Волчара - Екатерина Кон

— Послезавтра. Мы только утром закончили юридическое оформление на Давида, — Коля взял руку волчицы и перебирал её пальчики.

— А почему послезавтра? — она повернулась к нему лицом.

— Потому что завтра мы выспимся и займёмся зачатием нашего щенка, — он поцеловал ладонь самки.

По телу пробежало цунами тепла и возбуждения.

— Мы уже сделали это, — прошептала она.

Подтверждения этому ещё нет, но обычно в первые дни течки самка беременела, да ещё в волчьей форме. А они три дня миловались в лесу в волчьей форме.

— Я должен быть уверен, — задорно произнёс Николай, — Плюс, проведём отпуск только вдвоём, ведь потом такой роскоши у нас не будет.

— Отпуск в кровати с тобой во мне — звучит сказочно, — горячо прошептала волчица.

Николай рыкнул от возбуждения. Завтра его волчица будет скулить от бесчисленного количества оргазма.

40

С ними прилетели врачи, терапевт и гинеколог. Обе самки. Олеся и Милана. Когда-то они были запечатлены, но потеряли своих пар. Их самцы были военными и погибли в Фганистане от лап более диких оборотней. Их щенки пошли по стопам отцов в армию и направлены в Енинградскую область на границу. Олеся и Милана сдружились после похорон пар. Вместе пришли на работу в медицинский центр лабораторий, оставив свои стаи, пока их вновь не заставили соединиться с самцами. После поступления на работу в медицинский центр они практиковали в любом месте с оборотнями.

При поступлении заявки обе волчицы выезжали в поселение, и проводили несколько дней, осматривая щенков и самок. В нескольких поселениях им предлагали остаться, так как самцы учуяли их ароматы. Но самки непреклонно отказывались. Они добровольно выбрали одиночество, и никто не мог их переубедить. Таким образом, они хранили верность своим самцам.

Николай временно поселил в своём поселении. Гром, Лев, Ярослав и Ростислав совместно с семейством нейтральной территории решили построить небольшую больницу и дома для самок или будущих врачей, так как Олеся и Милана ещё не дали окончательного ответа о постоянном месте проживания на территории Степана. Оказывается, имеются оборотни, желающие сменить место столицы и осесть в глубинках. Олеся и Милана были из таких, но принадлежать стаям не желали. Поэтому решено строить больницу и дома для врачей недалеко от медицинского заведения.

Гром и Лев прислали своих строителей, ведь Мел не успевал следить за четырьмя объектами. Поэтому жилыми домами для врачей займутся приглашённые строители, но будут оказывать непосильную помощь с больницей. Обычно специалисты одной профессии не переносили конкурентов, но эти самцы спелись. Они втроём начертили план больницы, учитывая опыт друг друга. На собрании причастных оборотней чертёж утвердили. Особенно ждали одобрения Шереметьева, поскольку именно он разбирался в планировках и нуждах помещений больниц. Давид пообещал закупить лучшее оборудование для больницы.

На нейтральной территории было шумно. Рыли котлованы для будущей больницы и домов врачей. Дома Олеси и Миланы будут стоять рядом, так как они снимали одну квартиру на двоих, и привыкли быть вместе, то решили, что и дома пусть будут поблизости. Никогда ещё нейтральная территория не была такой населённой, удивлялся Степан. Волчицы замирали, слыша шум, что давало их матери перевести дух.

Вообще, перемены росли снежным комом. Ольгинка постепенно приходила в себя, но всё равно поначалу просыпалась от кошмаров, и рядом всегда возникал Вова. Первое время она шарахалась от него, падая с кровати. Потом привыкла и уже цеплялась объятиями за него, пытаясь прогнать страх.

Строительство дома Шереметьевых шло полным ходом, уже клали кирпич. Вожак и его пара знакомились со стаей и её делами. Олеся и Милана осматривали щенков и самок. Заведены карточки на каждого жителя женской особи двух стай, наполняя архивы больницы досье. Взялись и за самок нейтральной территории вкупе с учёными вожака Ростислава. Кристина и Барбара округлялись с каждым месяцем. Лена же пока ходила без видимых знаков беременности. Даже родителям ещё не сообщали. Волчица хотела сказать им при появлении животика.

По ночам Николай чуть ли не урчал в живот Лены, чем вызывал щекотку. Тёрся головой нежно, нюхал. Ждать потомство хорошее чувство.

Спустя полгода, сидя на крыльце своего логова, Николай попивал чай. Он не жалел об изменениях в его жизни. Теперь в ней были всплески, а не прямая линия. Его поселение цвело. Оборотни стаи довольны укладом жизни. Больница на стадии завершения, с ней особо торопились, так как роды Барбары и Кристины приближались. Оборудование доставлено и ждёт своего часа.

— Как хорошо, — сделав глубокий вдох, сказала Лена, чем отвлекла Шереметьева от дум.

Николай согласно кивнул. Он усадил её себе на колени боком и гладил растущий живот. Лена, как обычно перебирала его русые волосы, наслаждаясь их шелковистостью и цветом. Их мир налаживается, подумала Лена. Мир начинает меняться с самого себя, думал Коля. Во истину мир меняется, потому что они сами изменили себя. Да, мир не идеален, и никогда не будет таковым, но они вправе стараться быть лучше с каждым днём, и привить эту черту своему потомству.

Одинаковые мысли сейчас довлели в головах пары Шереметьевых. Оба смотрели на Луну и ее спутников — звёзды. Этот мир… их мир… он самый красивый и сказочный. Ведь два сердца соединились. Мир двоих преобразил мир в целом. Перемены ещё витают в воздухе. Перемены это всегда хорошо, хотя не для всех. Особенно для тех, кто им противится.

— О чём думает моя волчица? — шепнул Николай, отвлекаясь от философский мыслей, и любуясь красотой их поселения и природы.

Лена перевела взгляд карих глаз с Луны и с любовью посмотрела на своего волка.

— Что у меня самый лучший волчара…

Конец!