Ликвидатор - Юлия Гутиева

Оборотень вновь замолчала, решительно взглянув на Петра, но почему наёмник уловил во взгляде нотки иронии. Или лунный свет сыграл злую шутку.

— Наша обязанность подстраховать: я выбираю жертву и я должна убедиться, что будет уничтожена именно она, и никто другой не пострадает.

— Зачем нам сплетни в определённых кругах, — ехидно намекнул Берк, не оставляя Неменцеву выбора.

Покидая парк, Пётр с грустью подумал о временах, когда работал совершенно один.

Берк настоял на том, чтобы проводить Сейму домой.

— Что со мной может случиться? — улыбалась дельфин, переживая, что ликвидатор впустую тратит своё личное время.

— С тобой — ничего, я думаю о тех, кто может по глупости попытаться обидеть тебя.

Женщина прищурилась, внимательно посмотрев на Морана.

— С каких это пор ты стала заботиться о людях?

— Поймала, — весело выдал ликвидатор, почему-то вспомнив Фарион, и поспешил быстро сменить тему. — Послушай, я правильно помню, если мы уничтожаем какого-нибудь маньяка, то должны поднять пару-тройку ещё не остывших покойников.

— Верно. Причём, это нужно сделать быстро, в общем, я не успею, однозначно.

Моран слабо застонал, поразмыслив над вариантами.

— Таким образом, всё в руках Ивановых. Жесть.

— Они справятся, — выдавила Сейма, не в силах сдержать смех.

— Видишь, ты и сама представила, какое шоу устроит сладкая парочка. Как бы не пришлось Фарион писать очередную статью о чудесных воскрешениях в морге, а нам организовывать сеанс внушения особо впечатлительным.

Просмеявшись, дельфин попыталась помочь шефу:

— В твоих силах поручить это любому.

Берк посмотрел на небо, яркие россыпи звёзд, бледную луну. Ночь вдруг показалась нежной и спокойной, но ликвидатор знал истинную цену манящего миража.

— Нет, я хочу, чтобы Ивановы могли виртуозно не только убивать, но и возвращать к жизни.

Сотрудница замерла, пристально посмотрев на ликвидатора. Мужчина по-прежнему не отрывал взгляда от ночного неба.

Похоже, эта ночь стала откровением для многих.

========== Глава 62 ==========

Фарион поднималась по лестнице на десятый этаж, мысленно ругая тех, кто не в состоянии грамотно организовать работу по ремонту лифтов. Второй случай за два дня: вчера девушка скупила треть продуктового магазина, похоже, поэтому в подъезде сломался лифт; сегодня она несла к Гаремовой тяжёлую сумку с овощами, фруктами и сладостями, как следствие, карма настигла и здесь. Вывод: есть люди, которым не стоит проявлять инициативу в хозяйственной деятельности, это наказывается самой судьбой, тем более, что к подобным вещам у некоторых нет никакой предрасположенности.

Нажав кнопку дверного звонка, Джули устало опустила сумку и облокотилась о стену.

Дверь открылась, София оценила запыхавшийся вид подруги, озадаченно произнесла:

— Привет. А с лифтом что?

— Привет. Сломался, — грустно выдала брюнетка, наклоняясь за продуктами.

— Странно, с утра ещё рабо… — Гаремова осеклась, заметив сумку. Гневный взгляд остановился на Джули, — ты с ума сошла таскать такие тяжести?

— Я же не знала, что проблемы будут. В кой это веки решила расширить ассортимент, и вот… — бубнила девушка, входя в квартиру.

За спиной раздался знакомый звук, брюнетка обернулась, уставилась на двери лифта, и они открылись, выпустив огромного качка — соседа Гаремовой.

— А…

Мужчину улыбнулся во весь рот, весело заметив:

— Починили три часа назад, просто забыли снять табличку.

— О… — на большее Фарион не хватило.

Гаремова тихо произнесла, смотря куда-то в стену и с трудом сдерживая улыбку:

— И почему я не удивлена?

Затем добавила, обращаясь к соседу:

— Ну ты хоть табличку снял?

— Неа.

— Вот из-за таких как ты и страдают хрупкие женщины, — дверь захлопнулась, оставив молодого человека наедине со своими мыслями.

Приготовив овощное рагу, подруги поужинали, беседуя о мелочах, не относящихся к личной жизни и прочим серьёзным вещам: только общие моменты человеческого бытия — работа Софии, её коллеги и тоска по поводу закрытия на ремонт любимого фитнесс-центра. Но, переместившись в гостиную с десертом и кофе, разговор принял другой оборот. Люди, хорошо понимающие друг друга, точно знают — когда и что можно обсуждать.

Джули забралась на диван с ногами, сделала глоток горячего напитка и тихо произнесла:

— Как у тебя с Леонидом?

София молчала, разглядывая затейливые узоры на обоях. Джули оценила ответ, но останавливаться не собиралась:

— Я впервые вижу тебя такой… Не думала, что скажу подобную банальность, но, похоже, это — любовь.

Гаремова печально посмотрела на подругу:

— Только это — не банальность, это — жизнь.

Фарион цинично улыбнулась:

— Бесполезно говорить той, которой не дано почувствовать.

— Перестань, я сейчас рыдать начну.

Джули прищурилась, слова сорвались с губ против воли хозяйки:

— Забавно, но любовь к Леониду делает тебя настоящей.

Гаремова нервно закурила, пробурчав:

— А я посмотрю, что сделает с тобой любовь к Морану, — сказала и замерла, стараясь не смотреть на подругу в ожидании бурной реакции.

Но тишина заставила поднять взгляд, встретившись со странным взглядом Фарион. В нём поразительно сочетались победа и тоска, смирение и вызов.

— Я тут пришла к выводу: грубое замечание наших предков «с глаз долой, из сердца вон» идеально мне подходит.

Рыжая бестия потеряла дар речи, уставившись на брюнетку. Финт подруги поразил, между тем Джули продолжала:

— Поймав себя на равнодушии к нему после нескольких дней разлуки, — девушка сделала паузу, поражаясь последнему слову, которое подобрала, — я успокоилась. Жизнь вернулась в привычное русло — разум похолодел, сердцу всё равно, душе тоже. И я, наконец, могу трезво проанализировать происходящее в конторе.

София демонстративно поставила чашку на журнальный столик, нахмурила брови, из чего Джули заключила: сейчас будет лекция — и не ошиблась.