Ликвидатор - Юлия Гутиева

Тяжело вздохнув, женщина печальным взглядом посмотрела в окно, затем тихо произнесла, обращаясь более к себе, чем к собеседнику:

— Я так и думала…

Тяжёлое молчание заполнило кабинет. Сейма практически ощущала внутреннюю борьбу Дениса, изображая и у себя на лице нечто подобное. Ей не было стыдно, не было неловко, она просто делала свою работу, поражаясь интуиции Морана и масштабам возможной силы Джули Фарион, если предположения Берка подтвердятся.

— О чём вы говорите? — не выдержал Денис.

— Я говорю о личном. Вы же знаете, Джули — гордый человек, и, если ей стыдно… — Сейма вновь замолчала, предоставляя Ситникову иллюзию выбора.

— О личном…

Внезапно взгляд гостьи из печального превратился в решительный.

— После разговора с вами я поняла, дело не в работе. Хотя, в глубине души всегда знала это. После того дня Джули пришла с синяком, — Сейма не стала уточнять, что синяк был не под глазом, а на лбу, да и не совсем синяк, а почти боевое ранение, похоже, полученное при нахождении в ненужном месте и в ненужное время.

Руки Дениса сжались в кулаки. Женщина сделала вид, что не заметила этого движения.

— С тех пор она сама не своя. Мир жесток, ведь так, Денис?

Ситников резко встал с кресла, нервно заходил по комнате.

— Она отпросилась у меня на свидание с каким-то там лётчиком. Выглядела счастливой. Но, похоже, этот подонок…

Мужчина замолчал, смутно осознавая, что наговорил лишнего, но, встретив понимающий взгляд Сеймы, почему-то вздохнул с облегчением.

— Она хотела отдохнуть один день и просила ничего не говорить Морану, — необъяснимая неприязнь к ликвидатору отразилась в глазах Дениса. И на несколько секунд Сейме стало его жаль, как и всех тех людей, что они использовали в своих интересах.

— Понимаю, Моран бывает чересчур требовательным, строгим, а порой, и грубым. Я ничего не скажу.

Женщина ушла, оставив Ситникова наедине с грустными мыслями и странным ощущением незначительной фигурки на шахматной доске.

Покинув офис, Сейма обернулась.

«Рыцари ещё существуют, но жаль, что ты так плохо знаешь Фарион. Если бы лётчик на первом свидании поднял руку на Джули, какое-то время он бы не летал — это факт».

Набрав номер Морана, оборотень отчиталась о проделанной работе. Ответом стало обречённое «спасибо» и короткие гудки. В эту минуту дельфин почти физически ощутила боль ликвидатора, поднявшую волну злости к Джули Фарион. И она не могла осуждать его за это