Злое марево: Луч Империи - Мурат Янг

беспокоил даже больше, чем мятежные аристократы и наступающие демоны.

Каждый раз нервничая, он машинально начинал отбивать пальцами по рабочему столу. Порой он ловил себя на этом, горько усмехался и прекращал эту настольную чечетку. Потом, конечно, вновь забывался.

— Волнуетесь? — спросил сэр Олдридж, скромно занявший уголок дивана, что стоял в кабинете.

Михаил посмотрел на него. Он давно знал бывшего, а теперь вновь действующего британского посла. Как же тот изменился. Причем не столько внешне, сколько внутри. Стал бодрее, свежее и очевидно сильнее. Вспомнить только поединок с Томасом, который, на минуточку, на двадцать лет моложе.

В дверь постучали.

— Заходите, — приказал Михаил.

Как и ожидал, на пороге возник высокий статный мужчина с седыми волосами и бородой. Холодный проницательный взгляд голубых глаз скользнул по Михаилу, затем по Олдриджу. На нём он задержался, словно вспоминая, где мог видеть старика.

Следом вошел ещё один. Средних лет, ростом поменьше, зато гораздо шире в плечах. Взгляд его тоже отличался: чуть усталый, но внимательный.

— Прошу прощения, если заставили ждать, князь, — сухим голосом произнес первый. — Мы надеялись допросить Томаса Хьюза. Как оказалось, напрасно. Не приходит в себя.

Граф Дмитрий Александрович Оболенский служил начальником тайной экспедиции в звании генерал-прокурора. Его компаньона Михаил также узнал. Николай Строганов — один из опытнейших следователей. Обычно он подключался в особых случаях, когда важно разобраться в деле во что бы то ни стало. Его появление — добрый знак.

— Всё в порядке, граф. Я понимаю, — кивнул гостям Михаил и показал на Олдриджа. — Позвольте представить нашего нового британского посла.

Оболенский усмехнулся и, не поворачивая головы, сказал:

— Я хорошо знаю сэра Августа Олдриджа. Не такой уж он и новый.

Олдридж тем временем поднялся и протянул руку сначала Оболенскому, затем Строганову.

— Ваше замечание верное, дорогой граф, — хихикнул он. — Но звучит весьма двояко. Ведь и правда, годы берут своё.

— Не прибедняйтесь, сэр, — парировал Оболенский. — Вы отлично поняли, что я имел в виду. А что касается старости, то вас, как погляжу, она старательно обходит.

— Давайте к делу, господа, — предложил Михаил и показал вошедшим на диван. Когда те уселись, продолжил. — У нас большие проблемы. И когда я говорю «у нас», то имею в виду «у России».

— Помилуйте, князь. Всё обошлось, — возразил Оболенский.

— И мы обязательно разберемся, кто нанял убийцу императора Игоря, — заверил Строганов.

Михаил покачал головой.

— Боюсь, я не разделяю вашего оптимизма. А что касается заказчика, то прошу вас, выслушайте сэра Олдриджа.

Внимание сотрудников тайной экспедиции переключилось на британца.

— Детали моего расследования я сообщу чуть позже, — сказал тот, бросая на обоих оценивающий взгляд. — Главное, что так называемый заказчик известен.

Он смолк, продолжая сверлить их глазами. Это рассердило Оболенского:

— Так продолжайте. Кто он? Имя! Фамилия!

— Не знаю, есть ли у него фамилия, но вот имя… Господа, вы когда-нибудь слышали о демоне, именуемом Глашатай?

Строганов фыркнул.

— Это же байки, которые заносит в Россию с английскими и шотландскими моряками.

— Боюсь, что это не так. Неужели вы думаете, что всё, что внезапно обрушилось на Российскую империю, случайность? И прорыв фронтов, и бунт аристократов, и убийство Игоря — звенья одной цепи. И ниточка ведет к Глашатаю.

— Ну допустим, — произнес Оболенский. — Что вы предлагаете? Как нам найти его? Разве он не на британских островах?

— Где он — не знаю. Но знаю, что вместе со мной с Британии прибыл некто Фёдор Дубравский.

— Дубравский? — задумался Оболенский. — Я наслышан о нем как о непревзойденном воине. По-моему, его командировали в… — Он резко смолк.

— Верно. В Британию. Где, по вашим сведениям, находился Глашатай.

— И что с того?

— Дело в том, что Фёдор нездоров. Вы бы поняли, увидев его.

— Всё равно непонятно, — нахмурился Строганов. — Как связан Глашатай и болезнь Фёдора?

— А заболел он, да будет вам известно, после того как сунулся в одну довольно мощную червоточину.

Глаза обоих экспедиторов резко расширились. Они неверяще уставились на посла.

— Бред! — воскликнул Строганов. — Тогда он был бы не хвор. Он вообще не был бы. Кто пропал в червоточине — пропал навсегда.

— Если только у вас нет такой жены, как Вера Светозарова-Дубравская, — скривил губы Олдридж. — Она вытащила его. Не спрашивайте как. Это не важно.

Экспедиторы какое-то время молчали, пытаясь переварить невероятное. Михаил понимал их. Чуть ранее он сам с трудом внимал этим сведениям.

— И что же за хворь овладела им? — первым пришел в себя Оболенский.

— Врачи не в силах разобраться. — Посол развел руки. — Но очевидно, что природа её — демоническая.

— Господа, мы подходим к сути новой проблемы, — вновь вступил в беседу Михаил. — Проблема эта ещё не случилась, и есть шанс, что сможем предотвратить её.

— Я правильно понимаю, вы считаете, что Фёдор опасен и, возможно, в нём запечатан демон? — спросил Оболенский.

— Именно так, — кивнул Олдридж. — Или, по крайней мере, это весьма вероятно.

— В таком случае нам следует побеседовать с ним. — Оболенский поднялся. Строганов последовал его примеру.

Михаил махнул им рукой, чтобы уселись обратно.

— Не всё так просто. Сейчас Дубравский на пути в Екатеринбург вместе с Елизаветой Невской. Она капитан на службе у Веры.

Экспедиторы недоумевающе смотрели на Михаила, ожидая пояснений. Тот вздохнул и продолжил:

— Вера надеется, что профессор Григорий Любимов, проживающий там, способен помочь недугу Фёдора.

— Что очевидно неверно, — поспешно вставил Олдридж.

— И я не думаю, что имеет смысл разговаривать с Фёдором, — продолжил Михаил. — Тем более что это невозможно. Вы поймете, когда попробуете.

— Вы хотите, — уста Строганова замерли, не закончив предложение.

— Да, — невозмутимо согласился Михаил. — Во имя спасения Российской империи Фёдора следует… убить. И главное — сделать это следует тайно!

[1] Помните, что это альтернативная история. Очень альтернативная.

[2] Собственная половина — это жилая часть здания, где находились покои императора и императрицы

Глава 5