История ИП. История взлетов и падений одного российского индивидуального предпринимателя - Илья Андреевич Пискулин

Только вдумайтесь – я ехал не чтобы чему-то научиться у Саши, не чтобы понять, как он добился успеха, а чтобы подтвердить, что он добился его таким образом, который мне был недоступен.

С первого дня поездки я задавал наводящие вопросы, искал нестыковки в его показаниях и не мог ничего понять. Родители были обычными людьми. Нигде не просвечивались инвесторы, покровители, старшие или еще кто-то, кого я обычно считал обязательными условиями большого успеха. Все выглядело так, как будто он добился всего своим трудом и самопожертвованием.

Даже причина приезда в Лондон подтверждала то, что он сделал себя сам. На семинаре у Тони он хотел научиться находить время на отдых с семьей. Он настолько стеснялся посвящать время себе и близким, что, даже будучи в Лондоне, когда коллеги звонили ему, говорил, что находится на лечении в санатории под Витебском в Беларуси.

Я был огорчен. Меня разрывало от непонимания. Обычно разговорчивый, я перешел в режим слушателя и все утро первого дня в британской столице не мог позволить себе разговаривать. Мне казалось, что у меня нет права говорить. Я не мог понять, как он всего добился и почему на его месте не я. Я говорил на английском языке, хорошо учился, знал маркетинг, умел продавать, все время что-то пробовал, но не имел даже сотой доли того, что было у него. Ничто из привычных объяснений успеха не работало. Я был в растерянности.

К счастью, в ту поездку нам предстояло проводить время не только вдвоем. К нам должен был присоединиться Тони Роббинс с восемнадцатью тысячами слушателей.

Когда мы зашли в зал в первый образовательный день, то сразу же наполнились скепсисом. Люди прыгали, танцевали, обнимались и плакали.

Я предполагал, что мы оба, скорее всего, уйдем со второго дня, чтобы просто получить удовольствие от прогулки по Лондону. В первые же минуты обучения, когда тысячи людей начали выпрыгивать со своих мест, выкрикивая слово «Я», гипотеза подтвердилась.

Мы с Сашей переглядывались и, выпучивая глаза, демонстрировали друг другу крайнюю степень нашего недоумения.

Мы сидели в наушниках, и диктор вел дублированный перевод. По мере возможности, я делал какие-то задания, но чаще думал о чем-то своем. В групповых упражнениях мы всегда участвовали, потому что их было невозможно игнорировать. Все вскакивали и так или иначе заставляли тебя включаться.

В какой-то момент Тони в очередной раз попросил нас встать и закрыть глаза. Это было уже раз в двадцатый, поэтому я не придал упражнению значения.

Он попросил ответить на вопрос о том, что мы думаем, когда встречаем успешного человека. Он спрашивал, чем мы объясняем себе его результат. Я сопротивлялся выполнению упражнения, но оно никак не заканчивалось.

Мы простояли двадцать минут, тридцать, а Тони все продолжал задавать одни и те же вопросы, которые просто стало невозможно игнорировать и отбивать своими предубеждениями. В какой-то момент он начал предлагать ответы, которые стали находить отклик во мне.

Он спрашивал о том, объясняем ли мы себе успех человека его трудом или говорим о том, что наверняка за ним кто-то стоит или что у него есть богатые родители, родственники, партнеры. Он спрашивал, объясняем ли мы себе успех кого-то возрастом, потому что успешный человек младше нас, и мы говорим себе, что у него больше энергии и меньше рисков. Или же мы надеемся, что он старше, и успокаиваем себя тем, что у нас есть еще столько лет, сколько составляет разница в вашем возрасте. Мне казалось, что он просто копается у меня в голове, потому что это были мысли, с которыми я приехал на обучение. Тони назвал очень много болезненных объяснений, которые лично я себе говорил, когда встречал молодых и успешных.

Заканчивая упражнение, он попросил написать все убеждения, которые у нас были относительно того, что нам нужно для успеха. Дальше он попросил пометить, что из написанного у нас отсутствует. Я написал, отметил и увидел, что у меня не было почти ничего. Казалось, что успех для меня просто недостижим.

Тогда Тони назвал все написанные слова предубеждениями, сказав, что это то, что нам мешает, и что эти помехи есть только в наших головах. Следом он сказал, что легко докажет нам свою правоту, и попросил написать своего знакомого, у кого получилось всего достичь без того, что было написано у нас на листе бумаге. Я посмотрел на своего соседа и вписал в строку имя Саши. Это была полная капитуляция всех моих представлений о том, как добиваться успеха.

В последний день отпуска мы пошли гулять по Лондону и дошли до финансового центра города. Мы гуляли среди небоскребов. В какой-то момент Александр сказал: «Лет через десять надо здесь уже открываться». Я засмеялся, но он просто продолжал говорить на тему того, как можно начать работать в Лондоне, почему это важно и как непросто, но одновременно реально будет это сделать.

Я искренне считал, что он шутит, но чем дольше тот говорил, тем яснее мне становилось, что он говорит серьезно. Больше для поддержания беседы я спросил: «Ты, правда, считаешь, что это возможно?» «Конечно, – ответил он. – Это же все люди арендуют, такие же, как мы с тобой. И построили эти небоскребы люди, которые ничем не лучше нас, просто они из Лондона, а мы – из России».

Саша шел по британской столице и фотографировал таблички на домах. На них было написано, кто построил дом и какой семье он принадлежит. Отходя от каждого здания, он говорил: «Вот видишь – взял человек и построил. Почему мы не можем так же?»

В ту самую поездку мое восприятие мира изменилось. До близкого знакомства с Александром мне казалось, что между мной и каким-то большим, сложным или капиталоемким бизнесом лежит непреодолимая граница из условий, которые выполнить просто невозможно. Я не понимал, что все вокруг нас создали люди.

Такие же, как вы, как я, как Саша. Только вдумайтесь – все: федеральные компании, мосты, небоскребы, телефоны, самолеты и даже государства созданы обычными людьми. Людьми, которых не выращивают в особых школах и не учат в недоступных университетах, людьми, которые не обладают при рождении капиталами, связями и специальным образованием. Все это они приобретают в процессе жизни, которая дана каждому из нас.

Мы редко об этом задумываемся и считаем, что все фундаментальное делается кем-то сверху, а наш удел лишь потребление и пребывание в хвосте. Мы привыкли считать компании-лидеров чем-то непобедимым, вроде творений природы, при столкновении с которыми есть