Нежнее неба. Собрание стихотворений - Николай Минаев

«Протопав, словно пьяный, чардаш…»

Протопав, словно пьяный, чардаш,А вслед затем и краковяк,Ты залп по роте янычар дашь,Раздавишь их как раков як.

С тревогой смотрит Кадар ЯношИ Владислав Гомулка с ним,Что в море мчит река Дарья нож,Был коим долго мул казним.

Пьет из ведра кефир кобыла,А я как тать попону тру,Чтобы тебе, штафирка, былоСие читать не по нутру.

«То, что ты чересчур глупа…»

To, что ты чересчур глупаНе должно досаждать мужчине:Ведь известно, что твой папаСостоит в генеральском чине.

А за то, что твой нос курнос,У тебя есть все блага мира:Телевизор и пылесос,И трехкомнатная квартира.

Кто желает сменить на пухСвой матрац, крытый грубой пряжей,Для того не беда, что духВ окруженьи твоем – стиляжий.

Нет, уж если мне повезло,От тебя не задам я тягу,И чтоб жить круглый год теплоЯ и сам превращусь в стилягу.

«Как нафталин лежит на ветках иней…»

Как нафталин лежит на ветках иней,И белым мохом каждый куст оброс,И тишина, и неба купол синий,И двадцатидвухградусный мороз.

Чем дальше в лес тем сумрачней и глушеИ хочется сказать, тем больше дров,Захватывает дух и щиплет уши,Но зимний воздух легок и здоров.

А ночью перед восхищенным взоромНа юге поднимается гигант —Великолепный Орион, в которомСверкает Ригель словно бриллиант.

«В нашей теплой, так сказать, компании…»

В нашей теплой, так сказать, компанииТы – единственная иностранка,К нам ты заявилась из Испании,Не поладив с генералом Франко.

Говоришь, что с важными персонамиКаждый день встречаться неохота,Ну а там встречаешься лишь с донамиИ не встретишь только Дон-Кихота.

В Мурсии, в Астурии, в Валенсии,В лапах фалангистской камарильи,Бедствуют Сервантесы без пенсии,Прозябают Гойи и Мурильи.

Батраки, что нищи от иллюзииИ гидальго нищие от дуриПопрошайничают в Андалузии,Побираются в Эстремадуре.

Тайно подрабатывая ночками,В улицах Толедо и КордовыБродят, словно тени, одиночкамиКарменситы – девушки и вдовы.

А в Мадриде – гвоздь руководительства! —Посреди начальствующих типовВосседает сверхпревосходительство,Заменив всех Карлов и Филиппов.

Какова ж по внешности настырнаяЭта личность? Тощ ли как сосиска,Или тучен как сарделька жирнаяГлавный каудильо дон Франсиско?

«У тебя, моей колхозной милки…»

У тебя, моей колхозной милки,          Опоросы выше всех,А твои кормушки и поилки          Я разделал под орех.

Ты в районе лучшая свинарка          И поэтому – ей-ей —Мне по временам бывает жарко          От известности твоей.

Мы порой друг другу назначаем          Встречу, то есть рандеву,Не в кино, не в клубе, не за чаем,          А в твоем свином хлеву.

Сколько же об этом разговоров,          И повсюду болтовня,Что тебе многопудовый боров          Во сто раз милей меня.

Можно ль верить глупым небылицам,          Басням злостной клеветы?Но ведь всем злорадствующим лицам          Не заткнешь затычкой рты.

Как предмет тебе не посторонний,          Я предупредить могу: —Даже среди собственных хавроний          Ты о плане ни гу-гу

Ведь едва касается подушки          Твой вспотевший за день лоб,Как уж под тебя твои подружки          Начинают свой подкоп.

Всполошились девки-психопатки          И к зиме тебе грозятПолучить от каждой свиноматки          По полсотни поросят.

«Безмолвствуют березы в безветрии таком…»

Безмолвствуют березы в безветрии таком,И запах сонной розы по-прежнему знаком,

И свежесть овевает, и влажно от росы,И тихо как бывает в спокойные часы.

Так что ж меня тревожит?.. Кто мысль мою увлек?..Я понял, что быть может тот день уж недалек,

Быть может здесь у пруда сознания и силЛишусь я, но покуда я чувствовал, я жил.

Покуда на дороге во тьме фонарь блестел,В саду дремали боги, белея гипсом тел,

Земля цветы растила, туманилась водаИ вечные светила сияли как всегда.

«Что тебе пора возрождения?..»

Что тебе пора возрождения?Что подснежники и что ландыши?В недрах сонного учрежденияТы весь день сиди и на план дыши.

Много лет назад молвил маршал Ланн,Усмирив свинцом бунт мятежников: —«Ведь тому кто свой выполняет планНе до ландышей и подснежников!..»

А начальник твой как-то раз изрек,Не когда-нибудь, а уж в наши дни: —«Хоть умри, но план в календарный срокНа сто процентов перевыполни!..»

Вообще они, эти разныеПоэтичные все материи,Как понятия буржуазныеНе годятся для бухгалтерии.

Вместо предисловия («Не дары чужого огорода…»)

«Может быть последние стихи»

Не дары чужого огорода, —Здесь плоды, что с Музою вдвоем,За последние четыре года,Мы собрали в садике своем.

Разные по тону и манереСловно день и ночь иль да и нет,Здесь они расставлены по мереСвоего рождения на свет.

И пускай разноязычьем четкоРазграничены друг с другом, ноВедь у них у всех одна походкаИ мировоззрение одно.

В них всегда все кстати, все на месте,Все как раз, но грустно на душе,Что стихи здесь собранные вместеМожет быть последние уже…

«Хоть в теперешней феерии…»