Поступь империи. Бремя власти: Между западом и югом. Бремя власти - Иван Иванович Кузмичев

княжества сильно ослабнет. Этого допустить никак нельзя, их следует отвадить от датских берегов, а еще лучше запереть в собственных портах, но используя силу, только если остальные рычаги давления не помогут.

– И когда отходим?

– Через месяц, в твоем распоряжении будет эскадра, усиленная «Багамой» и «Марией». Думаю, этого вполне достаточно.

– Ха-ха! Куда уж больше, для московитов хватит! – рассмеялся Норрис, но внезапно замолчал. – Мне следует знать что-то еще?

Лорд Бинг кивнул.

– Этот лис Джефферис прислал нам флаг московитов, тот, под которым они ходят.

– И?..

– Сэр, вы же понимаете, здесь пахнет пиратскими делишками, – улыбнулся лорд Бинг.

Норрис добродушно фыркнул и как бы между делом заметил:

– Этой каналье больше подошла бы роль шхипмана у Дрейка, чем посольские дела в Москве.

– Однако король, хе-хе… от подобного шага отказался, что, впрочем, не мешает величайшему флоту в мире использовать это прикрытие против тех же голландцев, шведов и французов, но только если следов после себя не оставят. Пусть Балтика станет закрытой для всех негоциаций. Признаюсь – вам, Норрис, предстоит ответственная и непростая миссия. Главное – удержать русских от захвата датских территорий, а уж про всякие карликовые герцогства поскольку-постольку. Наши корабли не должны пострадать ни в коем случае!

Англичане в этот момент еще не знали о том, что датские послы уже прибыли в Москву для заключения мира, ибо не было у потомков викингов сил бороться с русскими, особенно когда несколько успешных десантов вычистили до последней крошки семь городов и без счета деревень…

7 апреля 1716 года от Р. Х.

Трансильвания. Река Олт

Князь Шереметев, он же фельдмаршал молодой Российской империи, с ленивым интересом взирал на противоположный берег небольшой, по меркам Руси, реки Олт, хотя в этом месте ее ширина и составляла цельную версту, или, говоря новорусским исчислением – километра полтора. Вот только все равно должного восторга не вызывала. Еще года три назад Борис Петрович удивлялся чудачеству молодого государя, а теперь вот понимать начал его задумки, постепенно реализуемые в государстве. Много чудных дел сотворил продолжатель дела Петрова, достойный сын великого отца.

Он сумел сделать то, о чем многие цари только мечтали: на Запад вышел, Юг обезопасил, да на Восток не один торговый поезд отправил. Ну а чтобы грязные европейцы не шибко носы свои задирали да людей русских обижали, порой и воевать нужно, славу русскому оружию добывать.

«Хотя уже семнадцатый год идет, как воюем. Так и мирных дел не увидим, станем аки татарва злобная, налетим, пограбим и убежим», – усмехнулся про себя фельдмаршал. Уж кому как не ему понимать истинные причины войн и всех движений власть имущих. Даром что верный ставленник государя!

Вообще переход границы был спонтанным решением фельдмаршала, потому как государь с Генштабом атаковать на этом направлении не собирались – тут бы новоявленные земли удержать да верных людишек поставить на места. Но Шереметев на то и являлся действующим фельдмаршалом, чтоб принимать ответственные решения, минуя указ императора. Правда если только готов был обосновать свой ход на пользу Отечеству, ведь Алексей, что бы там про него не говорили, никогда не наказывал за правильную инициативу, особенно если она проявлена вовремя и к месту.

Именно поэтому Вторая Южная армия, в составе двенадцати пехотных полков, трех драгунских и пяти тысяч вспомогательных войск, при поддержке тридцати двадцатичетырехфунтовых орудий, заняла удобную позицию для захвата ослабленных земель Священной Римской империи. Одновременно с этим Первая Южная наоборот усиленно готовилась к обороне в случае атаки со стороны австрийцев. На османов же никто особо не глядел – у них сейчас дела куда интереснее творятся, даром что не на Вену зарятся.

Хотя, по мнению самого Бориса, у многочисленного, но бестолкового войска великого султана шансов выстоять против вышколенных бело-черных мундиров нет. И плевать на то, что в прошлом году австрийцы понесли потери, сунувшись в Россию, главный костяк они сохранили, а уж под командованием Евгения Савойского смогут не только выгнать османов из страны, но и наверняка прибрать провинцию-другую, как это было почти два десятка лет назад. Если, конечно, Россия не вмешается, потому как право имеет, да еще какое!

Войну ведь развязала не она, за сим решения, принятые против врага, могут быть самые жесткие. Недаром, по слухам из Генштаба, Датское королевство, несмотря на удаленность, вроде бы защищенность своих портов, испытало на себе мощь русского оружия, а уж о поляках и говорить не следует – их окончательно не раздавили только в силу того, что государь запретил, ограничившись лишь контрибуцией да малыми землями в виде отступного.

А весна, меж тем давно вступившая в свои права в этих землях, решила чуток охладить пыл обеих сторон, послав сильный ливень. Вот только надолго его не хватило, и уже через пару часов он сменился моросящим дождиком.

Все время, пока природа бушевала, фельдмаршал провел в штабе, среди офицеров. Молодые, где-то даже борзые капитаны, майоры и полковники спорили до хрипоты над планом атаки противника на противоположном берегу. И плевать, что его там оказалось больше, чем докладывала разведка, главное – упредить и ударить, да так, чтоб вражья кровушка по всей округе разлетелась, а там уж раздолье для калмыков и казаков настанет – трансильванские земли дивно хороши, если в горы не лезть. Даром, что ли, в этих краях сказы о кровавых баталиях Влада Цепеша против османов с пятнадцатого века гуляют. Что ни говори, но о простых сражениях так долго не помнят…

Стоило Шереметеву ненадолго выйти из палатки, как в ней мигом разгорелся спор, закономерным итогом которого могла стать потасовка.

– Тебе, Юрко, только землю месить да штыком солому колоть! – разорялся матерый служивый с капитанскими погонами и отменными пышными усами, которым и барон Мюнхгаузен позавидовал бы.

– А тебе, Густав, только в лесах от крестьян отбиваться, а то вилами пузо проткнут – дышать сразу легче станет! – не остался в долгу его оппонент – тоже капитан, но много моложе, с чубом на лысой голове.

– Прекратить!! Вы офицеры, али где? Совсем страх потеряли, в штабе ор поднимать? В холодную на исправление захотелось, так я вам это мигом устрою, враз забудете о том, как на боевого товарища орать! – назревающий конфликт прервал начальник штаба Второй Южной армии генерал-лейтенант Вартанов.

И хоть он был из генералов-«новоделов», кои появились при нынешнем государе, характер у него был не сахарный. Даром, что в бытность полковником не одну сотню отмороженных воинов воспитал, да не абы как, а на совесть, что и перед Отечеством не стыдно. Они ведь после его учебного полка, что под Коломной расположился, по всей России-матушке