Змеиные секреты - Татьяна Мираббилис

Госпожа Рас дернулась и схватилась за сердце. Несколько секунд она стояла молча, затем горестно покачала головой.

— Там мы и встретились. И пообщались, — я дополнила картину.

Надо отдать должное выдержке этой сухенькой старушки — истерики не было. Она как-то в момент собралась и уже с ледяным спокойствием поинтересовалась:

— И чего она хотела?

Вопрос позвучал на два голоса. Недоуменно покосилась на моего суженного: «Ты не помнишь?» В ответ — лишь подозрительное «нет».

— Говорите вслух, заговорщики, — усталым голосом попросила госпожа Рас. И мне, — Первое правило телепатии: все делай постепенно!

— Профессор Арнель хотела, чтобы я отказалась от … Вас, господин ректор. За это она обещала всех и вся, — ответила Эристелу.

— Не пойму, для чего ей это? — пробурчала куратор. Ее лицо теперь выражало беспокойство и стремительный мыслительный процесс, просчитывающий все варианты. — Она ничего этим не добьется. Может и правда, от тебя без ума, раз так настойчива?

Колкость адресовалась ректору. Он нахмурился. Ответила я:

— Она хочет править миром Мерцающей Звезды, — выложила я недостающие сведения. И для этого ей нужен чистокровный наследник священных.

— Портал в наш мир невозможно открыть любому, — Эристел Наг криво усмехнулся, тщательно скрывая встревоженность. Куратор пребывала в шоке.

— Она что-то нашла в книгах эльфов.

Лица моих посетителей стали соперничать со стенами больничной палаты. Я также теребила одеяло, не зная, куда приспособить беспокойные руки. Профессора смотрели дуг на друга.

— По крайней мере, жизни моей невесты теперь ничего не грозит, — ректор озвучил положительную сторону ситуации.

— Я не была бы столь уверена в этом, — магиня устало прикрыла глаза. — Эта чертовка убила бы девочку сразу, откажись она от тебя. Чтобы ты не делал даже попыток вернуть ее. Обещания Арнель — пшик! Она будет и сейчас пытаться убить ее. По той же причине. Ей нужен ты! А она, — указующий перст нацелился на меня, — постоянная угроза. И даже родственные связи не станут преградой! Уж извини, деточка, что озвучиваю столь неприятный факт из твоей биографии, — это — мне.

Осторожно подняла палец вверх, привлекая внимание к своей персоне снова:

— Аринар Арнель — мне не родственница! Во мне течет кровь Драгона. Так Офелия сказала.

Немая сцена угрожающе затянулась. Куратор беспокойно нащупала спинку стула. Села. Два матерых, взрослых нага порывались мне что-то сказать, но по очереди закрывали рты, не найдя этого «что-то».

— Шантер как-то узнал, что ребенок не его, — наконец задумчиво произнес Эристел. — Вот почему он убил Офелию. Он метался после содеянного, не в силах совладать с собой. От горя и любви. От этого и окаменел. А мы все не могли понять, что же между ними произошло? Но как он узнал?

— Кровь, — догадалась госпожа Рас, — только кровь при рождении ребенка могла выдать этот секрет.

— Почему же принцесса не приняла истинный вид? Ее тайна была бы сохранена, — ректор хмурился, переваривая подкинутую мной информацию.

— Она не знала… — Новели Рас отставила в сторону стул и присела рядом со мной. На кровать. — Приняв в мужья Шантера, свято верила, что ребенок от него. Мы все так думали.

— Не поняла насчет «убил»? — вклинилась я в разговор старших.

— Из ревности, — «успокоили» меня. — Такое бывает в нашем клане. Это состояние практически не поддается контролю, — просветил любимый.

— Есть среди змей мстители, вроде королевских кобр… они убивают самку, обнаружив, что она оплодотворена другим… — задумчиво продекламировала слова Арнель.

— Не всегда, но такое бывает, — ответил Эристел. — Стоп! Откуда тебе это известно? Вы этого еще не проходили. — Его глаза сузились в щелочки.

— Госпожа Арнель просветила, — задумчиво поведала я. — Вы тоже их них, господин профессор? — перспектива быть убитой стала какой-то всеобъемлющей и не радовала.

Гробовая тишина повисла в комнате. Стылой поземкой она прошлась по спине. Сковала ужасом затылок. Надавила на ушные перепонки, перекрывая путь любым звукам жизни.

— Подобное у нас редкость, — наконец произнес мой инопланетный змей и по совместительству черный королевский кобр. — И тебе ничего не грозит.

Я нервно захихикала и натянула одеяло до подбородка, затем обратилась к госпоже Новели Рас:

— Госпожа куратор, а чего не так с кровью-то?

— Да все так, деточка! — женщина явно пыталась меня успокоить. — У нагов она голубая, у драконов — красная. Киноварью называется. У Драконов Времени, клана Драгона, она особенная. Такой густой и насыщенной нет больше ни у кого из их племени. Может вылечить от любой болезни. А может убить. Не перепутаешь ни с какой дугой. В ней сила черных драконов. В ней огонь. Видимо, она и опалила руки Шантеру, когда перерезал пуповину. Вот он и потерялся в сетях ревности. Если бы Офелия рожала в наговском обличии, о киновари в теле ребенка никто бы и не узнал. Но и она не знала, что носит дитя Драгона.

— И никто ничего бы не узнал, — закончила я за профессора, — и все сложилось бы по-другому.

— Возможно. Но знаешь, у вас, людей, есть пословица «все тайное когда-то становиться явью». И еще одна: «сколько веревочке не вейся, а конец будет», так что еще неизвестно как бы позже это аукнулось.

— А в чем тебя еще просветила Аринар? — ректор жестко прервал нашу с куратором задушевную беседу. И глаза у него как-то нехорошо горели. В глазах цвета мокрого асфальта разливалась чернь непроглядная. Крепко сцепленные челюсти резко обозначились под кожей.

— О половых особенностях змей и нагов, — не стала скрывать я. Не скажу, так ведь сами в голову влезут.

Рядом охнули. Не я! Посмотрела на ректора — грозовое небо нервно курит в сторонке, раздумывая, а не бросить ли все к бездне? А я невинно похлопала ресничками в сторону жениха, сознательно подогревая ситуацию, дразня мужика и доводя его до белого каления. Вот и посмотрим, насколько ты ревнив? Заранее. И как держишь себя в руках? Потому как нечего мне тут про их обычаи ревности соловьем разливаться. Страшно мне! И обидно. И … страшно. А так, и куратор рядом. И что значит «тебе не грозит?» А то ведь я подумаю, что недостаточно меня любят. В общем, разобраться бы надо.

Госпожа Рас схватилась за сердце:

— Даже представить боюсь, что эта мерзавка наговорила девочке!

— Сам выясню, — пообещал ректор.

Тихо сказал. Нехорошо как-то. И голос, полный угрозы. И сам глаз с меня не сводит. Мама! «И самым тщательным образом» — а это уже мне телепатировал.

— Эристел! — госпожа Рас покачала головой. Я же держала лицо. — Думаю нам пора, — куратор встала, давая понять ректору, что сама отсюда не уйдет. — Девочке