Наследники Шамаша. Рассвет над пеплом - Alexandra Catherine

— Хорошо бы, если бы это оказалось правдой, — прошептала Акме, откинув голову на высокую спинку кресла. — Я отправлюсь навстречу корпусам завтра же днем…

— Оставьте это тем атийцам, которым вы доверяете больше всего, — возразил Гайре.

— Почему? — насторожено осведомилась Акме.

— В Атии неспокойно. Ее покинули и герцог, и герцогиня. У вас немало врагов даже в Совете, вы знаете это. И кто-то уже начал смущать народ, заявляя, что погибла вся семья. Люди не верят, но если они не увидят вас в ближайшее время, их начнут одолевать сомнения.

— Ты советуешь мне выбирать между сыном и властью! — негодующе воскликнула Акме.

— Я советую вам встать на защиту Атии, как вы обещали герцогу. Вы — не просто мать троих детей. Вы — мать всего атийского народа. Мы найдем вашего сына, а вы возвращайтесь в Эридан, заткните глотки этим гнусным лжецам в совете, заставьте народ свой поверить в то, что еще не все потеряно. Люди и без того напуганы возрождением Кунабулы. Берегите Атию для вашего герцога.

Акме тяжело вздохнула и ответила:

— Гайре, как я устала от этого! Сколько раз за эти двадцать лет мне хотелось взять своих девочек и Гаспара и увезти подальше, в сельскую тишь Кибельмиды или на солёный воздух моря, Хадират. Но тут же я вспоминала о том, каково будет Гаральду, если я покину его, и заставляла себя терпеть. Когда он был рядом, я была готова стерпеть все. Но он так часто находился в разъездах, что порой я забывала свою к нему любовь от злости и от души ненавидела короля за то, что он выкрадывал у меня мужа. Теперь я могу винить только себя в том, что произошло. Если бы я не вышла за него замуж и не родила ему детей, потомков божественного Рианора, он бы не знал этого горя, ему бы не пришлось мчаться в Заземелье за пропавшими дочерьми, ему бы не пришлось страдать из-за того, что супруга — хранитель Архея, и она должна вставать на защиту земли наравне с любым мужчиной. Но самое страшное — у его детей подобная же судьба. И все это из-за меня… Из-за моей крови.

— Все это вздор, госпожа Алистер, — тихо отозвался капитан, намерено не обратившись к ней «Ваша Светлость». — Я был с ним, когда вы умирали Кунабуле. Он плакал от счастья, когда все мы, уже потеряв надежду, узнали о том, что вы все же выживете и поправитесь после своей блистательной победы. Он любит вас больше всех на свете. Даже больше, чем Атию. И если бы вы не стали его герцогиней, он был бы несчастным человеком, как несчастен король, женатый на невесте своего погибшего брата, на женщине, которую он никогда не любил. Вы — его свет. Никогда не покидайте его. И не покидайте нас. Мы нуждаемся в вас.

— Хорошо, Гайре… — тихо и сокрушенно произнесла Акме. — Я вернусь в Атию. Мы выезжаем завтра вечером. Теперь ступай, отдохни.

— Благодарю Вас, госпожа, — прошептал он, поднялся, поклонился.

— И ещё одно, Гайре. Мне не нравится Карим. Следите за ним.

Капитан Иэрос на мгновение застыл, задумался, потом решительно кивнул и покинул кабинет.

— Гаральд! — выдохнула она, спрятав лицо в ладошках и всхлипнув. — Вернись же ко мне вместе с нашими девочками!

А ночью ей привиделось, как Гаральд входит в ее спальню и садится на постель, глядя на нее мягко и грустно.

«Ты совсем извелась, моя любимая», — прошептал он.

«Я так тоскую по вам, — выдохнула она, пытаясь найти его руку. — Когда же вы приедете?»

«Скоро, моя дорогая. Мы возвращаемся все вместе. Вот только Ишмерай задержится».

«Где же она задержится? Почему она сразу не приедет домой?»

«Её привезёт Марцелл».

«Если её привезёт Марцелл, тогда нам не стоит волноваться.»

«И еще там мы встретили Марка, — как ни в чем не бывало рассказывал ее муж. — К сожалению, мне придется сообщить Арнилу, что его сын не сможет приехать».

«Почему? — спросила Акме, сквозь сон понимая, что вопрос ее глуп, ибо…

«Потому что принц мертв».

Акме очнулась в слезах и в поту и более не сомкнула глаз. В комнате никого не было, лишь вытерев беспокойно выл за окном.

— Что за сон! — всхлипывала Акме, сжав голову руками.

«Почему Ишмерай задержится? Почему ее привезет Марцелл, если Марцелл убит? И где «там» они могли повстречать принца, который сообщил им, что не приедет, ибо он мертв?! Что за ужас, что за дурное видение?!»

Акме, проспав всего несколько часов, уже собиралась в дорогу. Многие атийцы уже покинули Кеос, пустившись на поиски Гаспара Алистера. Акме же отправится в Атию вместе с капитаном Иэросом, Каримом и еще двадцатью атийцами, бдительность которых ей нужно было обмануть в Тире. Она хотела встретиться с Наилем, сведения которых были точнее сведений всей атийской и карнеоласской шпионской сети. Она не удивится, если окажется, что Наиль знает об этом загадочном нодримце Уэле всё. Наиль за несколько лет добыл для нее уже столько сведений. Она должна была попасть к Наилю в Тиру, даже если ради этого ей придется сделать внушительный крюк, даже если ей придется побороться с упрямством капитана Гайре.

Ее мужество и твердость подтачивало страшное предчувствие — неведомые силы отчаянно звали ее в Атию. К ней летели все ветра, их шепот она слышала ночью, и все они в один голос повторяли: «Атия… Атия…» Акме не могла истолковать этого сна, этого предупреждения.

— Мне бы так хотелось, чтобы ты осталась, — вздыхал Арнил, вместе с ней спускаясь по темной лестнице, ведущей в длинный извилистый коридор, заканчивающийся за дворцовой стеною. — Ты же знаешь, здесь намного безопаснее, чем в твоей Атии.

— Арнил, — мягко проговорила Акме. — Мне необходимо вернуться в Атию и встать во главе герцогства, пока нет Гаральда.

— Ты должна была сделать это с самого начала, — тихо проговорил король. — Но ты понеслась защищать всех нас от демонов, неутомимая моя герцогиня.

— Я не сделала многого, чего должна была сделать. Я не забрала сына домой, а оставила его на попечение чужих людей, далеко от дома. Я не осталась