Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

— Не внезапно, — поправила мисс Хезерингтон. — Она уже заказала билет и номер в отеле.

— Да, я ошибся, — согласился Джессоп. — Я хотел сказать, что миссис Келвин Бейкер внезапно решила сопровождать ее.

Он встал и прошелся по комнате.

— Она полетела в Марракеш, а самолет разбился и сгорел. Создается впечатление, будто злой рок преследует каждую пассажирку самолета, именующую себя Олив Беттертон. Сначала катастрофа в Касабланке, потом еще одна. Были они случайными или подстроенными? Если кому-то хотелось избавиться от Олив Беттертон, то это можно было сделать куда более легким способом, чем устраивать авиакатастрофы.

— Кто знает, — промолвил Леблан. — Поймите, mon cher[568], если вы уже дошли до такого состояния, что человеческие жизни для вас ничего не значат, то, пожалуй, проще положить взрывпакет под сиденье в самолете, чем поджидать жертву ночью в темном углу с ножом, а гибель еще шестерых человек никакого значения не имеет.

— Я знаю, что окажусь в меньшинстве, — заметил Джессоп, — но думаю, что существует третья возможность: катастрофу могли фальсифицировать.

Леблан с интересом посмотрел на него:

— Конечно, такое могло произойти. Допустим, самолет посадили, а потом подожгли. Но вы не можете игнорировать факт, mon cher Джессоп, что там обнаружены обгорелые трупы.

— Знаю, — кивнул Джессоп. — В этом и состоит камень преткновения. Понимаю, что мои идеи фантастичны, но наша охота прервалась уж слишком аккуратно. Мы напишем на полях рапорта «R.I.P.»[569], и делу конец. Никаких следов не осталось. — Он снова обернулся к Леблану: — Вы произвели поиски вблизи места катастрофы?

— Уже два дня этим занимаемся, — ответил Леблан. — Конечно, самолет разбился в пустынной местности. Между прочим, он сбился с курса.

— Что наводит на размышления, — вставил Джессоп.

— Близлежащие деревни, их жители, следы машин — все подвергается тщательному расследованию. Во Франции этому делу придают не менее важное значение, чем в Англии. Мы тоже потеряли нескольких наших лучших молодых ученых. По-моему, mon cher, легче контролировать темпераментных оперных певцов, нежели представителей науки. Эти блестящие молодые люди рассеянны, недисциплинированны и, что хуже всего, невероятно доверчивы. Им сулят золотой век, и бедняги попадаются на эту удочку.

— Давайте-ка еще раз взглянем на список пассажиров, — предложил Джессоп.

Француз вынул из проволочной корзины лист бумаги и положил его перед коллегой. Двое мужчин склонились над ним.

— Миссис Келвин Бейкер, американка. Миссис Беттертон, англичанка. Торквил Эрикссон, норвежец… Кстати, что вы о нем знаете?

— Ничего существенного, — ответил Леблан. — Он был молод — не старше двадцати восьми лет.

— Мне знакомо его имя, — нахмурился Джессоп. — Почти уверен, что он делал доклад в Королевском обществе.

— Далее religieuse[570], сестра Мария, — продолжал Леблан, возвращаясь к списку. — Эндрю Питерс, тоже американец. Доктор Баррон — известная личность, специалист по вирусным заболеваниям.

— Биологическое оружие, — кивнул Джессоп. — Подходящая фигура.

— Недоволен низкой оплатой, — добавил Леблан.

Зазвонил телефон, и француз снял трубку:

— Алло. Qu’est-ce qu’il y а?[571] Да, пришлите их сюда. — Он оживленно повернулся к Джессопу: — Мои люди кое-что обнаружили. Возможно, mon cher collegue[572], ваш оптимизм оправдан.

