Тремор - Каролина Эванс

ресниц принадлежат девочке лет двенадцати. Она все не сводила с него взгляда. Словно хотела, чтобы он разглядел в них правду.

И он смотрел в них. В блеск карих глаз с заволакивающим оттенком. Слушал о простых вещах, которые отражались в ее зрачках целым миром.

Странно. Ему всегда казалось, что так он будет ощущать жизнь, когда всего добьется в ней. Когда его имя будет олицетворять эпоху, перестанет быть кодовым словом для одного из многочисленных, ничего не значащих винтиков общества. Кирилл представлял, что это произойдет, и его душа улетала далеко−далеко. К самым звездам. Вот тогда он, великий рок−музыкант, будет ощущать гармонию в каждом своем вздохе. Вся его суть воссоединится с чем−то очень важным, и счастье накроет его. Потому что его жизнь станет очень важной — она будет обсуждаться людьми как нечто интересное и значимое. Все будут восхищаться им, его талантом, и на концертах будут десятки тысяч зрителей. Это будет настоящее безумие. Но только тогда в нем все успокоится. Тогда начнется настоящая жизнь.

Зачем, зачем он вылил ей это? Даже Лео не знал, что стоит за его вечной борьбой с Деном. Думает, это личная неприязнь из−за одной давней ссоры, но нет…

Даже это он сказал ей! Как ангелу, мессии, случайно зашедшему в его дом. Что−то новое колыхалось в его душе. Но что? Он пока не знал этого.

* * *

− Кто это? Кто это?

Даша все не унималась. Она шла за ней до гардероба, до аудитории, по лестнице, по коридору, а Таня просто прибавляла ход. Она уже понимала, что не сможет скрыть то, что произошло вчера, но до последнего не хотела делиться этим.

− Да подожди ты! — воскликнула Даша.

Таня медленно повернулась к ней.

− Ты что боишься сказать мне?

− Боюсь сглазить. Все было слишком хорошо.

− Но он тебе нравится? Офигеть, ты нашла красавчика уже во вторую неделю учебы!

− Да тише ты.

− Ну, хоть скажи, кто он?

«Запутавшийся мальчик», − с улыбкой подумала Таня.

− Рок−музыкант.

− Офигеть!!! Да не волнуйся ты, я никому не скажу. Покажешь его соцсети?

Подумав, Таня открыла его страничку. Даша взяла телефон у нее из рук. Ее брови тут же поползли вверх.

− Да он тот еще Дориан Грей. Ох, подруга, надеюсь, ты не совершила ошибку.

− Какую?

Она еще не заходила не в его Инстаграм, не во Вконтакте. Тонкие иголочки опасливо кольнули ей сердце.

− Грандиознейшую, Тань.

Даша показала его ленту. Фотографии в неоновом отсвете кальянных, клубов и вечеринок в самых разных местах.

На них он совсем другой. Режущий взгляд прожигает душу до дна, где обитают твои пороки. Эти янтарные глаза словно разоблачают тебя в них. Лишь изредка огромные зрачки смотрят не в объектив, а на сидящих девушек рядом.

Те игриво прижимались к Кириллу. Их вид — наполовину оголенная грудь и ноги, что выглядывают из−под платья больше дозволенного. Его руки властно возлегали на них.

− Ну, ты даешь. И как такой парень мог вскружить тебе голову?

Она выхватила телефон из рук Даши. Та примирительно показала ладони.

Началась пара, но Таня была в своих мыслях. Пролистывала его ленту, все больше вонзаясь ногтями в пальцы.

На всех фотографиях с ним был ореол пафоса, понтов и осязаемой кожей опасности. Даже на тех, где он был один, где рядом не было алкоголя, красных лучей и вызывающих надписей. Нет, вчера Кирилл был совсем другим человеком.

Преподаватель говорил про теорию рисунка, все что−то записывали, а перед ней проносились те картинки. Их поцелуй. Его нежный голос. Отчаяние в глазах, когда он говорил о своей семье. О том, что ему никогда не прийти к цели. «Она — одна из далеких звезд на небосводе. Как и ты». Таня сжалась так же, как когда он произносил это.

Глава 6

Они переписывались всю неделю. Обсуждали разные мелочи, увлечения, делились планами на день. Той игры, когда каждый выжидает время для ответа, между ними не было. Просто уведомление, легкая улыбка, а дальше вопрос−ответ, и темы переливаются в новые, не давая покоя уставшим пальцам. Они как сумасшедшие пробегают по клавиатуре, часто спотыкаясь и, удаляя текст, набирая его заново.

В такие моменты Кирилл забывал, где находится. Не отдавал себе отчета в том, что его poker face тут же осветлялся нежной улыбкой. На репетициях все быстро заметили перемены в нем.

− Приятель, ты чего такой довольный? Неужели в тот раз Софи тебя так порадовала? — прыснул Эммануэль, переглянувшись с Деном.

Лицо тут же вернуло прежний облик.

− Заткнись, предурок, − поморщился он.

Тогда даже Лео с удивлением взглянул на него.

− Да что с тобой? — не унимался Эм.

Он раскинулся на диване, достав новую сигарету из пачки.

− На выходных я подогнал тебе классную шлюху, а тебе все не нравится. В последнее время ты жесть, какой нервный.

− Да, зависть плохая штука, приятель, − усмехнулся Ден, сидевший рядом с Эммануэлем.

Кирилл тут же вскинул взгляд на него.

− Уймись уже. Я только и жду, что ты свалишь.

Поднявшись, Ден медленно взошел на сцену. Какое−то время он даже не смотрел на него. Рваная челка закрывала его лоб, доходя почти до самых глаз. В ней затерялись две неистовые искорки.

− Конечно. Но только все знают, как ты бесишься от этого. Это ведь ты должен быть на моем месте? Ты годами впахивал, занимался до стертых пальцев, думал только о музыке. Ты так жаждал успеха. Но нет, замечают меня. А ведь я ни дня не задерживался на репетициях. Я тупо жил в кайф и взял от жизни максимум. О, как ты злишься. Ну, давай, вломи мне еще, покрепче, чем в тот раз. Только смотри, ведь ничего не изменится. А когда я уйду, ты не сможешь осилить и половину наших песен. Ты просто не рожден для этого.

Все уже привыкли к последствиям. Лео и Эммануэль лишь коротко переглянулись. Они уже давно оставили попытки разнимать их. Стены этого зала видели столько побоев. Столько крови вылилось на никому не нужные коробки, пыльные полы и истрепанную мебель. Кажется, даже они подустали от этого.

Кириллом поднялся с места. Слабый свет ламп скользнул по ремням его куртки, резко отделив от желваков скулы.

− Уйди, − отпихнул он его от микрофона. Лео и Эммануэль заняли свои позиции. Усмехнувшись, Ден спрыгнул со сцены и, достав сигарету,