокировано наблюдавшие за происходящим на улице. Их мысли теперь не волновали, совсем.

Руки все еще дрожали. Закусив губу, «синяя» дотронулась до ручки двери и медленно вошла внутрь. Наверное, стоило подняться к Ран, которая ждет. Почему-то, казалось, что она ждет. Или не казалось, ведь нужны дальнейшие указания. Так или иначе, в своем рвении она переступила закон. И сейчас это нужно было улаживать, даже если против ее прямой воли. Другого выбора не оставалось.

Управляющая ждала горничную, пока та безропотно опускала глаза, поднимаясь наверх. Действительно ждала, с некоторым опасением глядя на нее. Несмотря на понимание ситуации, женщина теперь не знала, чего можно ожидать от разгневанной Сальровел. Чего можно ожидать от той, кому теперь больше нечего терять.

- Надеюсь, ты выспалась в больнице. — Мягко проговорила Ран, склоняя голову. —Хозяин должен был забрать твои рецепты, таблетки будешь принимать по расписанию. - А сейчас... иди в библиотеку. Там не плохо было бы протереть пыль, полок много, и копиться она там быстро.