Театр. Том 2 - Пьер Корнель

(О возрасте молчу!), и больше остальных

Блаженства называть тебя супругой стою,

Тем паче что была отомщена ты мною.

Аристия.

Трус, что при имени соперника дрожал,

Ты в своего вождя сперва вонзил кинжал,

А ныне женщинам бросаешь вызов дерзкий,

Бесстыдно чванишься пред ними страстью мерзкой

И, взяв царицу в плен, считаешь, что она

Тебе, преступнику, наградой быть должна!

Но боги не дадут торжествовать злодею.

Страшись их молнии, страшись меча Помпея,

Припомни, что меня он любит до сих пор,

Знай, что произнесен твой смертный приговор

И ты себе уже не вымолишь пощады.

Дрожи! Теперь тебе недолго ждать награды.

Перпенна.

Да, я погиб, коль впрямь в тебя Помпей влюблен,

Но страстью, может быть, не столь уж полон он.

К тому ж, узнав, что я командую войсками,

Привыкшими стяжать победу над врагами,

Скорее он пойдет на мир, который сам

Недавно предлагал с такой охотой нам;

А то, что у меня заложницей ты стала,

Переговоры с ним мне облегчит немало.

Итак, не задевай, коль хочешь жизнь сберечь,

Того, кто не с тобой ведет, гордячка, речь.

Твоих угроз пустых Перпенна не боится.

Не от тебя я жду ответа — от царицы.

Так за любовь меня и не дерзай честить,

А думай, как себе супруга возвратить.

Вириата.

Он, Аристия, прав: ответ за мной бесспорно.

Молчание хранить мне долее зазорно.

Перпенна подвигом, что для меня свершил,

Признательность мою достойно заслужил,

И выразить ее, конечно, поспешу я.

Услугу оказал он мне весьма большую,

Но сам не ведает, сколь велика она.

Был другом для него Серторий издавна.

(Перпенне.)

Узнай же, вождь (тебе права на это званье

Дает свершенное тобою днесь деянье,

И мне тем легче так тебя именовать,

Что вскоре титул свой утратишь ты опять),

Узнай, что для тебя на все герой решился;

Что гнева моего — и то не устрашился;

Что, полюбив меня и мною сам любим,

Настаивал, чтоб ты супругом стал моим;

Что выйти за тебя велел бы мне сурово,

Когда бы не вернул ему назад ты слово;

Что только он тебя мешал мне оттолкнуть.

Аристия.

И ты посмел ему пронзить кинжалом грудь!

И длань твоя…

Вириата.

Оставь! Безмерность преступленья

Безмерности любви прямое подтвержденье.

На мирном пиршестве убить в дому своем

Того, кто друг тебе и в малом и в большом,

Того, кто наставлял тебя в науке ратной,

Того, чей ты должник вовеки неоплатный;

Забыть про долг и честь, поставить навсегда

Себе на лоб клеймо позора и стыда;

Прослыть насильником; не постесняться даже

Ворваться во дворец и взять меня под стражу —

Всем этим доказал вздыхатель мой вполне,

Что чувство пылкое питает он ко мне

И что не сделался б, как ныне стало ясно,

Таким преступником, не будь влюблен так страстно,

И я, чтоб выразить признательность свою,

В брак не вступать со мной совет ему даю,

Не то на ложе он взведет врага, который

Возможность отомстить найти сумеет скоро:

Ведь за Перпенну я пойду лишь для того,

Чтоб случай улучить клинком пронзить его.

Вот как тебе, герой, я благодарна буду!

Но раз в твоих руках я нахожусь покуда,

А ты — владыка тут, дай пленнице приказ

И, коль посмеешь, стань ей мужем хоть сейчас.

Перпенна.

Посмею ль я? Поверь, угроз боюсь я мало.

Мои злодейства зря ты здесь перечисляла.

Я лучше знаю всю преступность дел своих

И цену, что пришлось мне заплатить за них:

Немыслимо свершить предательство такое

И не лишить себя душевного покоя.

Я совесть растоптал, бесчестье — мой удел,

Но я не упущу того, чего хотел.

Молчи! И без тебя свои грехи я помню.

Наградою за них ты станешь все равно мне,

И даже если жить с тобой нам лишь два дня,

Супругом назовешь ты завтра же меня.

Заране знаю я, что ты мой враг заклятый,

Но ко всему готов и не боюсь расплаты.

Своим триумфом…

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Те же и Ауфидий.

Ауфидий.

Вождь, Помпей со свитой здесь.

Чернь и войска на бунт подвигла эта весть.

Пред именем его открылись все ворота.

Друзей у нас лишь горсть, а недругам нет счета.

Антоний с Манлием растерзаны толпой,

И каждый норовит их трупы пнуть ногой.

Твоих приверженцев народ повсюду ловит.

Помпей жестокую расправу им готовит.

Я входы защищал, но тут нагрянул он,

И был мне им удар смертельный нанесен.

Противостать ему ни у кого нет силы.

Подумай о себе, а мой удел — могила.

Аристия.

Когда ж, ускоренный прибытием его,

Придет, Перпенна, миг триумфа твоего?

Вдруг то, что у тебя заложницей я стала,

Переговорам с ним поможет слишком мало?

Перпенна.

Чрезмерно ты добра, так за меня дрожа.

Найду я, чем его задобрить, госпожа.

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Те же, Помпей и Цельс.

Перпенна.

Вождь! Знай, что сделал я для твоего успеха.

Я устранил того, кто миру был помеха,

Соперничал с тобой, куда б ты ни ступил,

И у тебя едва супругу не отбил.

Я Аристию вновь тебе вручаю ныне,

Чтоб не гнело тебя ревнивое унынье

И чтоб не множила число забот твоих

Боязнь узреть жену в объятиях чужих.

Я больше делаю: тебе я Вириату,

Царицу, чья душа гордынею объята,

Непримиримую противницу твою,

И лузитан ее, и римлян отдаю.

Коль скоро всякое серьезное решенье

Опасно