Ликвидатор - Юлия Гутиева

— Как давно это было, Адель… — Вонг сделал выжидательную паузу, но вдова молчала, вампир продолжил, — и ты, и Доминик ненавидите этот зал до боли, но никто никогда не заявил мне об этом. Почему вы терпите? Почему не можете сказать открыто, что мир изменился, и мы должны измениться вместе с ним?

Молчание резануло по нервам. Лучшая защита — нападение. Ян решил идти до конца, ловко создав нужную атмосферу и переиграв ситуацию. К тому же, следовало убить двух зайцев одним ударом: рассказать про карона и вдохнуть в присутствующих желание двигаться в новом направлении, проанализировав и переоценив.

— Задумайтесь… Так уж мы и обсуждаем все вопросы? Готовы ли вы к диалогу на любую тему? — Ян уставился в одну точку, осознавая горечь происходящего. — Когда мы перестали быть равноправными партнёрами? Когда каждый поставил свои интересы выше интересов Иного мира?

Вампир с тоской отметил, что, несмотря на важные дела, решаемые Коалицией практически каждый день, её члены начинали упускать суть, смотреть на происходящее замыленным взглядом, всё чаще перекладывая ответственность на нижестоящих существ.

— Не буду тянуть: я дал добро на отправку карона на Землю, это единственный способ выйти на взбесившуюся тварь, рвущую людей на куски… Нужно покончить с происходящим, иначе мы скоро потеряем контроль над информацией: люди узнают о монстрах, а этого допустить нельзя.

Адель судорожно вздохнула, Доминик, казалось, перестал дышать. Ян предвидел подобную реакцию.

— Успокойся, Адель, ведь ты скрепила сделку с Неменцевым сексом, чтобы он не тронул твоего сына. Если Берк пострадает, это будет не по вине Петра. А ты, Доминик, перестань переживать об Адель, она — большая девочка, — чуть задумавшись, Вонг добавил, — и об Ароне тоже — он дал добро.

— Как? — вырвалось у оборотня, — как ты можешь доверять ему?

— А я и не доверяю, но, действуя проверенными методами, никогда не рискуя и ничего не предпринимая, мы можем потерять управление над Иным миром, и он превратится в хаос.

Ян резко поднялся и принялся расхаживать по залу.

— Если Арон не имеет отношения к делам на Земле, то мы ничего не теряем. Уничтожим зверя, и всё закончится. Если же имеет, то он тоже рискует, причём, сильно.

Вонг остановился, посмотрел на Адель, затем на Доминика и сухо произнёс:

— На мой взгляд, если маг и замешан, то он сам начинает терять контроль над происходящим — ведь на момент кровавой бойни на Земле не было ни одного архаи, ни одного. И это доказано. По логике, карон-убийца никем не управляем.

Вампир выдержал паузу, затем тихо добавил, опустив занавес:

— Но, если верить ликвидатору и его девчонке, монстр не одинок… В итоге: фигуры Иного мира расставлены на чужом поле, и только так мы можем уравнять шансы в борьбе с неизвестным врагом. Риск очень велик, но все другие варианты закончились.

Ян направился к двери, бросив на ходу:

— Я не хотел рассказывать вам о попытке, но тогда это бы означало начало конца.

Вампир покинул зал, но белый цвет продолжал давить на двоих, постепенно смешиваясь с напряжением, всё ещё царившим в комнате. И коварная смесь проникала под кожу, текла по венам, вгрызаясь в то, что осталось от покалеченных душ, слишком сильно увлёкшихся личными проблемами в месте, совсем для этого не предназначенном.

Встреча Сеймы в офисе превратилась в праздник, но не такой, какой бывает в обычных конторах, нечто вроде Дня Рождения или свадьбы, где народ поздравляет виновников торжества, даже если не горит желанием этого делать. В подразделении ликвидатора получился праздник, наполненный истинными чувствами и маленькими победами над страхами, скрытыми в глубине каждого… возвращение из ада, и пусть туда, где правит смерть, а руки каждого в крови, но возвращение — добровольное и смелое, осознанный выбор блуждающего во тьме. Она доказала, что жизнь сильнее, что тонкий луч света иногда способен разрезать непроглядную тьму и осветить ту часть души, ради которой стоит жить дальше.

Сейма вернулась, и Берк поклялся, что никогда не потеряет её снова.

На глазах Джули выступили слёзы, когда она обняла хрупкое тело женщины. Оборотень едва слышно шепнула:

— Спасибо. Я слышала всё, — затем, посмотрев в глаза Фарион, добавила, — и за него спасибо… тоже.

Две девушки обернулись в сторону ликвидатора, Берк заметил знак внимания, вопросительно поднял бровь, но, получив две нежные улыбки, остался без объяснений.

Иван же на этом празднике жизни выглядел, по меньшей мере, странно. Во-первых, он не смотрел ни на кого, кроме Сеймы. Конечно, это хорошо. Но когда человек делает что-то, столь ему несвойственное в первый раз, окружающим кажется, что сия особь явно не в себе. Во-вторых, он постоянно пытался ухаживать за Сеймой, но делал это так неуклюже, что с третьей попытки налить для оборотня шоколад из фонтанчика, дельфин забрала бокал из рук мужчины, мягко произнеся:

— Давай я сама, у нас ещё остались не испачканные платья дам, пусть так и будет.

А объятия Морана и Сеймы окончательно выбили Ивана из колеи. При этом взгляд Берка иронично говорил: «На моём месте можешь быть ты… или должен». В ответ вампир сверкнул глазами, метко отметив про себя: «Посмотрел бы на тебя, заключи я в объятия Фарион». Но мысль быстро покинула и без того взбудораженный мозг.

Но в итоге Иван отвёз Сейму домой.

Расположившись на подоконнике с чашкой зелёного чая, Марья решила провести вечер у телевизора за просмотром новостей, особенно девушку интересовали криминальные сводки и чрезвычайные происшествия. Что ж, работа такая.

Поворот ключа в замке заставил Иванову насторожиться, спустя минуту на пороге появился раздавленный Иван. Он не смотрел Марье в глаза, просто произнёс в пустоту:

— Сейма нежно взяла меня за руку и сказала, что наши отношения могут повлечь слишком много боли, а она к этому не готова.

Сестра также ответила в пустоту, не смотря брату в глаза:

— Может, мы с тобой поломанные… А может, за всё нужно платить…. Хотя, в нашем случае… и то и другое.

После ухода Ивана Сейма отправилась в VIP-бар и провела пару часов с незнакомым мужчиной. Она не анализировала и не задавала вопросы, она просто стала сильнее, а сила имеет свою цену…

И сейчас, в ночной тишине одного из московских парков, стоя рядом с ликвидатором, Сейма смотрела в глаза самому опасному существу двух миров, собираясь выторговать приемлемые условия сделки. В двух шагах от Неменцева мирно сопел карон, лениво поглядывая на своего архаи.