Волчара - Екатерина Кон

Стёпа сел рядом с Николаей. Камелия, увидев отца, тут же бросила гостя, и перебирая ручками и ножками, поползла к нему. Когда Стёпа взял её на руки, волчица, прижавшись губами, размазала слюнки по его щеке. Серьёзное лицо Степана расплылось в улыбке и безграничной любви.

— Знаешь, — вдруг говорит Степан, — я думал, что мир Разновидностей начал меняться из-за нас, — он кивнул на свою пару. — Много обдумывал и решил, что ошибся. Наши благодетельницы начали менять мир задолго до нас, с тебя. И возможно, такие как ты, есть ещё.

— Есть, мой друг Давид, он тоже Доминантный Альфа.

— А он приедет на обряд посвящения? — спросила Николая, тиская свою рыжую волчицу.

— Он очень хочет познакомиться с легендарными волчицами.

— Обязательно познакомится, и я даю разрешение наблюдать их, но без нанесения ущерба их здоровью, — предупредил Степан, смотря прямо в глаза Шереметьеву.

— Ты же знаешь, что все мы предпочтём умереть сами.

— Знаю, но это мои волчицы и мой волк очень переживает за своё потомство.

— Могу открыть тебе ещё один секрет, — сказала Жмурова, — в мир придут ещё две белые волчицы и одна рыжая.

Мир действительно меняется, подумал Николай. Их благодетельницы отдают своих особенных детей. Так они показывают, что заслужили их доверие. И теперь Вид оборотней понимает, что благодетельницы помогут им сохранит свой Вид.

— Мы защитим их от бед и не допустим повторения времён наших предков, — горячо поклялся Николай.

— Спасибо, — поблагодарил Степан.

На этом Шереметьев оставил семью и пошёл в свою. Постового сейчас не было. Но многие оборотни находились на КПП, убирали колючую проволоку и ворота. На земле лежал шлагбаум, который будут устанавливать вместо ворот. Ему доложили, что приехал Ярослав и ожидает его у дома Ольгинки.

Ярослав расположил к себе с рукопожатия. Они разговаривали до полуночи. Лена посидела с ними недолго и пошла спать. А они всё общались. Ярослав рассказывал об устоях и законах стаи, про обряд посвящения, о Совете вожаков. И они почувствовали себя хорошими друзьями, нашлись общие шутки, чувство юмора, а главное их объединяла Камелия. Оказывается, она станет парой Ярослава, чему Шереметьев был действительно рад. Камелия будет защищена и счастлива, потому что Ярослав был достойным самцом.

Время полнолуния наступало быстро. Ярослав и его оборотни помогали с приготовлениями к обряду поселенцам Николая. Лена же почувствовала изменения своего организма. Тело волчицы оповещало, что готово к вынашиванию потомства. И скорее всего брачный сезон наступит сразу после обряда посвящения в вожаки.

Приготовления шли полным ходом…

37

На поляне, где недавно пролилась кровь, стоял алтарь. На нём лежала горстка лунных камней, которые являлись оберегами оборотней. Вокруг лежали камни опалы, которые символизируют глаза оборотней, самое чувствительное место. Охапка цветов аконита, символизирующая слабость оборотня. Эти цветы собирались в резиновых перчатках, потому что иначе она жжётся, как крапива. Пепел побеждённого предыдущего вожака, в знак силы нынешнего. Хлеб, испечённый беременной самкой, в знак начала новой жизни. Чаша глубокая и кинжал в виде клыка, основание которого сделано из лунного камня, тонко заострённое, а ручка сделана из кости Доминантного Альфы, основавшего стаю.

Когда сумерки опустились на Урскую область, на поляну стекались оборотни всех полов и возрастов, местные и гости. Приглашены Ярослав и его советник, в знак дружбы и объединения. Семейство нейтральной территории, у которого присутствовал ещё один член семьи. Рыжеватый и высокий человеческий самец по имени Роман, брат Николаи, который долго выговаривал остальным членам, что от него не имели права скрывать приключения семьи. Потом досталось и самой Жмуровой, за то, что подвергла себя и Лену опасности. Лена тоже получила свою порцию «плюшек».

Волчата, улыбаясь и держа своих родителей за руки, с любопытством на всё смотрели. Гости стояли за алтарём, между кострами, освещающих поляну. Пока, поселенцы, решившие присягнуть новому вожаку, подходили к алтарю и в чашу собирали свою кровь. Щенки же по достижению совершеннолетия дадут присягу. Ольгинка, опираясь на своего волка, тоже стояла среди поселенцев. Здесь присутствовали и самки, потерявшие своих щенков и пар, они решили остаться в стае и начать новую жизнь. Когда на поляну вышла Лена, она подошла к святилищу и пролила свою кровь в чашу. За ней вышел Николай Шереметьев в набедренной повязке. Народ притих. Лена встала справа от алтаря. Она отныне мать стаи, вместе и рядом с ними.

Николай подошёл к священному столу. Взяв кинжал, он полоснул ладонь, и его кровь смешалась с кровью поселенцев. Отложив кинжал, взял чашу и повернулся к стае. Подняв её над головой, он громко возвестил:

— Отныне я ваше сердце, вы моя кровь, — и начал пить.

Оборотни встали на колени и наклонили головы, признавая на крови его главенство над ними. Они вручили свои жизни и опеку над собой. Обещали свою преданность и поддержку.

Поставив пустую чашу обратно на алтарь, он почувствовал, как кровь его стаи течёт по организму и в жилах. Николай, не осознавая стал принимать боевую форму и зарычал. Затем трансформировался в волка. Луна смотрела только на него, благословляя и даруя ему звание вожака. Лучи ночного небесного светила вспыхнули и озарили волка, окрашивая в серебро его шерсть. Волк взвыл в небо, давая клятву Луне, беречь её детей, независимо от стайности или бестайности. Шерсть перекрасилась в серый цвет, и он снова принял форму человека, и вновь повязал набедренную повязку.

— Я клянусь Вам, — громко сказал Шереметьев, — действовать в интересах стаи и оборотней. Быть вашими ушами, глазами и сердцами. Быть и жить каждым из вас. Любить, защищать и опекать вас. Я ваш вожак, брат и отец. Вы моя семья, матери, сёстры и дети. Наши сердца бьются в унисон. Мы живём друг другом. Мы стая, мы семья.

Ярослав сказал ему, что заготовленных клятв нет, волк должен говорить сердцем и душой. И Николай долго думал над словами-клятвами. Лена одобрила. Но всё равно сейчас он говорил не придуманной речью, а спонтанной, той, которая текла в его крови.

— Я ваш вожак и буду идти впереди, присматривая за вами, и принимать бой в случаях нападения. Я ваша опора, вы моя храбрость и сила.

И замолчал. Оборотни встали. Обряд закончен, клятвы произнесены и приняты сердцами поселенцев. А затем самцы вынесли из домов столы, и поляна превратилась в полевую столовую. Самки быстро накрыли столы. Многие с рассвета готовили яства.

За столами царствовало веселье. Кто-то кричал тосты, кто-то переговаривался и