Волчара - Екатерина Кон

Ратибор стоял у алтаря, на котором лежат подношения. Он пафосно переваливался с носка на пятку с заложенными за спину руками. Ни дать, ни взять — хозяин мира. Пинком ноги под колено, их поставили в коленопреклонённую позу, всё так же заламывая руки, но подняли насильно головы, ухватив за волосы. На морде Ратибора светилась ханжеская и злорадная улыбка.

— Чем, вы гости, торг ведёте, — пропел вожак вырезку из сказки о царе Алтане, — И куда теперь плывёте?

— Верни наших самок, — потребовал Степан, явно не оценив чтение великого поэта Руссии в его исполнении.

— Ваших? — наигранно удивился Ратибор, чуть ли руку, не приложив ко рту, — А с чего ты взял, что они у меня?

— Ты знаешь, чем тебе грозит их похищение, тебе не отвертеться, — рыкнул Боря.

— А чем грозит несанкционированное вторжение на чужую территорию, ты знаешь? — Ратибор невинно похлопал глазами.

Этим он выдал себя, хмыкнул мысленно Николай.

— Мы их сами накажем, чтобы впредь не повторяли подобного, — высказался Стёпа.

Ратибор откинул голову и рассмеялся. Жмуров позор их Вида, слабый, безвольный… двумя словами — без яиц. И здесь заверяет, что накажет. Чем? Как? Не будет отлизывать своей паре? Эта мысль рассмешила вожака. «Скажи мне кто твоя самка, и я скажу, какой ты самец!», смеялся и его внутренний волк. Два сапога пара, и оба левые, неправильные. Это он заварил кашу со своей человеческой сукой. Из-за него Ратибор потерял авторитет среди вожаков и своих подчинённых. Он будет первым кому Ратибор порвёт пасть.

Но сначала… он, отсмеявшись, серьёзными глазами посмотрел на нового члена семейства нейтральной территории.

— Наслышан о тебе, пара волчицы Елены. Мои осведомители заверяли, что ты сильный самец. Я чувствую твоего Альфу, — кивнул Ратибор сам себе, — Он сильнее Альфы безродных псов. Но не сильнее моего.

Если бы этот вожак знал, что Шереметьев сдерживал своего волка, как кинолог свою собаку, подавляя мощь. Ещё не время…

— И что, вы собирались устроить диверсию, спасти своих самок и благополучно уйти? — иронично хмыкнул Ратибор, — Даже не напрягли извилины, чтобы попасть сюда. А пошли протоптанной дорогой. Вы думали, что у вас получится? А попали в мою ловушку.

Морда вожака лучилась торжеством и превосходством. Толпа оборотней затаила дыхание. Но никто и ничего не сказал, не заступился. Родители Влада отсутствовали. Он не знал, что их посадили на жёсткий домашний арест и голодовку. Боеслав накануне нагло выкрикивал обвинения и осуждения в превышении своих полномочий в отношении самки Ольгинки. Тем самым впал в немилость вожака. Его накачали настойкой аконита, притащили домой, и заперли вместе с Викторией.

— Какие глупые псы, — разочарованно поцокал языком Ратибор, — Ладно они, — вожак кивнул в сторону Степана, — но ты-то! Из столицы, бизнесмен, учёный…

Каждое слово слетало с оттенком насмешки. Ратибор пытался вывести из себя Шереметьева. Вожаку хотелось драки, вновь ощутить в когтистых лапах пасть, услышать звук рвущихся тканей. Почувствовать, как кости морды трещат под давлением, ответом на сопротивление. Давно у него не было достойного противника. И сейчас, среди этих самцов нет таковых. Но хотя бы от души насладится убийствами.

— А знаешь, твоя самка после твоей смерти в течку пообщается с одним «близким» знакомым…

Что за «близкий» Николаю было понятно. Вот только этот знакомый сегодня разучится быть и жить… но злость волка не проходила… и последняя фраза Ратибора стала «спусковым крючком»…

28

В подвале дома Ратибора имелась потайная дверь, скрытая полками с инвентарём и инструментами. Как в фильмах про исторические замки и дома. Стены тоннеля обложены камнем, лестница спускала их вниз. В конце ступеней была шумоизоляционная дверь, по бокам которой горели фонари. Страж открыл ключом дверь и их затолкали внутрь. От двери шёл прямой коридор, где с правой стороны была глухая стена, тоже обложенная камнем, а слева двери с шумоизоляцией у некоторых из них.

Самая последняя, пятая по счёту, была железной с тоненьким окошком, куда в тюремных камерах осуждённым подают еду. Засов закрыт на навесной замок. Их грубо втолкнули внутрь тёмной комнаты. В потолке горела бледно-жёлтая лампочка, которая освещала лишь центр (маленький круг) камеры, оставляя углы в кромешной темноте. Лена сразу увидела тело, лежащее в неосвещённой части.

— Ольга, — вскрикнула волчица.

— Не ори, — уставшим и замученным голосом прошептала Ольгинка.

Коля кинулась на голос, Лена вместе с ней. На голом полу лежала самка. Затхлость камеры забила запах крови, но рядом с ней Лена отчётливо слышала тяжёлый аромат крови. И видела глазами все порезы на открытых участках тела, которые не заживали и кровоточили. Регенерация не работает в нескольких случаях. Первое — плохой образ жизни оборотня. Второе — аконит. Тут явно поработали вторым вариантом. От тела Ольги шёл тонкий аромат лютиков. Это же каким надо быть живодёром, разозлилась Лена, чтобы так издеваться над самкой.

Ногтей на некоторых пальцах нет. Под другими ногтями кровоподтёки от загнанных игл. Указательные пальцы сломаны и торчат вверх. Ольга дышала рвано и неполной грудью, что говорило о внутренних травмах. Имеются порезы на её теле и от когтей.

— За что он так с тобой? — ужаснулась Лена.

— Просто так, — прошептала Ольга, — он ловил кайф, как кошка от валерьянки.

— Что там? — с тревогой спросила Коля, ведь ей, в отличие от Лены, повезло не видеть отвратительной картины пыток.

— Со мной всё в порядке, — опередила с ответом Ольга, пока Лена не рассказала всю правду, — Почему вы здесь?

— Тебя пришли спасать, — Коля стояла на коленях, пытаясь привыкнуть глазами к темноте.

— Судя по тому, что мы в тюремной камере вместе, а не на свободе, ваша затея провалилась, — со смешком сказала Ольга.

— Я специально попалась, — оповестила Николяша, чем вызвала удивление у Лены.

— Вы самые глупые самки.

— Лена ничего не знала, — отстояла умную честь Лены Коля.

— Если здесь с тобой и со мной, всё равно дура, — умирающим голосом подколола Ольга.

— У неё выхода не было.

Коля, приподняв голову Ольги, от чего та скривилась от боли, села на пол и уложила голову волчицы себе на бёдра. Коля успокаивающе гладила грязные волосы подруги.

— Чем ты заслужила гнев Ратибора? — поинтересовалась Лена, усаживаясь на пол рядом с Колей.

— Набралась плохих привычек от одной глупой человеческой самки и заступилась за оборотней, которых Ратибор казнил.

— Какой ужас! — воскликнула Коля.

— И не говори, нашла с