Вскоре в комнату вошли двое мужчин. Первый походил на Леблана — коренастый, темноволосый, смышленый. Он держался почтительно, но не скрывая радостного возбуждения. Грязная и пыльная одежда свидетельствовала о недавнем возвращении из путешествия. Его сопровождал бербер в белом одеянии с полной достоинства осанкой жителя пустыни. Поведение его было вежливым, но не раболепным. Он с интересом осматривался вокруг, пока его спутник быстро докладывал по-французски:

— Было предложено вознаграждение, и этот парень с родственниками и друзьями произвели тщательный поиск. Я позволил ему самому принести вам его находку, так как вы, возможно, захотите расспросить его.

Леблан повернулся к берберу.

— Ты хорошо поработал, отец, — обратился он к нему на местном наречии. — У тебя соколиный глаз. Покажи нам, что ты обнаружил.

Бербер извлек из складок белой ткани маленький предмет, шагнул вперед и положил его на стол перед французом. Это была серовато— розовая искусственная жемчужина.

— Похоже на ту, какую нам показывали, — сказал он. — Это ценная вещь, и я ее нашел.

Джессоп протянул руку и взял жемчужину. Вынув из кармана точно такую же, он обследовал обе, потом подошел к окну и стал рассматривать их в лупу.

— Да, — кивнул Джессоп, — отметина присутствует. — В его голосе слышалось торжество. Он вернулся к столу. — Славная девушка! Ей удалось это сделать!

Леблан быстро расспрашивал бербера по-арабски. Наконец он повернулся к Джессопу:

— Прошу прощения, mon cher collegue, но эту жемчужину нашли почти в полумиле от сгоревшего самолета.

— Это доказывает, — откликнулся Джессоп, — что Олив Беттертон осталась в живых и что, хотя из Феса в самолете вылетели семь человек и было найдено семь обгорелых трупов, ее среди них не было.

— Теперь мы расширим зону поисков, — сказал Леблан. Он снова заговорил с бербером, который радостно улыбнулся и вышел вместе со своим спутником. — Его щедро наградят, как было обещано, — продолжал француз, — а за жемчужинами теперь будут охотиться все местные жители. У этих людей необычайно острое зрение, а слух о награде быстро распространится. Думаю, mon cher collegue, мы достигнем результатов! Если только девушке не помешали.

Джессоп покачал головой:

— Это должно выглядеть абсолютно естественно. У женщины порвалось ожерелье, она собрала часть жемчужин, которые смогла найти, и положила в карман, а там оказалась дырка. Кроме того, почему они стали бы ее подозревать? Она — Олив Беттертон, стремящаяся присоединиться к своему мужу.

— Теперь мы должны рассмотреть это дело в ином свете, — заметил Леблан, придвигая к себе список пассажиров. — Олив Беттертон, доктор Баррон… — Он отметил галочками эти два имени. — Будем считать, что эти двое направляются… куда бы они ни направлялись. Миссис Келвин Бейкер, американка, — пока ставим знак вопроса. Вы говорили, что Торквил Эрикссон делал доклад в Королевском обществе. Американец Питерс, судя по паспорту, химик. Монахиня — ну, это хорошая маскировка. Похоже, эту группу вывезли из разных мест, собрав в одном самолете. Потом самолет обнаружили сгоревшим вместе с семью людьми. Интересно, как им удалось это проделать? Enfin, с’est colossal![573]

— Да, — промолвил Джессоп. — Финальный штрих выглядел весьма убедительно. Но теперь мы знаем, что шесть или семь человек отправились в новое путешествие, и знаем, откуда они отправились. Что нам делать дальше — посетить это место?

— Разумеется, — ответил Леблан. — Перенесем нашу штаб-квартиру туда. Если я не ошибаюсь, теперь, когда мы напали на след, обнаружатся и другие улики.

Пришлось произвести сложные и тщательные расчеты. Скорость автомобиля, расстояние, на котором он должен был заправиться, деревни, где путешественники могли останавливаться на ночь. Следы были