Экипаж «Кальдеры-17» - Станислав Озарнов

– Есть ли способ исследовать тебя? – оживился Римус.

– Никаких. Он всё предусмотрел. Разработки, по его словам, должны остаться тайной. Если герметичность корпуса будет нарушена, произойдёт детонация. Портал закроется спустя секунду, а то и меньше, но этого времени хватит, чтобы уничтожить всё в большом радиусе.

– Жаль. Технология порталов могла бы позволить перемещаться по галактике без помощи кораблей.

– Возможно ли сканирование механизма, поддерживающего портал? – спросила Альма.

– И снова нет. Уверена, атконец бы уже обо всём узнал, но корпус изготовлен из многослойных сплавов, невосприимчивых ни к одному виду излучения. Иначе вы бы давно погибли от радиации.

Лиса бросила взгляд на Римуса, тот медленно кивнул.

– Это так… печально, – добавил Хансу.

– Не нужно сочувствия, – Афия повернулась к нему. – Я благодарна за освобождение и хотела бы остаться с вами.

– Конечно, мы с радостью примем тебя, – кивнула Альма.

Афия положила руку на грудь и слегка склонила голову. Команда продолжает пополняться самыми странными личностями. Стас с ухмылкой подумал, что это здорово.

Все молчали. История оставила тяжёлый след, и было сложно перейти к чему-то другому. Неожиданно образовавшуюся тишину прервал Кави.

– Раз список тем окончен вдруг, чтоб не страдали от тоски вы, давайте соберёмся в круг и вспомним песни зазывные.

Он убежал к своему кораблю и уже вскоре вернулся с интересным инструментом: чёрный остов, от края до края соединённый золотистой струной. Лис открыл небольшое хранилище внутри корпуса и извлёк из него сверкающий металлический стержень, по всей видимости, тоже из золота или чего-то похожего по цвету и блеску. Затем достал оттуда же небольшой механизм с ремешками, который закрепил на своей руке. Когда Кави пошевелил пальцами, стержень как по волшебству поднялся в воздух. Стас вскинул бровь от удивления. А музыкант тем временем манипуляциями руки подвёл эту палочку к струне и слегка коснулся её. Раздался приятный мелодичный звук. Последующие передвижения пальцев заставляли стержень плясать по струне, кружась вверх-вниз и по сторонам, издавая при этом потрясающей красоты звуки. Как будто обычная скрипка стала одновременно пронзительней и глубже. Лис сыграл несколько безумно приятных мелодий, а потом запел. И пение это было столь завораживающим, что Стас практически не обращал внимания на текст, хотя и был уверен, что пелось о чём-то важном и очень интересном. Этот голос никак не мог быть естественным. Он будто звучал отовсюду сразу и притягивал всё внимание, вызывая желание утонуть в нём. Напоследок прозвучала только что сочинённая песня про сегодняшнее сражение и, по сути, поражение. Стас благодарил стирсов, а заодно и поэта, что его участие не было освещено в произведении.

Когда Кави закончил, стало понятно, что они засиделись. Вокруг царила непроглядная безлунная ночь, лишь небо пестрело звёздами, некоторые из которых выделялись крупным размером. Особо примечательной была плотность звёзд. Гораздо ниже, чем на Земле или даже Римо. Очевидно, эта мало исследованная система находилась гораздо дальше от центра галактики. Стас проморгался и понял, что потерял счёт времени.  Музыкант под возгласы одобрения встал и жестом свободной руки описал нижний полукруг, поклонившись, а затем распрощался со всеми и пошёл спать. Остальные тоже собрались расходиться. День был долгим, а раз уж общая усталость пришлась на ночное время суток этой планеты, грех этим не воспользоваться. Альма немного задержалась, её Стас и решил замучить вопросами.

– Что это, вообще, за инструмент? Как этот стержень летает?

Она мягко улыбнулась и села обратно, видимо, передумав уходить.

– Это эликаста, атконский музыкальный инструмент, или попросту монострунник, – пояснила она. – Струна выполнена из особого сплава и очень туго натянута. Сейчас артистам приходится пользоваться гравитационным излучателем для манипуляций стержнем, но в далёкие времена на Атконе всё было заставлено подобными излучателями гораздо большей мощности.

– Если так посудить, то у себя на планете атконцы владели телекинезом?

Лиса хмыкнула.

– Да, это слово подойдёт.

– А почему нельзя держать стержень в руке?

– Это не знакомая тебе скрипка или гитара. В них вибрации проходят только через струны, но в эликасте и струна, и стержень резонируют в симбиозе. Если держать его в руке, музыка будет тихой и невыразительной.

– Додумались же до такого, – усмехнулся Стас. – Но результат просто потрясающий. Чем-то похоже на земную скрипку. Наверное, научиться играть на подобном чертовски сложно?

– Чертовски, – кивком подтвердила Альма. – Насколько мне известно, Кави только в последнюю сотню лет полностью овладел этим инструментом.

– Ого… А сколько ему сейчас?

– Чуть больше четырёх тысяч.

– Жесть… И он что, с самого детства учился на этом играть?

– Не знаю. Сомневаюсь. Но инструмент действительно сложный.

– Да уж, могу поверить, – задумался он и вспомнил, о чём хотел спросить весь день. – А почему Кави говорит стихами?

– Потому что ему больше четырёх тысяч лет, – повторила Альма. – Обычную речь он давно считает скучной.

– Наверное, за такое время многое может надоесть.

– Да, может.

Лиса устало зевнула, размяла руки, выгнула спину и потянула хвост назад.

– Паршивый выдался денёк, – сказала она, немного помолчав. – Надо бы отдохнуть.

Стас понимал её. Более того, спонсором этого паршивого денька был он сам. Благо, как выяснилось, хотя бы сегодня из-за него никто не погиб. Куча раненых, куча мёртвых повреждённых тел, но ничего непоправимого. Уже что-то хорошее. Но вот ближайшие перспективы выглядят весьма смутно.

– Как думаешь, Викран теперь точно нападёт на Римо?

Лиса протяжно вздохнула и пристально вгляделась в вопрошающего.

– Точно. Вероятно, даже раньше, чем планировал изначально.

– Мы его остановим! – заявление прозвучало не слишком-то и уверенно, однако это лучшее, что можно сейчас предложить.

– Должны остановить. Я люблю этот мир и не хочу его терять. Он мне стал вторым домом.

– А где же тогда первый?

Альма на секунду задумалась, заметно помрачнев. Затем улыбнулась, посмотрела вверх и провела рукой по небосводу.

– Там. Везде.

– Тоже неплохо, – сказал Стас, смотря в небо. – Свобода… Но твой второй дом мы тоже защитим.

– Конечно, защитим, – благодарно повторила она.

Раздался шелест листвы, к фонарю приблизился Римус. Он сел на скамью рядом и что-то начал вводить в наручном компьютере. Из зарриса вылетела цепочка маленьких дронов, которые окружили небольшой лагерь.

– Это типа сигнализации?

– Да, «типа», – ответил атконец. – Система защиты. Вдруг здесь по ночам разгуливают хищники по десять метров в длину?

Представлять такое как-то не хотелось.

– Что-нибудь слышно о «Гипи»? – печально спросила Альма.

– Да, но хороших новостей нет. Он уже на противоположном конце галактики, глубоко в тылу Древнего сектора. Если Викран и планирует избавиться от слежки, то, вероятно, ещё не обнаружил маячки.

– Опять я накосячил, – сдался Стас и попытался выговориться. – Если бы я…

– Нет-нет,