Начало Века Разума. История европейской цивилизации во времена Шекспира, Бэкона, Монтеня, Рембрандта, Галилея и Декарта: 1558—1648 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

иезуитов создать архитектуру, великолепие которой вызывало бы благоговение, вдохновляло и возвышало богомольцев. Архитектор и его преемники спроектировали просторный неф без приделов, с богато украшенными колоннами, эспандрелями, капителями и карнизами; внушительный алтарь, светящийся купол и блестящее оформление картинами, статуями, мрамором, серебром и золотом; а в 1700 году Андреа дель Поццо, сам иезуит, добавил благородную гробницу и алтарь святого Игнатия. Отношение иезуитов к жизни отличалось от отношения некоторых других католических церковников и находилось на противоположном полюсе от пуританских взглядов; искусство должно было быть наказано от светской чувственности, но приветствовалось в украшении жизни и веры. Тем не менее, особого "иезуитского стиля" не существовало. Иль Джезу был барочным, и многие иезуитские церкви, особенно в Германии, были барочными, но каждая церковь следовала местным и актуальным формам и настроениям.

Последним достижением римского искусства стало завершение строительства собора Святого Петра. Микеланджело оставил модель купола, но к моменту вступления Сикста V в должность папы был заложен только барабан. Диаметр барабана составлял 138 футов. Только Брунеллески во Флоренции осмелился покрыть такую большую площадь без промежуточных опор. Архитекторы и инженеры дрожали перед задачей, предложенной Буонаротти; финансисты стонали, что на это потребуется миллион дукатов и десять лет времени. Сикст приказал продолжать работы, надеясь перед смертью отслужить мессу под новым куполом. Руководителем стал Джакомо делла Порта, а его помощником - Доменико Фонтана. Восемьсот человек трудились ночью и днем, за исключением воскресений, с марта 1589 года до 21 мая 1590 года, за три месяца до смерти понтифика, когда в Рим пришло известие о том, что "к его вечной славе и к стыду его предшественников, наш святой папа Сикст V завершил возведение сводов купола собора Святого Петра".86

Эффект купола, за исключением расстояния, был ослаблен барочным фасадом, который Мадерна создал в 1607-14 годах. Сама церковь была окончательно освящена в 1626 году, через 174 года после ее первого замысла. В 1633 году Бернини отлил из бронзы аляповатый балдахин над "гробницей святого Петра" и главным алтарем. Великий скульптор искупил свою вину, заключив подход к святилищу в массивную эллиптическую колоннаду (1655-67), которая помогает сделать собор Святого Петра самым возвышенным зданием на земле, как его купол - венцом современного искусства.

X. БЕРНИНИ

Джованни Лоренцо Бернини за одну доминирующую жизнь (1598-1680) воплотил в себе искусство Рима XVII века. От своего отца-флорентийца, скульптора , он научился своему искусству; от матери-неаполитанки он, возможно, получил свою эмоциональную интенсивность и горячую веру. В 1605 году отец был вызван в Рим для работы над церковью Санта-Мария-Маджоре. Там "Джан" рос в атмосфере классической скульптуры и иезуитского благочестия. Его привели в восторг Антинои Ватикана и Аполлон Бельведерский; но еще сильнее его тронули Духовные упражнения святого Игнатия, которые он практиковал до тех пор, пока не почувствовал ужас и преданность того, кто испытал адские муки и любовь Христа. Каждый день он слушал мессу; дважды в неделю он принимал таинство.

Он пробовал свои силы в живописи, создав даже сотню картин. Из них наибольшей похвалы заслужили "Святые Андрей и Фома" из коллекции Барберини в Риме, хотя мы можем предпочесть автопортрет в галерее Уффици - смуглый, красивый юноша, склонный к меланхоличным размышлениям. В архитектуре он преуспел больше. Для Маффео Барберини он закончил дворец Барберини; а когда этот покровитель стал папой Урбаном VIII, Бернини, в возрасте тридцати одного года, был назначен главным архитектором собора Святого Петра. Помимо колоннады и балдахина, он построил в апсиде богато украшенную кафедру Петри, в которой хранится деревянное кресло, которым, по мнению верующих, пользовался апостол; вокруг нее он сгруппировал четыре мощные фигуры отцов церкви; а по всему причудливому сооружению он разбросал ангельские статуи с легкостью человека, у которого в голове была целая мята шедевров. Рядом с ним он поставил массивную гробницу для своего возлюбленного Урбана VIII. Он спроектировал балконы и многие статуи, украшающие опоры, поддерживающие купол. Под куполом он поместил монументальную фигуру святого Лонгина, а в правом нефе воздвиг пышный мемориал графине Матильде Тосканской. Снаружи церкви он перестроил в стиле хастера Скала Регия, ведущую мимо величественных колонн к Ватиканскому дворцу, и в алькове этой Королевской лестницы установил конную статую Константина, видящего в небе свой призыв к христианству; эмоциональность этой фигуры задала образец для эпохи барокко. Под конец жизни он построил в капелле Таинств в соборе Святого Петра алтарь, блестящий мрамор которого и венчающие его киворий, храм, купол и восторженные ангелы казались ему не слишком великолепным воплощением евхаристического таинства мессы. Все эти работы в соборе Святого Петра и вокруг него производят впечатление на современного художника как театральное излишество и спекулятивная апелляция к чувствам; для Бернини они казались буйным средством экстатической и коммуникабельной веры.

Повсюду он смешивал архитектуру и скульптуру. Он мечтал об искусстве, которое объединит архитектуру, скульптуру и живопись в единый волнующий душу ансамбль. В церкви Санта-Мария-делла-Виттория он собрал драгоценные мраморы - зеленый, синий и красный - и дал волю своей декоративной фантазии, чтобы построить капеллу Корнаро с рифлеными колоннами и изящными коринфскими колоннами; там он поместил одну из своих самых впечатляющих и эмоциональных скульптур: Святая Тереза, хромая и теряя сознание в экстатическом трансе, с восхитительным серафимом, готовящимся пронзить ее сердце огненной стрелой, символом единения святой с Христом. Кажущаяся безжизненной фигура Терезы - один из триумфов итальянского барокко, а метущийся ангел - песня в камне.

У Бернини были соперники. На Монтеня произвела сильное впечатление статуя Джакомо делла Порта "Правосудие" на гробнице Павла III в соборе Святого Петра. Торриджано отлил мощный и реалистичный бюст Сикста V, который сейчас находится в Музее Виктории и Альберта. Борромини, как и Бернини, смешивал скульптуру с архитектурой, как, например, в гробнице кардинала Вилламарино в церкви Санти-Апостоли в Неаполе. Алессандро Альгарди сравнялся с Бернини, вырезав три фигуры для гробницы Льва XI в соборе Святого Петра, и превзошел его в скульптурном рельефе, создав альт-рельеф "Встреча папы Льва I и Аттилы", также в соборе Святого Петра; а бюст Иннокентия X в Палаццо Дориа Памфили, выполненный Альгарди, более приятен, чем работа Бернини, и почти так же силен, как портрет Веласкеса. Но никто в эту эпоху не сравнился с Бернини в художественной плодовитости, воображении и полном достижении.

Он восхитил Рим причудливыми фонтанами: Фонтана дель Тритоне, Фонтана деи Фьюми, где мелкие скульпторы вырезали четыре фигуры, изображающие Дунай, Нил, Ганг и Плату. Из всех представленных для этого фонтана планов Иннокентий X выбрал план Бернини, сказав: "Нельзя смотреть на его проекты, если не готов