Гори для меня, ведьма - Анна Рейнс

Сжимая сопротивляющееся женское тело ногами, он схватил деревянную балку и обрушил ее на голову девушки. Ее взгляд на несколько мгновений потерял фокус, но и этого оказалось достаточно, чтобы активировать амулет. Ассия исчезла.

— Может, в следующий раз повезет. — Иронично хмыкнув, принц последовал за ней, с чувством превосходства понимая, что кинутый в него кинжал уже разрежет пустой воздух.

Хотелось бы ему почувствовать облегчение, но, увы, самая сложная часть только начиналась.

— Где мы? — Скрипучий голос, принадлежащий девушке, был обманчиво спокойным. Она сидела на полу в абсолютной темноте, тревожно принюхиваясь. Он мог различить лишь ее силуэт, да подсвеченные алыми искрами глаза. Она наверняка видела так же хорошо, как и днем.

— Там, где нам никто не сможет помешать.

Теперь на его территории, у нее больше не было возможностей сбежать или же как-то навредить ему. Он слишком тщательно готовился к этому дню, предусматривая любое развитие событий. Впрочем, непредвиденностей не случилось — и это не могло не радовать. Хотя, пожалуй, была одна. Про жениха он слышал впервые, и то, с какой уверенностью Ассия про него рассказывала, не давало повода сомневаться в правдивости ее слов.

Обеспокоенным этим фактом он не был. Стань тот жених помехой, Эйден найдет, как быстро его устранить.

Магический светильник частично разогнал мрак. Ассия почти не сопротивлялась, когда на ее запястьях щелкнули антимагические оковы. Лишь наблюдала за принцем со смесью холодного интереса.

— Ты ответишь за это. — Наконец, промолвила она, садясь на выделенную ей кровать с таким видом, словно под ее ягодицами был по меньшей мере трон Аэлории.

— Ты сама мне скажешь спасибо.

Красивое лицо исказил издевательский смех. Существо, овладевшее телом Ассии словно проступило сквозь ее черты, обдавая его холодом и обещанием чего-то ужасного.

— Думаешь, она скажет тебе спасибо? После всего того, что ты сделал? Точнее, — голос стал вкрадчивым. — Еще не сделал?

Наверно что-то отразилось на моем лице, ибо тварь почувствовала мою слабость. Начала давить на нее всеми своими силами.

— Ты боишься. — Хохотнула она, рассматривая мое лицо безумными глазами. — Боишься того, что прячется за границами твоей осведомленности.

— А если и так? — Эйден приподнял бровь. Тварь видела больше, чем он думал. Это плохо. Главное, чтобы эти знания не перетекли в сознание Ассии раньше времени. — Назови хоть одно создание, которого не страшит будущее.

— Например… — она сделала вид, что задумалась. — Я! Намного приятнее жить настоящим, когда каждый день может стать последним. Я умирала столько раз, Эйден.

Теперь ее голос и интонация были почти такими же, как у настоящей Ассии. Почти — потому что этот лихорадочный блеск черных глаз ни с чем не спутать.

— Лучше ты б вообще исчезла. — Глухо ответил он, уже не скрывая досаду.

— Ты ведь этого не хочешь. Верно, мой принц? — Голос ласковый, манящий. Она склонила голову набок и развела ноги в сторону насколько позволяли цепи. — Ты хочешь совсем другое. Я чувствую это.

Она выгнулась и томно застонала, словно ее тело пронизывало наслаждением. Кровожадность и похоть — основные чувства, что испытывают новообращенные ведьмы. По опыту он знал, что пройдет не менее пяти дней, прежде чем сознание Ассии начнет возвращаться.

Этот срок уже начал казаться ему бесконечным, а ведь не прошло и часа.

— Ты ничего не знаешь о том, чего я хочу.

— Ну-ну. — Промурлыкала она и наконец-то замолчала.

Спустя несколько минут он услышал тихое сопение и с трудом поверил в увиденное. Девушка уснула сидя, привалившись к стене. Черты лица разгладились, и теперь было легко представить, что перед ним настоящая Ассия, а не чудовище, получившее контроль над ее телом.

Несколько минут он неотрывно рассматривал ее, подмечая каждую деталь. Темный разлет бровей, высокие скулы, аккуратный нос, чувственный изгиб губ. Она стала его наваждением, а ее образ преследовал его уже долгое время, стоило ему закрыть глаза.

Она никогда не узнает, как сильно изменилась его жизнь после их первой встречи. Никогда не узнает, как он тщательно заметал следы и водил за нос инквизицию, чтобы они не добрались до нее.

Он не знал, чего хотел больше: убить ее и прекратить эти мучения или же быть рядом и продлить их навечно. Увы, ни один из вариантов не был доступен.

Во-первых, он не врал, говоря, что ему нужна ее сила. Убьет ее — и столицу затопят реки крови.

А во-вторых… сталось совсем немного времени до того момента, как Ассия узнает всю правду и возненавидит его.

Поэтому до того момента все, что ему остается — придерживаться плана.

Ассия

Темнота окутывала меня. Свернувшись в позе эмбриона, я дышала ей, чувствуя, как ее щупальца заполняют легкие, забираются под кожу, подстраивают мое тело под себя.

— Наконец-то ты моя. — шептала она у меня в голове. Внутри разлилось холодное равнодушие. Ее так ее. У меня все равно никогда не было выбора.

Клетка рано или поздно должна была исчезнуть, оставляя меня один на один с родным чудовищем, что сейчас трепетно и нежно поглощает меня. На задворках сознания беспрестанно крутилась какая-то мысль, но не было ни сил, ни желания гнаться за ней.

Все мои устремления, желания, чувства больше не имели значения.

Так я думала.

Тьму начало сотрясать — от гнева и бессилия, и эта вибрация передавалась мне. Поначалу мне хотелось отмахнуться от нее. Мне было так хорошо и спокойно, что, казалось, я могла провести в ее объятьях тысячи лет.

Но дрожь не утихала. Заставляла меня недовольно открывать глаза и двигать конечностями в попытках вернуть прежнее безразличие.

Что-то не так. Я вытянула руку, со странным беспокойством наблюдая, как она потонула во мгле. Я не видела собственных пальцев, лишь короткий обрубок конечности. Кожа была такой белой, что казалась единственным источников света.

Кто я? Где я? — Казалось бы простые вопросы возникли в голове, но мой заторможенный разум не мог ответить ни на один из них. — Как долго я здесь? Кем я была до этого?

— Ты лишь сосуд, — грозно сообщила мне тьма. — И должна подчиниться.

Ее хватка усилилась, окончательно выдергивая меня из состояния оцепенения. Я провела рукой по лицу, словно хотела убедиться, что оно у меня все еще есть. Этот жест придал мне уверенности.