Ратибор. Возмездие - Александр Фомичев

позыркаем, что за непотребное озорство там творится. Ежели чего, белобрысик, опасность какая, стрелой скачи в обратку и укройся в чаще. Поди, не заплутаешь. Править конём ты вроде и в самом деле умеешь. Пусть и кое-как. Он тебя, если что, и на тропу из бурелома выведет, доверься ему. Припасы в седельных сумках. Как и злато. Чай, не пропадёшь один.

— Да погодь страхи нагонять! — не выдержал сын Годислава, наклонившись и громко пискнув чуть ли не на ухо Ратибору. — Давай сначала глянем, чего там тебе послышалось!..

— Обязательно глянем, — согласно кивнул огневолосый великан и направился далее по Хвойному тракту, к хорошо виднеющейся окраине дремучей пущи, всё так же ведя за собой Бублика с восседающим на нём юным всадником.

Время перевалило за полдень, когда наши путники вышли из елового пролеска на обширнейшее, начинающее уже добро зеленеть по весне поле, по центру которого высился приземистый, огороженный широким рвом Мёдоград, целиком сложенный из дерева. Вокруг столицы Пчелиного княжества, куда ни глянь, ютились пасеки, большие и малые, а также разные животноводческие хозяйства: разведение и выращивание коров, овец, свиней, коз, а вместе с тем гусей и кур, явно было поставлено на широкую ногу; похоже, со свежим мясом, яйцами, разнообразными сырами, ряженкой и молоком проблем у местного населения не имелось.

Но внимание Ратибора с Воисветом привлёк в первую очередь не стольный град и его окрестности; шагах в трёхстах от кромки чащи, у которой замерли светловолосый княжич и рыжегривый воин, творилось форменное буйство: человек двести голых по пояс мужиков яростно сошлись на кулаках стенка на стенку, самозабвенно лупцуя друг дружку. Вокруг них образовался внушительный круг зевак, состоящий из мужчин, женщин и детей абсолютно разных возрастов, благосостояния и сословий: в толпе зрителей видный купец соседствовал с дояркой, родовитая боярыня — с лесорубом, а княжеский сановник — с пастухом да прядильщицей. И все они с той или иной степенью заинтересованности наблюдали за жёсткой рубкой, кою устроили их сыновья, мужья, братья и приятели. Равнодушных среди созерцателей не было. Азартно выкрикивая слова поддержки, праздные зеваки подбадривали как могли, каждый свою сторону, при этом периодически переругиваясь и между собой.

— Гурьба на гурьбу, я оказался прав, — довольно улыбнулся Ратибор, а затем вопросительно покосился на Воисвета. — И часто у вас подобные развлечения случаются? Ежели регулярно, то, пожалуй, надо будет прикупить себе домишко подле Мёдограда. Ибо такие потехи я страсть как уважаю!

— Да бывает! — заливисто рассмеялся белобрысый негодник. — Пар выпускают мужики. Опять, поди, скотоводы с землепашцами чего-то меж собой не поделили… Ты сам-то не хочешь присоединиться к веселухе? Вход, как говорится, свободный.

— Почему нет? С превеликим удовольствием! Давненько в схожих забавах не участвовал. Соскучился — страсть! На-ка, малец, посторожи добро, покамест я развлекаюсь. — Ратибор снял с себя пояс с оружием и передал своему спутнику. Затем стянул рубаху, под восхищённый вздох Воисвета обнажив усеянный шрамами могучий торс, и спешно направился к месту сечи.

— Ратиборушка! Кажись, те, кто слева, сдают свои позиции! — поудобнее устраиваясь в седле, задорно бросил вдогонку чемпиону Кузгара юный баловник и с удвоенным интересом принялся наблюдать за захватывающим зрелищем.

— Без сопливых вижу, — буркнул в ответ «рыжий медведь». Через минуту он, бесцеремонно растолкав скопище зевак, оголтело залетел в рубку за левую «грядку», довольно быстро оказавшись в первых рядах медленно, но верно пятившейся назад, проигрывающей стороны. Но вскоре после вмешательства Ратибора ситуация на поле брани начала стремительно выправляться, ибо дюжий ратник своими пудовыми кулачищами легко сминал любого, кто посмел замаячить ему в противовес. При всём этом рыжегривый исполин, коему также добренько прилетало с разных сторон, удар держал прекрасно. Челюсть у мирградского бойца была словно из гранита.

Вот Ратибор, стряхнув, как котят, со своих широченных плеч троих повисших на нём верзил, парой мощных ударов в солнечное сплетение и висок уложил обозначившегося напротив здоровенного мордоворота, ростом не уступавшего ему самому. А после, раздавая могучие оплеухи направо-налево, яростно, с упоением ринулся в самую гущу оппонентов, как практически всегда поступал в любой битве. Чем явно сильно смутил обескураженных противников, которые уж мысленно осушили по жбанчику медовухи на нос во имя своей, замаячившей было победы. Зато союзники рыжебородого богатыря, почувствовав растерянность противоположной стороны, заметно приободрились и с удвоенным рвением принялись наседать на своих заклятых соперников. Кости трещали только в путь; две ватаги сосредоточенно размахивали «мельницами», споро перемалывая друг друга в муку.

И вот правая «грядка», та самая, что несколько минут назад была так близка к победному пиршеству, дрогнула и уже, в свою очередь, начала пятиться. Итог знатного мордобития стал очевиден всем: давшие слабину оппоненты собраться и вернуть утраченные позиции оказались явно не в состоянии; в их рядах не нашлось прирождённого бойца-лидера, способного переломить ход неудачно складывающейся сечи.

Между тем неугомонный рыжий берсерк униматься и не думал, всё так же справно, одного за другим укладывая противников на притоптанную множеством пяток траву. Апофеоз драки, заставивший всех без исключения зрителей поражённо ахнуть, случился уже под конец рубки, когда Ратибор подсел под бросившегося на него огроменного тучного детину весом килограмм под сто шестьдесят, не меньше, а затем без особых проблем поднял того на вытянутых вверх руках и сильно шмякнул о землицу хребтиной и затылком, выбив из рыхлого громилы весь дух. Вместе со всяким желанием вообще куда-либо сегодня ещё двигаться. Игривые светлячки суматошливо водили хоровод перед враз окосевшими глазами оглушённого упитыша, погрузившегося в состояние глубокого грогги.

— Победа! — невольные соратники Ратибора по драке тем часом радостно вскинули к небесам разбитые в кровь кулаки и тут же принялись обниматься друг с другом да принимать из рук сопереживавших им зевак кувшинчики с водой, квасом, молоком и ряженкой. Драка стенка на стенку была окончена. Проигравшим помогали встать, причём как зрители, так и победители, кои не преминули поблагодарить своих оппонентов за отличный замес. После случившейся зарубы все прошлые